Мария Снайдер – Прикосновение Силы (страница 22)

— Затем Блоха, — сказал Керрик. — Если какой-то цветок задергается, то бежим.

Построившись по порядку, мы следовали за Керриком. Запах цветов стоял в воздухе. Сочетание сладкого меда и острого лимона, вызывали сильное чувство дежавю во мне. Мы поднялись по лозам, избегая шипов с небольшим успехом.

Когда мы дошли до половины, позади нас раздался шум и шелест многих сапог. Линия наемников раскинулась вдоль леса. Нет пути назад.

Наемники проклинали и назвали нас идиотами по веской причине. Если Лилия смерти схватит тебя, то произойдет одна из двух вещей. Либо съест твою плоть, а потом выплюнет кости, либо выплюнет целиком. Но не волнуйся, что тебя отпустят. Скорее всего, ты умрешь позже. Только десять процентов выжили после того, как цветок ввел токсин.

И если вас поймают, ваши друзья не смогут прорезать лепестки, они толстые и волокнистые. Кроме того, им нужно будет приблизиться к растению. Тогда лозы поймают их, сохраняя для следующей трапезы Лилии. Приятно, да?

С приходом наемников Керрик увеличил темп. Мы обошли многие белые цветы, но не могли избежать их всех.

Воспоминания о моем младшем брате постоянно всплывали в моей голове. Что-то в запахе Лилии напомнило мне об Аллине. Он перешел от ползания к бегу в течение нескольких дней, прежде чем ему исполнился год. Будучи активным, он никогда не переставал двигаться, пока не засыпал. Моя семья постоянно искала его. Я вспомнила, как изменилась после Аллина, и мое сердце похолодело. Он бродил в роще деревьев и был слишком молод, чтобы знать, какие ловушки следует избегать. Я не могла вспомнить, поймала ли я его или нет. Остальная часть памяти была как в тумане.

Забавно, как один звук может вернуть все. Низкое шипение. Я замерла. Как я могла забыть? Приглушенный шум рос. Блоха остановился под большим цветком. Керрик и другие пошли вперед.

Лепестки над Блохой раскрывались. Я оттолкнула его, Лилия нападала. Свист отозвался эхом. Меня окружили белые лепестки. И все погрузилось в мертвую тишину.

Сдавленная в кокон внутри, я ждала уколов. Токсин должен был убить меня, чтобы растение могло переварить на досуге. Я была бы в ужасе, если бы это был мой первый раз в Лилии смерти.

Мой брат, наконец, перестал бежать, и я смогла догнать его. Он указал на огромный шипящий белый цветок, и в одно мгновение Лилия схватила меня. Очевидно, я выжила. Тем не менее, я не помню, как именно меня освободили.

Два шипа пронзили мне руки. Меня переполнило знакомое чувство. Я дрейфовала, словно превратилась в дым. Забытые воспоминания ожили. После того, как меня выплюнули, я перенесла две недели болезни. Тем не менее, токсин, должно быть, заблокировал память о времени в Лилии, и поскольку никто, кроме Аллина, не видел, как меня схватили, они не знали, что заставило меня болеть. Симптомы сопровождались ужасным приступом желудочного гриппа.

Мое сознание теперь распространилось по корням и в душе растения. Через эту странную ментальную связь я заглянула за лепестки. Керрик и другие попытались разрезать Лилию смерти только для того, чтобы быть пойманными в лозы. Наемники наблюдали за ними с удовольствием, хотя они были расстроены тем, что потеряли меня. Или, если более точно, потеряли свою долю в сорок золотых.

Лилия смерти опустилась, чтобы выплюнуть меня.

«Подожди, — подумала я. — Держи меня, пока наемники не уйдут».

Растение остановилось. Я почувствовала его удовлетворение, оно узнало меня. Его гордость за мою жизнь с тех пор, как мы были вместе. Я почувствовала сожаление по поводу неудачных столкновений. Тем не менее это было обнадеживающим. Оно ощутило потенциал у Блохи, нацелившись на него.

Я попросила ее позволить мне запомнить. Лилия смерти не была поистине хищником; она пыталась помочь, но ее усилия либо сразу убивали человека, либо они умирали позже. Лишь немногие выжили. Прошло время. Наемники ушли, когда заходило солнце.

«Не забирай Блоху, пожалуйста, — я попросила. — Дай нам пройти».

Соглашение протекало медленно, но по расставанию я ощутила ее печаль. Она вытащила шипы из моих рук. Я вернулась назад в свое тело, чувствуя себя тяжелой, слепой, жесткой и неудобной. Ее лепестки открылись, и я выпала. Белен поймал меня в воздухе.

— Аври, что происходит? — спросил он.

Лозы отпустили мужчин.

— Бегите прежде, чем оно выберет новую цель, — приказал Керрик.

Белен не отпускал меня, пока они не достигли дальней части деревни. Ни одна другая Лилия не напала, и вскоре мы снова вошли в лес. Керрик поддерживал быстрый темп, пока мы не достигли небольшой поляны.

— Парни! — сказал Квейн. — Я подумал, что мы будем пищей Лилии, — он потер то место на шее, где к нему прижалась лоза.

Я опустилась из рук Белена. Керрик подошел ко мне. Я стояла, несмотря на то, что хотела уклониться от Белена.

— Ты хочешь умереть? — с гневом спросил он.

— Конечно, нет. Я сделала это, не задумываясь.

— Сможешь ли ты выжить с токсином? Сколько у тебя есть времени, пока он не начнет действовать? — спросил он.

Лилия удовлетворила мое желание. Я вспомнила всю встречу, но мне нужно было время, чтобы разобраться во всем.

— Я невосприимчива к токсину, — я ожидала, что мои слова будут хорошо восприняты. Но эта новость имела противоположный эффект.

Керрик подошел ближе и яростно спросил.

— И почему ты не сказала мне это раньше?

— Я не знала этого раньше.

Мой ответ охладил его. Он некоторое время яростно смотрел на меня, прежде чем обуздать свои эмоции и спросить.

— А откуда ты узнала сейчас об этом?

— Просто сделала выводы. Я была в этом цветке несколько часов. Если бы у меня сейчас была реакция, я бы не стояла здесь.

Керрик опустил тему, но отдал приказ своим людям разбить лагерь. Его сарказм преследовал меня до ужина.

Наконец я снова обратилась к нему.

— Ты должен быть счастлив. Наемники думают, что я мертва. Они больше нас не будут преследовать.

Из-за моих слов Керрик взглянул на меня.

Белен топнул ногой.

— Она права! Что за день. Я думал, мы все умрем. Нас убьет гигантское растение. Не так я представлял свою смерть.

— А как ты хочешь умереть? — спросил Лорен.

— Хочу умереть героем, а не глупцом, — ответил Белен.

— Как будто у тебя есть выбор, — заметил Блоха. — Смерть от голода не является героическим или глупым, это просто грустно.

Меня не удивило бы, если бы у Блохи был личный опыт голодания. В течение двух лет чумы никто не сеял, не выращивал скот. Многие люди, пережившие болезнь, умерли от голода.

Блохп сидел напротив огня, жонглируя двумя камнями. У него неплохо получалось. И я предложила научить, как использовать третий камень.

— Конечно, это было бы здорово.

Мы искали камень, который соответствовал размеру и весу других. Когда мы нашли хороший камень, я показала движения.

— Держи два камня в одной руке, а в другой один. Помни, когда первый достиг высшей точки перевернутой V, ты бросаешь второй камень. Когда второй камень находится на вершине, ты бросаешь третий одной рукой и ловишь первый другой. И продолжаешь бросать так, чтобы один камень всегда был в воздухе.

Он уронил с первой попытки. Камень пронесся мимо головы Лорена. На второй и третьей попытке он попал в плечо Белена. Здоровяк добродушно бросил камни. Когда Блоха почти задел Керрика, нам было приказано двигаться дальше.

По крайней мере, Блоха считал, что это новый шаг в испытании и пока не расстраивался. После двадцати попыток Блоха выполнил одно успешное жонглирование, прежде чем упали все камни.

— Вот и все! — сказала я. — Теперь все, что тебе нужно сделать, это…

— Практика, я знаю, — он замолчал на время, а потом произнес. — Спасибо, Аври.

Я махнула рукой.

— Меня это тоже развеселило. Напомнило о счастливых днях.

— Не только за то, что ты научила меня жонглировать, ну, знаешь… спасла меня от скверного гигантского цветка.

— Обращайся, — ответила я.

— Лучше не надо, — он стал серьезным, когда всякая радость ушла. — Не рискуй ради меня снова. Я готов умереть за принца Райна. Это мой выбор. Не твой.

Удивленная его поведением, я обдумывала его слова.

— Ты даже не встречался с Райном. Почему ты так готов отказаться от своей жизни?

Блоха указал на огонь. Квейн, Белен и Лорен ссорились. Керрик сменился и стал охранять всех.

— Они хотят. Я им доверяю. Это просто, — он скрестил руки на груди. — Обещай мне, что ты не рискнешь своей жизнью ради меня.

— Нет. Потому что это не так просто для меня.

Блоха раздражился, как Керрик. Я рассмеялась.