Мария Смирнова – Объединённые огнями (страница 6)

– Ну и мерзость, – сделала я вывод, оставив лишь небольшую щель, чтобы свежий воздух разогнал духоту.

Легла, надев наушники, и включила музыку. Отключилась от этого мира.

Рок – почти классика, если, конечно, исключить некоторые его особенности. Он сводит в себе голоса разных инструментов: от высоких напевов скрипок до брутальных басов гитары. Точно такой же контраст создают солисты: от нежных и звонких сопрано, которые в кульминации могут сорваться в экстрим, до грубых баритонов, затихающих до бархатного шёпота. К этому сочетанию я всегда была неравнодушна. Мой маленький музыкальный бунт, о котором знали лишь самые близкие: Алина, Кирилл и Лёша.

«Когда-нибудь научусь играть на гитаре Хотя родители не позволят. Якобы не для девочки».

Мышцы расслабились, мысли начали ускользать. Всплыли воспоминания с летнего фестиваля с прошлого года, где я была счастлива, рядом с друзьями и своим парнем, даже не подозревая о скорой гибели Лёши, магии и других реальностях.

Сон наступил быстро, вернув меня к иве, к дождю, к всполохам зарниц, холоду, от которого стучали зубы, ране на коре ивы, к холодной руке мертвеца, тронувшей меня за плечо. Кто-то громко крикнул моё имя, и я вскочила. От ужаса, пережитого во сне, я долго не могла понять, что нахожусь уже в своей комнате. Дождь стучал по окну, наводя на ужас, холод сковывал, сердце стучало так, что трудно было дышать.

Я практически не помнила ничего из сна, только иву и чужую руку на своём плече, а после крик. Не могла до конца понять, что именно меня напугало, но это было уже не так важно. В груди что-то вспыхнуло, как костёр, начало гореть, отдавая жжением во всём теле. Сжала зубы, чтобы не закричать.

Первая волна прошла быстро, но это было только началом.

В прежде тёмной комнате словно включили ночник. Тёплый свет пополз по стенам, книжной полке, рабочему столу, удлиняя тени. Не могла понять, откуда был источник света, пока не взглянула на свои руки. От ладоней до плеч под кожей золотисто-зелёным подсвечивались вены и сосуды, словно внутри меня была не кровь, а жидкое солнце.

Следом ещё одна волна, в этот раз сильнее, жарче, яростнее. Всё тело разом вспыхнуло от жара внутри. Чувствовала, как свет рвался наружу, менял каждую клеточку моего тела.

С пальцев сорвались ярко-алые язычки пламени. Я попыталась их сдуть, но они не слушались – перетекли по коже, не обжигая, а обволакивая, как вторая кожа.

Испугалась, что сгорю заживо в своей постели, но огонь, покрывающий меня, на удивление был лишь слегка тёплым и приятным. В местах, где возникали язычки, свет тускнел. Постепенно боль полностью пропала, но я всё ещё светилась, как звёздочка на ёлке, и частично была покрыта огнём.

В ужасе стащив с себя наушники, которые каким-то чудом не загорелись, взяла телефон и написала Саше. Я не хотела связываться с ведьмой, ведь она до жути меня пугала, но сейчас только она могла мне помочь:

«У меня руки светятся и горят. Что делать?»

Ответила быстро, будто ждала, что я напишу:

«Выходи в подъезд. Сможешь?»

Не переодеваясь, как есть, в пижаме с котиками, вышла в коридор, где тут же упала на колени. Третья волна была сильнее. Грудь разрывало от силы двух огней, бушевавших внутри, кожа пылала, я едва могла дышать от духоты. Не помню, как, но заставила себя выйти, повалившись на серый пол.

– Вот дура упрямая! – проговорила Саша, кинув на меня тяжёлый мокрый плед.

От смены температуры перехватило дыхание. Не закричала только потому, что голос пропал полностью. Мышцы стянулись в узел, я замерла от шока, но становилось легче.

– Сгореть хотела?! Пойдём! Я помогу.

Ведьма была не по-человечески сильной. Она рывком подняла меня с пола, перехватила и помогла зайти в квартиру к её родителям. Сначала пыталась сопротивляться. Мне очень не хотелось к ней, но Саша только сильнее подтолкнула меня в спину, не желая даже слушать.

– Тихо! Мать спит.

Мы пересекли коридор, свернув в до боли знакомую мне комнату. Сердце сжалось, свет внутри меня отреагировал на новую эмоцию очередной волной, от которой ноги подкосились. Ведьма удержала меня, без церемоний затолкав в комнату, бросила на кровать Лёши. Села рядом со мной и начала водить рукой надо мной, как в дешёвых фэнтези-фильмах.

Некоторое время ничего не происходило, а потом от меня к ней поползли тонкие, как леска, нити, сияющие так ярко, что стало видно каждую деталь тёмной комнаты: книжные полки, фигурки, плакаты с рок-музыкантами и игровыми персонажами, фотографию в рамке, стоявшую недалеко от закрытого ноутбука.

Радужки ведьмы вспыхнули алым светом, как угольки от ветра. Рыжие волосы потемнели до кроваво-алых, покрывшись едва заметными язычками пламени. Руки засияли, но не так ярко, как у меня, скорее просто покрылись едва заметной алой аурой, поглощающей мои золотисто-зелёные ленты света.

Когда она закончила, мне стало значительно легче. Кожа перестала светиться, а жар начал сходить. Но меня всё ещё ломало, как при высокой температуре.

– Это только уберёт симптомы. Тебе надо было попасть ко мне раньше, когда обращение ещё можно было остановить. Теперь придётся потерпеть.

– Обращение? Я я буду как ты?

– Не знаю. Не думай сейчас об этом. От эмоций огни становятся ярче и сильнее.

– Почему Почему их два?

– Один не твой. Ты же знаешь, – с улыбкой проговорила Саша, прикладывая мне ко лбу холодную мокрую примочку, пахнущую травами. Только тогда я заметила, что рядом с ней было блюдце, в которое она опускала марлю.

– Но но связь оборвалась.

– Пока Лёша был в междумирье, но всё закончилось. Всё хорошо. Алое пламя — это хорошо, – успокаивала она меня, накладывая холодные компрессы на руки, а следом и на ноги, прямо поверх пижамы. – Если бы не они, тебя бы мог уничтожить собственный свет.

– Почему? Что со мной не так?

– Всё с тобой нормально. Ты думаешь, почему я из дома сбежала в шестнадцать лет? Со мной случилось то же самое. Я совершенно себя не контролировала. Поджигала всё, до чего касалась, да и сама с ожогами ходила. Они, конечно, потом зажили. Даже шрамов не осталось, но я не могла оставаться дома. Родители не знали обо мне ничего. Они бы не смогли помочь.

– Где ты была?

– Долгая история: сначала у родной матери, потом обучалась, а дальше устроилась инспектором. Теперь слежу, чтобы магические создания не вредили людям и не пытались раскрывать тайну о тонком мире. Всё, тебе надо спать. Я помогу уснуть, но постарайся ни о чём не думать.

Хотела спросить, что значит «поможет уснуть», но она посмотрела на меня своими изменёнными глазами, в которых бушевало пламя, и мои веки сами опустились. Я провалилась в приятную тьму, где не было снов или тяжёлых размышлений.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.