Мария Симонова – Третья стихия (страница 66)

Бол, дремавший в кресле рядом, неожиданно ожил, сместил свои запчасти так, что к Михаилу выплыл, протолкавшись меж ингредиентами, его рот и подал голос:

— Оригинально ты ее скрутил! Я уж подумал, что это она тебя так на свой лад перекроила, и сам уже приготовился к тому же.

— Не она, а он, — поправил Карриган. — Демон-имитатор — такой же, как донимал нас в Месиве. Этот ланг еще до великого исхода умудрился вытащить с Темной Стороны маленького имитатора. Тот со страху прикинулся поначалу волком с человечьей головой, пообещал лангу бессмертие, только попросил взамен его кормить. Желательно чем-нибудь белковым и непременно одушевленным. Ланг на радостях принялся его откармливать, перевел на харчи всех зверей в округе, когда не осталось даже собак, кошек и крыс, принялся за людей. Сам, естественно, не справлялся, нашел себе помощников, поддающихся мозговому кодированию, по которому он был специалистом, они ему служили добытчиками, со временем сами шли на корм. Продолжалось это, как вы наверняка уже поняли, столетиями, со временем их деятельность приобрела космические масштабы. За это время между лангом и имитатором образовался своеобразный симбиоз, которому мы и положили конец своим бесцеремонным вторжением.

Карриган замолчал, и Михаил наконец получил возможность высказать вопрос, свербевший в голове с самого начала повествования:

— Значит, это был ланг? Но он же ничем не отличался от обычного человека!

— На первый взгляд. Но только ланги, в отличие от людей, никогда и никому не показывают свою спину. Иногда — если повезет — ты можешь увидеть ланга сбоку, но никогда — со спины, даже во время сна. Исключение составляют только мертвые ланги.

Карриган покосился через плечо на Михаила проницательным глазом: у того в это время всплывала в памяти недавняя сцена в тронном зале.

— Я ударил его в спину, — подтвердил Карриган, — но видел при этом его лицо, причем — в строгий фас. Ты можешь ходить вокруг ланга кругами, как дочерняя планета, и все время будешь лицезреть только его лицо и прочий фасад.

За разговором они чуть не упустили момент, когда капсула состыковалась с кораблем. Стыковка с кораблем на орбите произошла неожиданно и почти незаметно: они только что вышли из верхних слоев атмосферы, капсула летела ровно, как вдруг дрогнула и через мгновение начала расширяться, становясь постепенно вновь залом управления. Кресла с пассажирами разъехались на прежние свои места перед раздувающимся, словно черный пузырь, экраном. Не успел экран достичь былых размеров, как на нем сменилась картинка. Эти мгновенные прыжки через Бог его знает какие бездны очень напоминали Михаилу смену иллюзорных пейзажей в здешней его «каюте». Как в сказке — моргнул Иван-царевич, а вокруг вместо сада с райскими яблоками уже кладбище с мертвецами. Сейчас перед ними, кстати сказать, и появилось в некотором роде кладбище, хотя и без мертвецов: корабль вернулся в окрестности упокоища напрасных трудов сотен поколений лангов. Впрочем, если верить заявлению Карригана, что любой труд в этом мире напрасен, то таким кладбищем являлась вся Вселенная. Словом, они опять оказались у обочины заброшенной космической дороги, на этот раз гораздо ближе к кольцу. Теперь хорошо была видна структура кольца. Оно состояло из нескольких слоев голубого металла разной ширины и отдаленно смахивало своей многослойностью на кольцо Сатурна.

Неожиданно напомнила о себе Рейчел: она поднялась со своего места и куда-то пошла.

— Так! — сказал Карриган, хлопнув себя ладонями по коленям. Словно повинуясь этому хлопку, Рейчел остановилась и уселась на пол. А Карриган объявил: — Сейчас займемся ею, а заодно и еще одним нашим пассажиром.

Петр вскинул недобрый взгляд на Карригана:

— Что ты с ней хочешь делать?

— Лечить, мой мальчик! К сожалению, всего лишь лечить. Но для успешного лечения мне необходима консультация специалиста.

Сказав так, он развернулся к Михаилу.

Михаил, конечно, поднаторел в последнее время в санитарии. Но на лавры прославленного медика все же не рассчитывал.

— В вашей пространственной сети имеются реабилитационные службы для душевнобольных людей? — спросил Карриган, и у Михаила отлегло от сердца.

— Я не знаком со всеми службами — в сети их миллионы. Но до такого, по-моему, никто пока не додумался.

— Потому что до них никому нет дела, — вставил Петр.

— Мы можем создать новую службу такого рода?

Карриган сегодня точно был в ударе.

— Но для этого необходимо…

— Имея все исходные.

— Надо найти в сети специальную программу — «Творец». С ее помощью можно создать практически что угодно.

— Хорошо, с этим ясно. Теперь о следующем пациенте. Как достать человека из сети?

Михаил уже понял, о ком идет речь, и не стал вдаваться в детали — как да что, а ответил лаконично:

— Я смогу его вызвать. Только есть большая вероятность, что он не явится по вызову. Многие из них считают реальный мир лишь функциональным придатком сети и просто не реагируют на вызовы отсюда.

— Значит, чтобы его вытащить, нам придется поймать его непосредственно в сети.

Поколебавшись мгновение — Карригану, конечно, в этом мире было подвластно многое, — Михаил все-таки качнул головой отрицательно.

— Если человек стал постоянным обитателем сети, это значит, что там он — бог. Всемогущий и так далее. Возможно, тебе и удастся его найти. Но даже не мечтай его оттуда вытащить. Там даже ты вряд ли будешь стоить больше, чем он.

— Думаю, это не совсем так…

Карриган откинул голову на спинку кресла и замер, уставившись куда-то вверх. Похоже, что средоточие его мыслей гнездилось примерно в тех же областях, что и у Михаила. Прошло всего секунд пять, когда край его рта дрогнул, искривляясь в медленной усмешке. Потом он заговорил:

— Ну, во-первых, еще не факт, что он там «бог». Ты судишь по себе, а ведь у вас, насколько мне известно, существует еще такая категория, как «игрун». Но даже если ты и прав, то у этого «бога» есть, по крайней мере, одно слабое место — он смертен. И он вернется, если мне удастся убедить его в том, что близится его смертный час в реальном мире.

— А если не удастся? — заинтересовался Петр.

— Он все равно должен будет навестить свое тело — так, на всякий случай, чтобы проверить.

— Допустим, он вернется, — согласился Петр. — На минуту или на пять — убедится, что с его телом все в порядке, и тут же уйдет обратно в сеть!

Карриган, прищурившись, сцепил на коленях руки и стал вдруг похож на крестного отца всегалактической мафии, заматеревшего в своей всесильности. И этот вселенский крестный папа проговорил так ласково, что крови стало холодно у Михаила в жилах:

— А кто ему позволит уйти обратно?..

— Карриган! — вдруг произнесла Илли. Все собрание, за исключением Рейчел, обернулось к ней, как будто все они были Карриганами. — Ты — лжец!

Все посмотрели на Карригана. Он сначала молча глядел на Илли с раздумчивым выражением: «Сожрать? — Не сожрать?» Потом обронил спокойно:

— Допустим. И что?

— Я поняла, чего ты добиваешься. Теперь ты и этого хочешь убить?!

— Кем бы я ни был, я только помогаю тебе в осуществлении твоих планов. Сейчас нам осталось лишь сделать последний шаг.

— Я запрещаю тебе его трогать! Ты немедленно вернешь нас на Землю! И там я уже сама разберусь, как с ним поступить!

Только теперь Михаил окончательно поверил в то, что перед ним — Великая Императрица. И еще у него появилось ощущение, что все они захвачены мощным течением, словно стали пленниками великой невидимой реки, несущей свои воды по строго определенному руслу. А та, которую он знал под именем Илли, делает сейчас попытку выбраться из этого неумолимого течения, ухватившись за пролетающий мимо хилый прибрежный кустик.

Карриган хмыкнул, откидываясь назад, — его- то пребывание в этой реке, судя по всему, вполне устраивало — и произнес с усмешкой:

— Давненько мне не закатывали сцен! — Потом усмешка на его лице стала еще шире, и он медленно подался вперед со словами: — А вот и мы! Однако быстро! И на сей раз, как это ни странно, очень вовремя!

Предметом общего внимания немедленно стал экран, на который Карриган любовался сейчас с обворожительнейшей улыбкой, как будто там нарисовался его именинный торт. Разумеется, никакими тортами в космосе и не пахло. А если бы там могло бы чем-нибудь пахнуть, то сейчас там благоухало бы большим количеством железа. Пока капитан совещался с командой, а команда пререкалась со своим капитаном, доходя уже до откровенного бунта, на экране, никем не замеченный, возник посторонний металлический объект, а именно — космический корабль внушительных габаритов, обличья при этом определенно грозного. И появился он прямо на древней дороге лангов, то есть непосредственно в самом кольце.

— А не отвлечься ли нам на время от наших внутренних проблем для проведения переговоров? — спросил Карриган предвкушающе, судя по тону — сам у себя. И ответил сам себе в утвердительном смысле: — Дадим ему, пожалуй, последний шанс! — Потом закинул ногу на ногу и произнес в пространство: — Итак, чему мы обязаны счастьем вновь вас лицезреть?

Кажется, он уже приступил к переговорам. Хотя конкретно этот корабль Михаил лицезрел впервые, но было ясно, что с его имперской начинкой — подразумевая известный катер и его команду — им в последние дни приходилось иметь дело довольно часто. И корабль ответил на обращение: в зале раздался смутно знакомый голос, произнесший единственное слово: