Мария Шумская – Правила игры (страница 13)

–

Личную жизнь строят двое людей, не так ли? Третий лишний!

–

Не в таком возрасте. Юридически ты все еще ребенок на попечении родни. Вот после 18 я и сам спрашивать не стану.

–

А до?

–

"До" я бы познакомился с твоими родителями для начала.

–

Серьезно!?

–

А как ты пригласишь меня на День Рождения, если я из разряда воображаемых друзей? Конечно, мы можем повременить со знакомством месяц-другой, пока они сами не начнут задавать вопросы, откуда цветы и все прочее. Но мой горький опыт подсказывает: чем раньше мама и папа в курсе, тем проще они относятся к последнему ряду и другим радостям жизни .

–

Какие мы опытные! И скольких девушек уже обольстили твои приемчики?

–

Малышка уже ревнует? Как приятно!

–

Ничуть не бывало, просто интересно!

–

Ну да, ну да, а я прямой потомок Цицерона по кривой линии!

–

Ты всего лишь невыносимый тип!

–

Не спорю, тебе меня даже не поднять, не то что вынести!

–

Даже не подумаю. Ты невыносим, потому что я даже не попытаюсь тебя нести! Сиди и прикалывайся в горьком одиночестве!

–

Уже сижу, ты же запретила мне общаться с другими девушками, все подводные богатства моего юмора теперь в твоем распоряжении!

–

А ты уже жалеешь? И часу не выдержал?

–

Нет, просто напоминаю тебе, gatita: "Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит".

–

То есть?

–

Мои шутки – это теперь твой крест. Неси его со всем положенным смирением! Я же не ропщу, хотя за длинный язык приходилось огребать и неоднократно.

–

Еще бы, я порой почти на стороне линчевателей!

–

Вот опять! Пассивная агрессия и прямое одобрение насилия по отношению к сильному полу!

–

Это уже твой крест, парень, неси его со всем положенным смирением! Страдания очищают душу!

–

Согласен с Достоевским, но когда ты пойдешь домой? Уже темно и холодно.

–

А мне казалось, мы только начали. Блин, и правда поздно уже. Рука отваливается, холодно. Пора закругляться.

–

А кто снимает перчатку, когда разговаривает по телефону? Только непослушная любительница страданий! Заболеешь.

–

Ты опять за мной следишь?

–

А как же? Я не могу позволить даме разгуливать одной вечером по парку. Это опасно, знаешь, как на улице много педофилов?

–

Могу лишь догадываться.

–

Закругляемся. Премного благодарен за чудесный вечер, мадемуазель, надеюсь, вы дадите мне возможность сопровождать вас снова?

–

Ну разумеется… котенок!

–

На русском языке и твоим тоном это обращение звучит как издевательство. Gatita – это мило, а не пошло.

–

Ладно, шучу, мне нравится. Ты испанский знаешь?

–

Ну так, учу в институте.

–