Мария Шолль – Швейцария в кармане (страница 21)
«Приехала ко мне в гости подруга из России, и мы поехали гулять в Берн, – рассказывает Анна из Винтертура. – Перед мостом через реку Аре наше внимание привлек красивый молодой человек с букетом цветов. Он явно был в ожидании и нетерпеливо смотрел в противоположную сторону моста. Вдруг он сорвался и радостно побежал к кому-то. Навстречу ему двигалась девушка в инвалидной коляске, которая и оказалась его любимой. Как завороженные смотрели мы с подругой на эту сцену: он положил ей на колени цветы и осыпал ее лицо и руки поцелуями. И дальше они отправились вместе, счастливо глядя друг на друга. Мы с подругой переглянулись и сказали друг другу лишь: „Вот так вот!“»
В Швейцарии принято жениться поздно. Средний возраст при первом вступлении в брак – около 32 лет для мужчин и почти 30 – для женщин (
Вне брака детей заводят только 20 % семей – в два раза меньше, чем в Европейском союзе (
Что удивляться таким правилам: не так давно в Швейцарии неженатые пары вообще не имели право жить вместе. В XX веке кантоны один за другим отменили этот закон. Ааргау сделал это раньше Цюриха: последний оставался противником конкубината аж до 1971 года.
Это дало мощный толчок развитию ааргауского города Шпрайтенбах, расположенного на границе кантонов. Сюда хлынули пары из Цюриха, которые хотели жить вместе, оставаясь при этом рядом с прежним местом жительства. Если еще в 50-х годах Шпрайтенбах был маленьким фермерским городком, то с 1960 года по настоящее время его население выросло почти в пять раз.
– Вы говорите по-английски?
– Чуть-чуть, – отвечает швейцарец. И начинает говорить на безупречном английском практически без акцента.
– Вы были в России?
– Немного путешествовал, – скромно говорит швейцарец. Выясняется, что он проехал от Мурманска до Владивостока.
– Вы умеете рисовать?
– Не очень хорошо, – потупляет глаза швейцарец. Закончил с блестящими оценками художественное училище.
Мало того, что швейцарцы закрытые, они еще и скромные. Более того, они любят все преуменьшать.
– Дайте мне, пожалуйста, немножко вот этого маленького пирожочка, – говорит швейцарец, если хочет купить гигантский кусок пирога.
– На улице немножко прохладно, – говорят здесь, если на улице минус 10 градусов.
Как-то на вечеринке я встретилась с швейцарским приятелем, который только что вернулся из путешествия по Лаосу. Узнав, что я жила там в детстве, он спросил меня, знаю ли я лаосский язык. «Всего пару-тройку слов», – честно ответила я. Тем не менее с тех пор при каждой встрече он начинал говорить мне фразы на лаосском, которые выучил за время путешествия. Большинство из них я не понимала (ведь я на самом деле знала только несколько слов). «Почему ты со мной говоришь все время на лаосском?» – спросила я его. «Но я думал, ты хорошо говоришь, – объяснил он. – Ты ведь сказала, что знаешь парочку слов».
Швейцарцы также любят все маленькое, в том числе это касается плодов: маленькие головки лука, маленькие картошечки, маленькие баклажанчики. По словам производителей, в стране особенно хорошо продаются мини-овощи.
Обеспеченные люди не любят выставлять на показ свой доход и одеваются скромно. Поэтому вычислить богатого человека на улице сложно. Если вы видите явно дорого одетую даму или джентльмена с надменным взглядом, это, скорее всего, иностранец.
За бережливость и экономию здесь ценят, а не презирают. Человека, которому повезло устроиться на легкую, но высокооплачиваемую должность (швейцарцы называют такую работу «шоколадной» –
Альберт Эйнштейн был когда-то иммигрантом в Швейцарии. Здесь он пришел к формуле
Фредди Меркьюри записал в Швейцарии семь альбомов, включая последнюю пластинку группы
Миллиардер Ингвар Кампрад, основатель компании
Николас Хайек приехал в Швейцарию из Ливана. Он создал
Но вряд ли эти люди приходят на ум, когда речь идет о «мигрантах в Швейцарии». Кто же они?
Начнем с того, что мигранты – это почти 25 % населения, то есть каждый четвертый житель страны (
Мой муж – швейцарец на три четверти: его бабушка по материнской линии родилась в деревне итальянской провинции Тренто. Жена одного из дядей мужа – тоже из Италии, а другого – из Испании. Среди наших ближайших родственников есть также американцы, немцы и филиппинцы, а если посмотреть на дальнюю родню, то география происхождения охватит десятки стран.
Откуда же большинство швейцарских мигрантов? По данным Федерального ведомства статистики Швейцарии за 2016 год, самые многочисленные приезжие – из Италии. Их приток был особенно велик в 70-х годах. Местные порой винили итальянцев во всех проблемах: и работу они отнимают, и ведут себя неподобающе.
Сегодня ситуация обратная: итальянцы относятся к числу более желанных мигрантов. Как-то даже случился неловкий инцидент. Община города Эммен (пригород Люцерна) могла решать вопрос о предоставлении гражданства местным мигрантам через анонимное народное голосование. По результатам одного такого голосования жители одобрили гражданство для восьми кандидатов из Италии. Но отказали 48 другим приезжим, в основном из Юго-Восточной Европы и Турции. Федеральный суд постановил, что решение было принято на основе дискриминации по религиозным и этническим причинам. Теперь решение о натурализации в Эммене принимает комиссия, выбранная местными жителями.
Немцы – на втором месте. Если спросить швейцарца, что из себя представляет типичный мигрант из Германии, он в первую очередь скажет: «Врач». Медицинские услуги востребованы, но местные университеты не успевают удовлетворять запросы общества. Швейцарцы жалуются: «Окулисты в оптиках вечно наш диалект не понимают. Только ужасный стандартный немецкий!»
Есть несколько моментов, которые швейцарцы недолюбливают в соседях с севера. Например, категоричность: «Они не спрашивают, а указывают. Не просят, а командуют». Швейцарцы – закрытые, скромные и осторожные – пугаются такого напора. «Я бы хотел заказать кофе, пожалуйста», – промямлит швейцарец в кафе. «Мне кофе!» – буркнет немец.
Но приезжим из Германии тоже есть что сказать про швейцарцев. «Вы избалованы, – заявил как-то при мне немец швейцарцам. – Чуть ветерок подует, швейцарцы вопят об ужасном сквозняке и требуют закрыть все окна. В домах у вас зимой так натоплено, что можно в одних трусах ходить. В отпуск вы ездите только в „безопасные“ страны. Спать ложитесь в десять вечера, как малыши».
На третьем месте – португальцы. Именно их образ возникает сегодня у швейцарца при слове «гастарбайтер». Действительно, долгое время португальцы приезжали в Швейцарию на сезонные работы. Но после открытия границ между Швейцарией и Европейским союзом число постоянных жителей с запада Пиренейского полуострова стало стабильно расти.
На четвертом месте – приезжие из Франции. Согласно исследованию университетов Невшателя и Женевы, они одни из самых довольных мигрантов в Швейцарии и не испытывают сильной ностальгии по Родине. Это связано с тем, что французы обычно приезжают в Швейцарию, не спасаясь от нужды, а совершив личный выбор в пользу швейцарского образа жизни. Да и поселиться они могут среди людей, говорящих на том же языке, читающих те же книги и слушающих ту же музыку.
Дальше идут выходцы из Косово, через одну позицию от них – сербы, еще через одну – македонцы, с небольшим отставанием – боснийцы и хорваты. Если посчитать всех жителей из бывшей Югославии вместе, то они будут конкурировать за лидерство среди иммигрантов Швейцарии наравне с итальянцами и немцами. Активнее всего они приезжали сюда во второй половине 80-х и первой половине 90-х годов. В этот период в Югославии нарастала напряженность, вылившаяся в кровавую войну. В Швейцарии, с другой стороны, активно развивалась экономика, и компаниям нужна была рабочая сила.
В 90-х Швейцария стала менять иммиграционную политику. Страна отдала предпочтение жителям Европейского союза и Европейской ассоциации свободной торговли (сегодня в нее входят Исландия, Норвегия, Швейцария и Лихтенштейн). Из остальных стран в Швейцарию на работу теперь могут приехать только высококвалифицированные рабочие и по квотам.