Мария Шолль – Швейцария в кармане (страница 16)

Почему же компании со всего мира регистрируют офисы и штаб-квартиры именно в Швейцарии?

В некоторых кантонах страны – один из самых низких в мире налогов на прибыль. Государственная политика построена так, что кантоны соревнуются между собой за привлечение иностранных денег. Однажды на конференции в Швейцарии к моему знакомому предпринимателю подошел представитель одного из кантонов и предложил перерегистрировать компанию на выгодных условиях у них (вместо кантона-конкурента). «Вы занимаетесь нефтехимией, а мы как раз отстаем по этому показателю!» – пояснил он свой интерес.

Крупные фирмы могут договариваться с кантоном об индивидуальной налоговой ставке, которая в разы отличается от некоторых европейских. Для одной и той же компании в Германии, например, налог на прибыль может составить 30 %, а в «гостеприимном» швейцарском кантоне, если договориться, всего 5 %.

Для тех, кто решил вести бизнес в Швейцарии, существуют швейцарские банки – одни из первых в мире по уровню финансовых услуг. Хотя банковская сфера играет важную роль в местной экономике, все-таки не решающую, как некоторые думают. Вклад всей финансовой сферы (включающей не только банки, но и страхование, финансовый консалтинг и так далее) в экономику страны составляет менее 10 %. Для сравнения: промышленность и мелкое производство приносят почти 20 % национального дохода (Федеральное ведомство статистики Швейцарии, 2015 г.).

Еще одна сфера экономики, чуть переоцененная благодаря стереотипам, – производство часов. Хотя почти все люксовые наручные часы мира производит Швейцария, часовая индустрия приносит чуть больше одного процента национального дохода. По данным Федерации швейцарской часовой промышленности, поддельных часов под видом швейцарских брендов, таких как Rolex, продается больше, чем настоящих.

Откуда же берется швейцарская предприимчивость?

На мой взгляд, она во многом формируется образовательной системой страны.

Когда я рассказываю друзьям из России, что большинство швейцарцев не заканчивает университет (и даже старшую школу в традиционном понимании), многих это шокирует.

Согласно известной Международной программе по оценке образовательных достижений учащихся (PISA), швейцарские школьники – одни из лучших на планете в науке и математике. По последнему предмету они вообще обогнали сверстников из всех стран Европы (включая Россию), Северной Америки, Австралии, Новой Зеландии, Южной Америки и Африки. Впереди только некоторые азиатские страны.

Но швейцарские педагоги анализ PISA ругают. «Эта оценка построена на зазубривании, – сказал мне мой муж, школьный учитель. – А сильная сторона швейцарского образования – в его практичности».

«Конечная цель образования – это не достижения в школе, а приспособленность к жизни; не приобретение привычки к слепому подчинению и предписанному усердию, а готовность к независимым поступкам», – говорил в одном из писем к своему коллеге в 1819 году один из величайших педагогов мира швейцарец Иоганн Генрих Песталоцци.

Уже в средней школе дети осваивают помимо стандартных предметов прикладные навыки: как управлять проектами, составлять резюме или строить отношения с окружающими. Поощряет школа и углубление в будущую профессию. Как-то я случайно увидела словарик, в котором муж записывает новые английские слова для учеников. «Что это за лексика? – ужаснулась я. – Я даже на русском таких терминов не знаю!» Оказалось, несколько учеников школы планируют стать фермерами и поэтому изучают названия сельскохозяйственной техники и процессов на иностранном языке.

Две трети швейцарских детей не получают высшее образование. Закончив девять классов школы, то есть в 15–16 лет, ученик уже выбирает профессию и становится стажером в фирме или на предприятии, получая маленькую зарплату. Параллельно он посещает профессиональную школу (от одного до нескольких раз в неделю) и ходит на курсы по введению в специальность.

Эта система создает своего рода фильтр: если в какой-то профессии уже слишком много кадров, подросток просто не устроится на стажировку, а если, наоборот, нехватка, то легко найдет место.

Бывает, приходишь в Швейцарии в оптику заказать очки. Или вызываешь сантехника. И появляется совсем молоденький специалист, лет 19–20. Думаешь: «Ну вот, лучше бы мне попался кто-то поопытнее». А на самом деле этот юнец уже имеет несколько лет работы за плечами.

Такой схемы в Швейцарии достаточно для получения большинства специальностей: будь то электрик, IT-администратор, часовщик, флорист, пекарь, садовник, помощник стоматолога, повар, парикмахер, фотограф, фермер, оптик, консультант в магазине и так далее. Вот если ребенок хочет стать, например, врачом, ученым или юристом, тогда нужно закончить старшие классы и поступить в университет.

Швейцарцы обычно не сдают экзаменов для поступления в вуз, достаточно закончить гимназию. (Есть несколько исключений: например, медицинские факультеты или высшие школы художественных искусств.) Обучение в вузе довольно дешевое даже по меркам платных отделений московских вузов: во многих университетах один семестр обучения стоит всего 500 франков.

Оплатить его молодому человеку обязаны родители, которые получают за ребенка налоговые льготы, пока он не закончит полностью первое образование (но максимум до 25 лет). Если они недостаточно зарабатывают, чтобы помочь отпрыску, то швейцарец может претендовать на стипендию, которая покроет часть расходов.

В результате высшее образование в Швейцарии получают только те, кому оно действительно необходимо. Родители не давят на ребенка, чтобы он поступил в вуз. Считается, что успеха можно добиться в любой профессии. Благодаря этому здесь нет изобилия людей «с двумя высшими», но без работы. Зато много квалифицированных специалистов, которые к 20 годам уже досконально знают свое дело.

Еще одна важная особенность швейцарского образования – его гибкость. Вы не обязаны всю жизнь идти по тому пути, который выбрали в подростковом возрасте. Сложная, разветвленная система дополнительного образования позволяет швейцарцу постоянно развиваться, если он того желает. Например, мой деверь после девяти классов и описанной выше дуальной системы (стажировки с дополнительным обучением) стал электриком. Проработав несколько лет по профессии, он захотел большего, получил дополнительное образование и стал специалистом по электрическим системам. Теперь он больше не ходит по домам и не чинит проводку, а сидит за компьютером в офисе – управляет системами электроснабжения на производстве.

Интересный момент: частные школы в Швейцарии считаются хуже государственных. Учителям там платят более низкие зарплаты. Попадают в частные школы в основном дети иностранцев, которые хотят учиться на английском языке.

Исключение составляют самые дорогие и престижные. Но и там главное преимущество – это не столько отменный уровень образования, сколько возможность оказаться в среде детей знаменитостей, политиков и миллионеров и уже в юном возрасте завязать полезные контакты.

Обучение в знаменитой школе-пансионе Le Rosey стоит более 100 тысяч франков в год. Ученики живут в средневековом замке с бассейнами, теннисными кортами, конюшней и яхт-клубом на берегу Женевского озера. Зимой дети перемещаются в другой кампус, подальше от зимних туманов на озере и поближе к горнолыжным трассам.

Le Rosey называют «школой королей». Среди известных выпускников – короли Бельгии Альберт II и Бодуэн I, король Испании Хуан Карлос I, шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви, король Бурунди Нтаре V, князь Монако Ренье III, король Египта Ахмед Фуад II и так далее.

Сейчас в школе на каждую национальность выделена квота – не более 10 %. Поговаривают, что это правило ввели из-за детей новых русских, которые нахлынули в Le Rosey в 90-х годах. Они якобы устроили «террор» в отношении других учеников, поэтому школа ввела национальные ограничения.

А лидер Северной Кореи Ким Чен Ын, как утверждают СМИ, учился продолжительное время под вымышленным именем в школах недалеко от Берна.

Даже самое лучшее образование ничего не стоит, если человек не умеет трудиться. Плодотворный и эффективный труд – еще один секрет швейцарского процветания. Никто это не ощущает сильнее, чем безработный.

«Почему бы тебе не приехать в Москву, раз ты не работаешь? Времени ведь много свободного», – спрашивали меня иногда российские друзья, когда я была безработной.

На самом деле они ошибались. Что же мне мешало валяться в кровати целыми днями?

Регистрация в швейцарском центре по безработице! Если я хотела укатить на отдых или даже просто один день ничего не делать, я должна была брать отпуск. Потому что в Швейцарии безработный – фактически сотрудник центра по безработице. Тебе назначают консультанта, который дает обязанности и одобряет отпуск.

Пособие по безработице составляет 70–80 % от зарплаты на последнем месте работы, и выплачивают его в течение максимального срока приблизительно от полугода до полутора лет.

Эти деньги не из воздуха. Каждый наемный сотрудник в Швейцарии обязан выплачивать взносы в страхование по безработице (50 % сам, остальное его работодатель). И пособие положено только тем, кто выплачивал эти взносы минимум 12 месяцев за последние два года.