Мария Семенова – Затмение (страница 38)
Он обернулся к спутникам. Те жарко закивали, не сводя голодных глаз с почти съеденного зайца.
– Ты – настоящий сын своего отца! – дожевывая кусок мяса, с чувством проговорил Джериш. – Аратта не забудет твоего деяния…
Он задумался, прикидывая, что еще похвального можно сказать Учаю. Но мысли невольно обратились к главному – что следует делать дальше.
Возвращаться в одиночку в Аратту? Пустая затея. Зима наверняка застанет его в пути. Даже если прихватить с собой этих мальчишек… Джериш живо представил себе, как взглянет на него высокородный братец Киран – как умел смотреть лишь он. Воину показалось, что он слышит обращенный к нему вопрос: «Ты увел с собой полторы дюжины отборных жезлоносцев, а привел обратно полудюжину каких-то ощипанных цыплят. Ты с ума спятил?»
Напутствуя родича в дорогу, государев зять настойчиво рекомендовал предводителю Полуденных Жезлоносцев подружиться с наследником престола, стать его ближайшим советником и товарищем. Не дать мерзкому накху оплести мальчишку своими змеиными чарами. И все складывалось просто замечательно – до этой проклятой охоты в землях медвежьих людей!
Джериш скрипнул зубами. Иметь дело с разгневанным знатным родичем ему хотелось меньше всего. От милости Кирана зависело, достигнет ли он высот, возглавит ли дворцовую стражу или так и вернется в башню отца – жить среди быков, коз и прочей домашней скотины…
Но в сущности, зачем ему спешить в Аратту? Раз он уже здесь, можно сказать, что в его лице здесь – войско повелителя Ардвана! А что, если помочь простоватому, но верному мальчишке Учаю стать вождем дикарей, а затем с его помощью привести к покорности прочие здешние рода ингри? Едва ли это займет много времени. А когда по весне государь Ардван пришлет сюда войско, чтобы покарать мятежников, он, Джериш, по сути, уже будет наместником повелителя Аратты в этом краю. Тогда, очень может быть, государь так и пожелает оставить его наместником! И тогда для Кирана он будет уже не просто бедный родственник. Тут от него и польза семье будет больше. Да и самому на здешних шкурках можно неплохо нажиться…
– Словом, сейчас доем, и пойдем, – завершил он.
– Куда? – насторожился Учай.
– В твое селение. Царевич Аюр возвысил твоего отца над всеми ингри. Твой брат до последнего вздоха стоял за него. А ты – их законный наследник. Будешь впредь повелителем над всем Затуманным краем. А кто не пожелает покориться, тому я враз голову меж ребер вколочу. Так-то! А ну-ка, мелюзга, поймайте мне еще пару зайцев!
Когда над лесом взошла луна и начало угасать пламя большого очистительного костра, Вечка бесшумно подошел и уселся на поваленное дерево рядом с Учаем. Тот жарил на огне найденный поблизости гриб.
– Этот уснул, – заговорщицки прошептал он.
– Ну и хорошо, что уснул. Пусть отдыхает.
– Да я к тому, что можно начинать!
– Что начинать? – удивился наследник Толмая.
– Как – что?! Ну сейчас он спит, нам ничего сделать не может. Ты его ловко провел! Так вот. – Младший из Сыновей Грома, как они сами себя прозвали, поудобнее ухватился за охотничье копье. – Вшестером ударим, навалимся на древка – он и дернуться не сможет!
– Ишь ты! – хмыкнул Учай. – А зачем нам на него вшестером наваливаться?
– Он же арьялец! Наш враг!
– Ты, Вечка, мал еще и глуп о таких делах размышлять. Вот скажи – мы тут скорлупы и оружие себе набрали, так они теперь чьи? Арьяльские или наши?
– Ясное дело, наши!
– То-то же. Так и этот верзила – теперь наш.
– Его, вестимо, медведи за своего приняли, оттого и не сожрали, – с ухмылкой сообщил Кежа, бесшумно появляясь из темноты. – Слушай старшака, Вечка. Он дело говорит.
– Арьялец для нас много сделает, – продолжал Учай, мечтательно глядя в ту сторону, откуда доносился раскатистый храп Джериша. – Да мы с ним всю Ингри-маа под мою руку соберем! И войско обучим… И всем покажем, что лютей арьяльца и медведь-шатун быть не может. Так и пусть себе спит, сил набирается. Копьями затыкать мы его всегда успеем…
Вечка бросил на него уважительный взгляд:
– Ну ты и хитер!
– Так что разумейте, – обратился Учай к подошедшим один за другим побратимам, – если хитрость для правого дела нужна, то она правее правды будет. – Он погладил свои темные с просединами волосы. – А потому думайте что говорите. До поры до времени вы этому Джеришу – первейшие друзья и соратники.
Глава 6. Врата Маны
– Косящие колесницы? – повторил Учай, моргая. – А что это?
Джериш поглядел на него с легкой насмешкой. Сын вождя, который сидел рядом с ним у костра, тараща глаза то ли от усталости, то ли от удивления, выглядел до смешного нелепо.
Прочие юнцы нынче и вовсе отличились. Не сказать бы, что он сильно гнал тощих беловолосых мальчишек, которые, пыхтя, волокли на себе добытые бронзовые доспехи и оружие. Любой из прежних его воинов справился бы с дневным переходом, даже и через лес, веселя себя на ходу шутками и песнями. А эти, едва разведя костер, рухнули вокруг него под стать поленьям и тут же заснули мертвым сном.
Один Учай только и держался, да и тот еле ворочал языком от усталости. Но все же упорно сидел рядом с Джеришем, расспрашивал его о походах, сражениях и нравах далекой Арьялы. Правда, иногда, после очередного вопроса, начинал клевать носом, глаза его слипались и голова клонилась к коленям. Но окрик «Хвороста подбрось!» быстро пробуждал его от сонной одури.
– Косящие колесницы-то? – произнес Джериш. – Это о-го-го какая сила! Вот представь: несутся они на тебя стеной, кони храпят, впереди таран – да такой, что если даже мне в щит ударит, то перевернет вверх тормашками. По бокам зазубренные косы вращаются. Попадешь под них – сразу кусками нарубит. На самой колеснице – лучник. Стрел у него там без счету. А как у нас стреляют, ты сам видел. Учат сызмальства – на тележку ставят и трясут со всех сторон. А ты хочешь не хочешь попадай. Отец мой лепешку подвешивал: не собьешь – не пообедаешь! Сначала просто на веревке, потом раскачивал ее влево-вправо. А когда я с легкостью по его приказу всаживал стрелу, куда б она ни качнулась, так и вовсе раскручивать начал!
– Ого, – бормотал Учай, внимательно слушая.
– Ну юнцам-то все игра. А когда я с качающейся тележки в раскрученную лепешку начал попадать, отец решил, что самое время мне всерьез ратному искусству начать учиться.
Учай сглотнул слюну. Конечно, он и сам охотился с отцом. Бил на ветке белку затупленной стрелой, чтоб не испортить шкурку. Но чтобы вот так – и только после этого
– А меня научишь? – будто вскользь спросил он.
– Отчего ж – научу, если учиться будешь…
– Конечно буду…
Учай осекся. Тонкий слух охотника уловил вдали звук хрустнувшей ветки. Затем – тишина. Никто из зверей не стал бы ходить так. Одни беззвучно подкрадываются на мягких лапах, другие ломятся через подлесок без оглядки на шум.
– Похоже, тут люди, – скороговоркой сообщил он, оглядываясь по сторонам.
– Кому бы тут ходить? – удивился Джериш.
– Не знаю…
Учай пытался сообразить, почему стало тихо. Неизвестные услышали их голоса? Скорее уж учуяли дым костра.
Жезлоносец бесшумно поднялся на ноги:
– Давай-ка глянем, что будет.
Джериш с Учаем отошли за ближайший куст и притаились. Спустя время трое мужчин вышли из лесной тьмы. Подойдя к костру, они остановились и уставились на спящих подростков.
– Ишь ты, – негромко сказал один. – Арьяльские скорлупы где-то раздобыли.
– Я ж тебе говорил – к медвежьим людям пошли. А ты – да что им там делать! Вот то и делать.
– А куда Учайка подевался? – спросил третий.
– Вот проснутся и расскажут. До Учая нам дела нет, он – отрезанный ломоть. Куда ему надо, пусть туда и уходит. Но юнцам головы морочить нечего. Погуляли – и будет. Пора домой вертаться.
– Давай буди их, – приказал первый говоривший.
– Не надо будить.
Учай вышел из-за куста.
– Что ж это вас ночью в этакую даль понесло? – ехидно спросил он, оглядывая бывших родичей. – Или, может, все же решили ко мне в войско вступить?
– Нам твои расспросы, Учай, – тьфу, – холодно ответил старший охотник. – Ты для нас все равно что умер.
– Ах вот как! Тогда и вы для меня умерли! Ступайте-ка отсюда…
Джериш возник у них за спиной так быстро, что никто ничего не успел заметить. Он поймал за головы двух ингри и столкнул их с такой силой, что черепа треснули, как пустые орехи. Третий едва успел повернуться. Арьялец ухватил его за подбородок и макушку, хекнул и в одно движение свернул ему шею.
– Так-то, – самодовольно ухмыляясь, сказал он. – С такими вояками справиться – что чихнуть. Тут и оружия не надо. Эй, парень, ты чего?
Учай скрючился чуть не вдвое, схватившись рукой за горло. Его мутило так, будто все нутро выворачивали наизнанку. Эти люди недавно были его родичами, рядом с ними он прожил всю жизнь, сидел за одним столом, ломал хлеб…
– Ты ж их убил… – выдавил он, глядя на арьяльца расширенными немигающими глазами.
– Конечно убил, – с улыбкой подтвердил Джериш. – А вот доберусь до вашего селения, там-то они узнают, как арьи карают мятежников! Всех порешу!
– Постой, постой! – вскинулся Учай, живо представляя себе предстоящую расправу. – Всех не надо! Это все старейшины виноваты! Им ведь поперек слова молвить никто не решался… Если теперь весь род Хирвы карать, кто же нас потом кормить будет? Старичье, конечно, поучить, чтобы седые дурни поперек не лезли, а всем прочим – жизнь даровать и обложить данью с каждого лба. И им урок, и нам польза…