Мария Семенова – Ошибка «2012». Мизер вчерную (страница 17)
Тамара Павловна потерянно спросила:
— Сколько я вам обязана?
Альберт Палыч что-то прикинул в уме и хотел назвать цифру, но вдруг передумал и махнул рукой:
— Нисколько пока. Поставите его ко мне в ремонт, тогда разберёмся… Да, вот ещё, дамочка, там временами на приборной панели всё отключается, контакт где-то плохой. — Помолчал и вдруг добавил: — Патриот — это тот, кто покупает такого вот «Патриота»…
В итоге, вместо того чтобы подъехать к гостинице с определённым запасом времени и слегка отдохнуть, Тамара Павловна прибыла на место с лёгким опозданием, притом что всю дорогу спешила как только могла. Настроение у неё было неважное. «Патриот» уже не казался стопроцентно заслуживающим доверия, как накануне. Кому случалось отправляться за триста вёрст на машине, к которой то и дело прислушиваешься, ожидая подвоха, — тот поймёт. «Ладно, — сказала она себе. — Сервисов сейчас вдоль дороги хоть отбавляй, на худой конец, службу помощи вызовем по телефону. Не пропадём…»
За державу, правда, было обидно.
— Прошу прощения, джентльмены, пробки, знаете ли, — извинилась Тамара Павловна, отыскала нужный рычажок и открыла заднюю дверцу. — Кладите вещи и располагайтесь. Музыку хотите послушать?..
Они с Василием Петровичем не любили пользоваться навигаторами, и она ещё накануне выучила по атласу маршрут. Сейчас прямо и налево, а после третьего светофора — направо, к выезду на Кольцевую. А там после «Вантуза» — вантового моста, чьё официальное название никто из шофёров не помнит, — откроется по левую руку «Мега» и будет съезд на Мурманское шоссе…
После Кировска, примерно там, где у дорожников кончились деньги и две раздельные полосы нового шоссе благополучно слились в одну, сидевший впереди профессор О’Нил зачем-то решил приоткрыть окно. Это была поистине роковая ошибка. Стеклоподъёмник издал что-то вроде свистящего «ой!», и стекло с глухим стуком исчезло в недрах дверцы. Многократные нажатия кнопки подъёма ни к чему не привели. В двери что-то вибрировало и недовольно гудело, но стекло так и не появилось. Пришлось снижать скорость и закрывать образовавшуюся дыру английским математическим журналом.
— Зато можно выключить кондиционер, — пошутил Доктороу. — Реальная возможность сэкономить бензин…
На Тихвинском тракте укладывали асфальт, машины переваливались и прыгали по обочине. «Патриот» трясло, приборы на приборной доске то потухали, то загорались. Это послужило последней каплей — Тамара Павловна как-то вдруг поняла, что очень устала. Когда впереди весьма кстати показалась заправка «Лукойл», она решительно щёлкнула поворотником.
— Привал, — объявила она англичанам, паркуясь у красно-белого домика. — Чай, бутерброды, ватерклозет.
И первая с независимым видом толкнула дверь с надписью «WC».
На заправке имелся буфет, предлагавший выпечку и салаты, но Тамара Павловна придорожным заведениям традиционно не доверяла. Они с Васей привыкли иначе — термос с чаем, пакет с домашними бутербродами. «А то помрёшь и не будешь знать от чего!»
Гости по достоинству оценили импровизированный пикник. Во всяком случае, не каждый день такое бывает — на газетке, под птичий гомон, вприкуску с русским лесным воздухом… Тамара Павловна вытащила дорожный атлас, нашла значок «Лукойла», и настроение у неё поднялось. Ещё немного, ещё чуть-чуть! Каких-нибудь часа полтора, и они приедут в Пещёрку, найдут ту гостиницу в центре, а в ней — штаб Васиной экспедиции…
Ох, хочешь рассмешить Бога — расскажи Ему о своих планах!
— Ну что, джентльмены, в путь?
Она деловито устроилась в кресле, небрежно захлопнула дверцу, повернула в замке зажигания единый с иммобилайзером ключ…
И ничего не произошло. То есть реле щёлкнуло и стартёр закрутился, а вот двигатель — фиг вам, отзываться не захотел. Ни с первой попытки, ни со второй, ни с тридцать третьей.
— Чёрт! — закусила губу Тамара Павловна. — Ну что с тобой, «Патриотик»?
Мужчины переглянулись. О’Нил ездил на «Ягуаре». Робин Доктороу предпочитал «Бентли».
— Ладно, — Тамара Павловна вспомнила инструкцию, — будем разбираться.
Нащупала ручку открывания капота, как следует дёрнула… Вместо того чтобы слегка подпрыгнуть, крышка даже не шелохнулась.
Доктороу выбрался наружу и попробовал поддеть её пальцами. Ничего не получилось. Тамара Павловна снова потянула на себя ручку… Через несколько минут интернациональных усилий они выяснили, что одновременно с дёрганием капот надо было поддевать под левый угол. Это наконец помогло.
— Вы эксперт, миссис Наливайко? — с уважением спросил Доктороу.
— Нет, — честно ответила Тамара Павловна, и они одновременно рассмеялись.
Ну не плакать же было, в самом-то деле! Хотя слёзы на глаза, если честно, так и просились. В моторном отсеке оказалось жарко и воняло чем-то непонятным. Совсем не так, как должно пахнуть под капотом исправного автомобиля, уж это Тамара Павловна могла сказать и не являясь «экспертом». И ещё — там было неестественно влажно. Тамара Павловна провела пальцем и убедилась, что это в соответствии с прогнозом Альберта Палыча начало вытекать масло.
Вот только вызрели обещанные «ягодки» как-то слишком уж быстро…
До неё начал постепенно доходить весь ужас создавшегося положения. Они с забастовавшим «Патриотом» торчали, как выражаются англоязычные, «среди нигде», в полусотне километров от ближайшего населённого пункта — хорошо ещё, на круглосуточной заправке, а не на лесной поляне, которую обещала реклама. Подскажут ли заправщики, как тут вызвать помощь? И сколько эта самая помощь будет к ним добираться?..
Ко всему прочему, Тамара Павловна была не одна, а при двоих беспомощных иностранцах, имевших глупость довериться русской бабе и российскому «Патриоту». По крайней мере один из этих двух компонентов должен был явить стопроцентную надёжность. Иначе за державу будет обидно уже так, что хоть полезай в петлю.
Тамара Павловна вытерла руки и решительно зашагала в сторону шоссе. Рано или поздно в потоке машин мелькнёт белое с голубым. Она остановит гаишника, и тот как-нибудь поможет ей отправить британцев вперёд. Тогда она вызовет помощь и, может быть, останется здесь ночевать…
Чёрная Мамба. Дочь мадам Ленорман