Мария Сакрытина – Принцесса Кики (страница 31)
– Нет, просто вчера в трактирах делали ставки: кто ниже ростом – наш король или гоблинский, – отозвался Туан, занявший свободное кресло за принцессой и сейчас изо всех сил пытавшийся удержать на коленях непоседливую сестру.
– Да? – хмыкнул Дамиан. – Не слышал…
Туан удивлённо посмотрел на него и зашипел от боли: Дея с силой дёрнула его за чёлку.
Тишина тем временем вновь сменилась восторженными аплодисментами: вслед за гоблинами на дорожке появились эльфы. Их в Сиерне как раз знали – впрочем, их везде знали. Говорили, что от эльфийских менестрелей невозможно избавиться – а это ведь совсем не правда, что все без исключения эльфы умеют петь.
На свадьбу от их королевства прибыла старшая дочь Его Величества, тоненькая, высокая и прямая, как палка, эльфийка. В белом она весьма напоминала берёзку, а взгляд имела о того надменный, что среди ликующей толпы это казалось даже смешным. Её свита старалась принцессе соответствовать – так эльфы и прошли к своей ложе, лица имея каменные, а взгляд высокомерный. Точно никак не могли понять, как они умудрились снизойти до этого праздника простых смертных?
Виола проводила процессию насмешливым взглядом и оттолкнулась от деревянного бортика ложи.
– И? Кто выше? Ромион или Ульрик?
Сидящий рядом с ней Дамиан только пожал плечами.
– Сомневаюсь, что император разрешит себя измерить…
– Король Ромион выше на два локтя, – отозвался Туан, разжимая пальчики сестры, вцепившиеся в его волосы. И, подняв голову, встретился с изумлённым взглядом принцессы. – Что?
– Ты-то откуда знаешь?
– Я посмотрел и сравнил, – ответил Туан. – Дея, ну хватит!
– Драконий глазомер, – объяснил Дамиан.
Виола усмехнулась, прошла к своему креслу, чинно села и помахала кому-то из слуг.
– Дея, дорогая, а хочешь мороженого? – На столик перед принцессой уже поставили заиндевевшее блюдо с разноцветными шариками, посыпанными шоколадной стружкой. – Жарко, кошмар!..
Маленькая драконица тут же оставила брата в покое, деловито слезла с колен и посеменила к принцессе.
– Ей много нельзя! – Туан вскочил и, как наседка, закружил вокруг сестры. – Виола, ты ей снова горло застудишь.
– А ты её своей заботой доконаешь. Тебя послушать – так я твою сестру уже добила… Дея, смотри – фиалка!
Вообще-то вся ложа была увита цветочными гирляндами, но Виола прямо на столе вырастила ещё одну фиалку, на ненормально длинной ножке и всю усыпанную золотой пыльцой. Малышка на неё посмотрела, хихикнула и дунула на цветок огнём. Пламени получилось неожиданно много – оно вполне могло бы спалить всю деревянную ложу; но Дамиан, не глядя, провёл в воздухе рукой, словно отмахиваясь, – и огонь потух.
– Туан! Научи её вести себя прилично, – огрызнулся демонолог.
Дракон вздрогнул и, с опаской оглянувшись на бывшего Властелина, закивал.
– Д-да, п-простите, она просто ещё маленькая…
– Дами, ну ради бога, не начинай. – Фея потянулась и подтащила забравшуюся было на стол, к мороженому, малышку. – Дея, давай, я сама тебе положу. Ты какое больше любишь: сливочное или клубничное?.. Правильно, зачем выбирать, если можно съесть оба?
Часы на дворцовой башне неподалёку пробили два, и счастливый жених в окружении гвардейцев изволил появиться. На площади снова наступила тишина, все ждали: вот Ромион вышел на специально для него построенный балкончик, вот ярко, радостно улыбнулся и, наконец, поднял руку в приветствии.
Площадь взорвалась овациями.
– Позёр, – вздохнула принцесса фей, глядя, как король спускается к помосту, где его уже ждёт один из самых богатых и влиятельных аристократов в Сиерне, герцог Феехт. Герцогу недавно исполнилось восемьдесят, от жары его клонило в сон, и он тяжело опирался о свой серебряный посох. Периодически герцог засыпал и тогда начинал оглушительно храпеть. Впрочем, за приветственными криками горожан его слышно не было.
Ромион прошёл к помосту, искрясь на солнце, как огромный брильянт. Портные постарались на славу: король выглядел ослепительно красивым. Ослепительно в прямом смысле: богато расшитый серебром, золотом и алмазами камзол да накинутый на левое плечо плащ с позументами сверкали яростно, больно для глаз.
– Это нормально – что жених весь в белом? – повернулась к мужу Виола. – Это такая традиция? Просто у меня дома в белом замуж выходит невеста…
– У нас тоже, – Дамиан с трудом сдерживал улыбку. – Гляди.
Дочь герцога Феехта, леди Маргарет, женщина уже тоже немолодая, но все ещё красивая, несла на бархатной подушечке спящую невесту. Присмотревшись, Виола смех сдерживать не стала: благо её за радостными криками толпы тоже слышно не было.
Крысу принарядили: в белое атласное платье, щедро усыпанное маленькими розовыми жемчужинами. На голову надели диадему, к которой прикрепили длинную, длинную, очень длинную фату. Её вслед за леди Марго несли десять прелестных девочек в розовых воздушных платьицах.
Взойдя на помост одновременно с королём, леди поклонилась и водрузила подушечку с невестой на специальную подставку – так, что король и крыса оказались вровень друг с другом. Ниже, тоже на подставке лежали скипетр, держава и миниатюрна копия короны королевы: Ромион решил долго не тянуть и короновать крысу сразу. А то потом ещё одну церемонию устраивать, а это издержки, а денег много не бывает…
Взвыли трубы, музыканты за помостом сыграли гимн королевства, вслед за которым на площади наступила оглушительная тишина, в которой не менее оглушительно раздался храп. Леди Марго толкнула отца, тот вздрогнул, проснулся и дрожащей рукой потянулся к фолианту с текстом для церемонии. Рука пару раз не дотягивалась, а потом герцог долго сражался со страницами, пока за дело не взялась леди Марго и не перевернула их для отца. Потом Его Светлость принялся прочищать горло, закашлялся, расчихался…
– Это надолго? – шепнула Виола мужу.
– Не очень, – отозвался тот. – Ромион приказал провести укороченный вариант церемонии. Где-то на час, не больше.
Виола посмотрела на улыбающегося, как болванчик, Ромиона, вздохнула и оглянулась на Дею – но та, умаявшись, спала у брата на коленях.
Тогда принцесса снова повернулась к мужу.
– Дами? Может, в морской бой?
– Мой брат, вообще-то, женится, – отозвался Дамиан. – Виола, правда, сейчас не время…
– Ты же сам сказал, что ещё час. – Виола зевнула. – Жарко, скучно…
Дамиан покосился на неё, потом посмотрел на Ромиона, вздохнул.
– Ладно.
Принцесса победно улыбнулась и вытащила из складок подола карандаш и блокнот.
…– В7!
– Мимо, – Дамиан пристально смотрел на помост и хмурился.
Оттуда доносилось хриплое, прерываемое покашливанием:
–… Согласны ли вы жить в горе и радости…
– Да ладно! А Г9?
– …болезни и счастье…
– Сейчас моя очередь, Виола, – не оглядываясь, отозвался Дамиан.
– Ну Да-а-ами…
– …бедности и богатстве…
– Согласен! – перебил взопревший на солнцепёке Ромион.
– Прекрасная…э-э-э… невеста, – обратился к крысе герцог Феехт. – Согласны ли вы…
– Дами, да ты мухлюешь!
– Неужели?
– Вы нормальные? – выдохнул Туан, устраивая сестру на коленях поудобнее. – Серьёзно? Игры на свадьбе у короля?
И демонолог, и фея обернулись к нему.
– А что такого?
–…В горе и радости… – донеслось с помоста, так, будто герцог решил умереть прямо сейчас. А что – и похороны за счёт короля.
– И она согласна! – торопливо перебил герцога Ромион, бросив взгляд на невесту. – Правда, прелесть моя?
Крыса тихо лежала на подушке и не отвечала.
– Идеальная жена всегда молчит, – усмехнулся Ромион, повернувшись к площади.
Ответом ему стал многоголосый смех.