Мария Сакрытина – Пешка королевы (страница 37)

Действительно, почему?

«Потому что справишься сам», – шепнул в мыслях тихий голос. Это была та, смелая часть меня, которая не опускала головы перед аристократами и прямо смотрела в глаза даже Шериаде. Пока маленькая, почти незнакомая, она крепла теперь во мне с каждым днем.

Я улыбнулся Нилу.

– Конечно, верю. Но все хорошо. Я справлюсь сам. Понимаешь?

Здесь, в Арлиссе, так близко к Нуклию, сильным и самостоятельным быть жизненно важно. Все это понимают.

Нил натянуто улыбнулся.

– Конечно. Хорошо. Тогда насчет сегодняшнего задания Байена – ты не одолжишь мне книгу?

Самостоятельный или нет, но пока собирался к Алие меня трясло от напряжения. Я раз за разом повторял в уме заклинание – у меня будет лишь один шанс, ошибиться нельзя. Но на занятиях, особенно демонологии, я привык, что шанс всегда только один.

Если бы не Ори, я бы отправился к Алие в домашнем костюме. Он же вручил мне подарок: «Господин, вы просили, и я все купил. Ваша леди останется довольна».

Какая из Алии леди? Прямо как из меня лорд.

Я не собирался сегодня к ней заходить – дух сообщал, что Шен Зеню торчит в ателье, как собака в конуре. Может, оно и к лучшему. Уж если вчера я, не волнуясь о всяких там Виета, напортачил с девушкой так, что на глаза ей показаться стыдно, то сегодня мне быть с ней и вовсе не стоило.

Однако духа требовалось подпитать, а мне – убедиться, что все в порядке. К тому же, я чувствовал, что Криденс будет меня ждать именно сегодня. Я не должен опаздывать. Какой простолюдин опаздывает на «свидание» к аристократу?

Шен Зеню и впрямь была в ателье. Открыла снова и, конечно, не узнала меня под флером. Я представился курьером от некоего волшебника, желающего остаться неизвестным (почти не солгал) и передал подарок. Заодно наговорил женщине комплиментов, подпитал духа и укрепил щит. Только посмотрите, каким умелым колдуном я заделался!

Портниха изучила подарок в кожаной упаковке с любопытством. Скомпрометировать Алию чем-то больше, чем мой вчерашний костюм, было, пожалуй, невозможно, так что угрызений совести я не чувствовал. Только нетерпение – и украдкой посматривал на солнце.

Наконец птицы замолчали, запахи сделались ярче, а закат заиграл на небе всеми красками золотого и розового.

Пора.

– Передай мастеру нашу огромную благодарность, – говорила Шен Зеню, смешно пришлепывая губами на имперский манер. – Такая честь для бедной сироты!

Алия – сирота?

Я решил уточнить это в следующий раз – следовало торопиться, чтобы Криденс не придумал что-нибудь, к чему я буду не готов.

Напоследок расцеловав удивленной портнихе руки, я дождался, пока она закроет дверь, еще раз проверил заклинания, вдохнул поглубже и неторопливо отправился к порталу.

Дальнейшее запомнилось как сон. Не вещий, нет – обычный, в котором события-лоскуты друг с другом почти не связаны.

Вот я меняю портал. Один. Потом второй.

Трясутся руки. Я прячу их за спину, снова повторяю в голове заклинание.

Очень страшно.

К третьему порталу я иду как на казнь. Что если магия не сработает? Она только-только начала меня слушаться, но я еще помню, как было раньше. Что если я ошибся в уравнении? Что если моей силы не хватит?

Таких «что если» было много, и все эти мысли не давали мне покоя в моей несчастной голове, пока я шел к последнему порталу. Чудом не промахнулся. Но ведь вещие сны всегда сбываются, и пото-му на край Междумирья меня сегодня точно не занесло бы.

И вот наконец та самая улица.

У меня трясутся колени и потеют ладони. Кажется, никогда, даже перед встречей с первой своей хозяйкой я так не волновался.

Флер я заранее снял и теперь изо всех сил пытался изобразить спокойствие. И не смотреть, не смотреть по сторонам. Идти как ни в чем не бывало. Как в моем сне.

Я увидел Криденса на углу рядом с домом. Ворон вертел в руках тот самый артефакт-усилитель и наблюдал.

Я был на чеку.

Однако метнувшегося ко мне слева гвардейца чуть не пропустил.

Я просто не ожидал, что это будет кто-то… Кто-то из стражей порядка. Как Криденс смог? Зачем?

Он был быстр, этот гвардеец. Настолько, что я оцепенел, и лишь выработанная на тренировках привычка уклоняться от удара заставила меня в последний момент отступить.

Гвардеец был полукровкой, от него пахло демоном. Слабенько, но я это чувствовал.

Наверное, по замыслу Криденса, это должно было вселить в меня уверенность. Тогда-то я и увидел его план как на ладони. Я дам отпор заколдованному полукровке, заклинание вернется ко мне, и утро, когда очнусь, я встречу в лапах Виеты. Если очнусь.

Мир второй раз за день стал ярким, четким и очень холодным.

Гвардеец замахнулся мечом. Мне некуда было отступать: за спиной была стена.

Я посмотрел в его пустые глаза и в последний момент чудом успел подправить свое заклинание – не под демона, а под полукровку. Для магии такие нюансы очень важны.

Гвардеец поднял руку, зеркально повторяя движение Криденса. Тот сжал усилитель и…

Я успел первым.

Золотая вспышка. Резкая боль в груди. И не нить, как при клятве, а настоящая цепь потянулась от меня к Криденсу. Я тут же почувствовал боль, но не от нее, а от резкого всплеска магии – мой невидимый «сосуд» снова почти опустел. Я слишком много сил нечаянно вложил в заклинание, и что-то наверняка пошло не так. А цепь – она не причиняла мне беспокойства, она просто была. И это казалось очень странным. Какая цепь? Я же всего лишь хотел отразить колдовство Криденса!

Мир стремительно теплел. В лиловых сумерках очнувшийся гвардеец мгновение изумленно смотрел на меня. Потом опустился на землю, не то в глубоком сне, не то в обмороке.

Цепь сделалась ярче.

Скребя пальцами по каменной стене дома, Криденс упал на колени. На меня он больше не смотрел и трясся как осиновый лист.

Я попятился обратно к порталу.

Цепь сверкала, а Криденс, задыхаясь, рухнул на мостовую.

Даже смелая часть меня замерла в нерешительности. Я не понимал. В чем дело?

Я развернулся и побежал прочь.

Глава 7

Когда я добрался до общежития, сердце готово было выпрыгнуть из груди, а перед глазами все еще стоял белый как полотно Криденс. Зачем я оставил его там, ему же наверняка нужна помощь!

Ори ждал меня, вопреки обыкновению, на крыльце. И, так же же вопреки обыкновению, начал не с «добро пожаловать домой, господин», а с какого-то вопроса. Я пропустил его мимо ушей, проскочил мимо, взлетел по лестнице, ударился о косяк и впечатался спиной в стену коридора.

«Господи, что я наделал!» – непрестанно думал я.

А что я наделал? Заклинание должно было просто отразить проклятие Криденса, ничего больше.

Что это было за проклятие?

Меч в руках гвардейца – часть ритуала? Какого?

– Господин, с вами все в порядке? – Ори осторожно подошел и остановился, пытаясь поймать мой взгляд.

Я рассеянно посмотрел на камердинера, потом перевел взгляд на свои руки.

– Да… Все хоро…

На запястьях проявлялись знаки: нуклийский, но даже не высокий – его я хоть на письме более-менее понимал, – а старый, какая-то древняя форма, которую я совершенно не знал.

Руки задрожали, мне снова стало нечем дышать.

Он все-таки меня проклял? Криденс меня проклял? Если так, почему дал уйти? Что это был за спектакль, когда Ворон трясся на мостовой? Бледный, больной… Разве не я должен быть на его месте? Какое проклятие ударяет по тому, кто его накладывает? Или Криденс просто потратил на меня слишком много сил? Тогда почему я ничего не чувствую?

– Господин? Господин! – Ори уже не молил, он кричал.

Я вздрогнул.

– Д-да…