Мария Рутницкая – Забыть или умереть (страница 5)

– Смотри, сама двух слов связать не можешь, а все туда же – аристократку из себя строишь, – продолжал издеваться Громов, – может, стоит проверить, а не подменили ли тебя в роддоме?

Истомина покраснела так, что казалось, ее щеки сейчас вспыхнут настоящим пламенем.

– Да как ты смеешь!!! – завизжала она, наконец обретя дар речи.

Насмешливо изогнув бровь, парень изобразил полное внимание и готовность слушать.

– Ее отец сам от нее отказался и платить за учебу здесь прекратил! И она теперь в крыле обслуги жить будет, да еще и нянькой подрабатывать, – решила открыть рот одна из девиц группы поддержки Миланы.

– И что? – удивленно переспросил Ярослав, переключая свое внимание с кипящей Милки на новую жертву. – То, что этот мужик – дурак – это его проблемы. Вы-то каким местом к этому отношение имеете? Или вы считаете, что названия модного бренда на сумочке достаточно, чтобы вызвать уважение к таким дурехам, как вы? К сожалению, должен вас разочаровать.

Оглядев девиц, которые, открыв рот, пытались понять, как это их так вежливо спихнули с пьедестала, парень продолжил:

– Лично я вижу здесь всего двоих, которые вызывают у меня уважение. Одна готова решать сама свои проблемы, не опускаясь до обвинений и истерик. А вторая – замечательная подруга. А вот все остальные, увы…

Не закончив фразу, молодой человек с жалостью оглядел присмиревших девчонок.

– И да, – тон Ярослава утратил все шутливые нотки и стал буквально ледяным, – если еще кто-то позволит себе тыкать Румянцеву ее происхождением или местом проживания, или еще как-то попытается задеть, тот будет иметь дело со мной. И, поверьте, он сильно пожалеет, что проигнорировал мое предупреждение.

Оставив собравшихся переваривать услышанное, Громов повернулся к застывшим от изумления Лизе и Зине.

– Пойдемте, я помогу вам перенести вещи. Меня Анастасия Петровна под это дело направила.

Услышав имя строгого коменданта, девушки не споря отправились следом за парнем, но стоило им отойти подальше и скрыться за поворотом от группы сплетниц, как Лиза уже не смогла промолчать:

– Яр, – она тронула за локоть целеустремленно шагающего впереди Громова, – спасибо тебе огромное, что вмешался. Честно говоря, я не ожидала…

– Ой, вот только не принимай это на свой счет, – скривился Ярослав, – я просто терпеть не могу, когда стаей начинают травить одного, да еще и исподтишка. И вообще, пошли быстрее, я не хочу потратить на эту ерунду весь свой выходной день. Сейчас заберем твои вещи, ключ от новой комнаты мне комендант уже выдала, – говоря все это, парень похлопал себя по нагрудному карману стильной толстовки.

Подруги переглянулись и недоуменно пожали плечами.

– Да я и не думала, – пробормотала Румянцева, глядя в спину вновь решительно зашагавшего по коридору парня.

На эту реплику никакого ответа не последовало. Троица молча дошла до общежития и поднялась к бывшей Лизиной комнате. С таким помощником оказалось, что все вещи они втроем могут унести за пару раз.

И вот ученица Румянцева оказалась на пороге своего нового жилища. Ну, что сказать? Комнатка была, наверное, раза в три меньше, чем та, к которой она привыкла. Но была достаточно уютной. В ней нашлось место кровати, шкафу и даже письменному столу. Кроме того, радовало наличие собственной ванной комнаты. А на подоконнике обнаружился электрический чайник и пара чашек.

– Ну все, обживайся, а я пошел, – оповестил оглядывающихся девчонок Яр, сгружая на пол последнюю партию пакетов.

– Я тебе правда очень благодарна, – совершенно искренне проговорила Лиза, – и мне не важно, почему так произошло. Ты оказался рядом в самый трудный момент и не прошел мимо. Если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь, можешь на нее смело рассчитывать.

Парень пренебрежительно фыркнул и направился к выходу. Но в дверях неожиданно задержался:

– Я запомню твое обещание. Кто знает, как повернется жизнь. Твой пример это отлично подтверждает, – серьезно проговорил Громов и шагнул наружу, оставив девчонок в легком недоумении от столь быстрой смены его настроения.

Подруги остались вдвоем.

– Лиз, а тут довольно мило, – оглядываясь по сторонам, вынесла вердикт Зина. – Кстати, до того, как дела моего папы пошли в гору, я жила почти в такой же комнатке.

Отец Зины был владельцем сети пекарен и модных кафе, где готовили низкокалорийные десерты, из-за чего там постоянно тусовался весь бомонд, бесконечно пекущийся о своей внешности. Господин Самарин шел к своему успеху довольно долго, и в пансион Шереметьевых его дочь попала на три года позже, чем Лиза. И приняли ее тут тоже не сказать, что с распростертыми объятьями. И Румянцева была одной из тех, кто сразу предложил смущенной пухлой девчонке дружбу и помог ей освоиться на новом месте. Поэтому Зина лучше, чем кто бы то ни был, понимала, что сегодня пережила ее подруга, и у нее не было сомнений, на чьей стороне она будет играть.

Девушки довольно резво разложили все перенесенное по местам и, облегченно вздохнув, уселись около стола на довольно потрепанные, но крепкие стулья.

– Рассказывай, – потребовала Самарина, внимательно глядя на подругу, – а то у меня такое впечатление, что все о происходящем знают больше, чем я.

Тяжело вздохнув, Лиза поведала подруге все в подробностях и без утайки.

– Н-да, – задумчиво протянула Зинаида, подперев ладонью подбородок и глядя в украшенное голубыми занавесками окно, за которым день уже начал клониться к закату.

На обед сегодня подруги не попали, занятые всеми этими хлопотами.

– А ты знаешь, – продолжила она, переведя взгляд на грустное лицо подруги, – я считаю, что все сложилось удачно, несмотря на все неприятности и сложности. Вот смотри – в отличие от большинства учащихся здесь девчонок, ты будешь совершенно свободна в выборе дальнейшей жизни. Ты никому ничего не должна, и никто не будет на тебя давить. Это раз. Согласна?

Лиза, на секунду задумавшись, утвердительно кивнула.

– Если уж Ирина Александровна пришла тебе на помощь, то, я уверена, окажет тебе поддержку и дальше, а у нее ого-го какие связи. Это два.

И с этим Лиза не могла не согласиться.

– Ну, и наконец, три. Только не бей меня сразу, – сделала преувеличенно испуганную моську Зина, – тебе очень повезло разглядеть гнилую натуру Андрюшеньки сейчас, а не тогда, когда ваши отношения стали бы уже по-настоящему серьезными.

Напоминание об Андрее больно задело Лизино сердце, но тем же сердцем она чувствовала, что подруга абсолютно права. И от осознания этого ей действительно стало легче. Хотя боль от предательства парня и лучшей подруги вряд ли пройдет очень быстро. Об Инне они, кстати, больше не говорили, придя к молчаливому соглашению не касаться пока этой темы.

– Ладно, проехали, – решительно проговорила Зина, стукнув ладонями по столу. – На ужин пойдем?

И Лиза утвердительно кивнула. Прятаться она не собиралась. Но, к удивлению подруг, все прошло гораздо лучше, чем они предполагали. Народу в столовой было очень мало – в выходной день ученики предпочитали ночевать дома или просто развлекаться вне школы. А те, кто был, не торопились цеплять воинственно настроенных девушек. «А может, – мелькнула у Лизы мысль уже поздним вечером, когда она лежала на своей новой кровати, – так подействовало предупреждение Громова?».

Как на самом деле обстоят дела, могло показать только время.

ГЛАВА 3. Новое похищение

А в воскресенье Лиза закрыла сразу три важных дела. Одно неприятное и два, скажем так, интересных.

Во-первых, она поставила в известность помощницу Николая Румянцева о том, что присланные предложения ей не интересны. Переезжать из Питера она не планирует и за свою дальнейшую учебу будет нести ответственность сама. Какова будет реакция того, кого она так долго считала отцом, она даже предполагать не решалась. «В любом случае, мне наплевать!» – твердо сказала себе девушка и нажала на кнопку «отправить». Электронное письмо ушло адресату.

Облегченно выдохнув, ученица Румянцева отправилась в кабинет директора, и это было во-вторых. Вчера от госпожи Шереметьевой пришло сообщение, что она в отъезде, и подписание договора переносится на десять утра воскресенья. Внимательно прочитав предложенный договор и найдя его более, чем приемлемым, Лиза поставила свою подпись, официально переходя в ранг няни семьи Шереметьевых.

– А может быть, ты зайдешь к своим подопечным уже сегодня? – внесла предложение Ирина Александровна, когда с документами было покончено. – Вы пообщаетесь немного, а я тебе спокойно все покажу и расскажу, чтобы завтра не делать это все на бегу между учебой и работой?

Новая няня, сочтя предложение разумным, ответила согласием. Шереметьевы занимали отдельное трехэтажное здание, расположенное в глубине парка. Лизе внутри еще бывать не доводилось, хотя мимо этого белого воздушного произведения архитектурного искусства она, конечно, проходила, гуляя в парке, занимающем довольно большую территорию вокруг пансиона.

Зайдя вслед за хозяйкой в высокие двустворчатые двери, девушка на мгновение застыла в восхищении. Элегантность и аристократизм были здесь во всем – начиная от высоких потолков, украшенных лепниной, до строгой современной классической мебели.

– Этому зданию более ста пятидесяти лет, – с гордостью произнесла Ирина Александровна.