Мария Рутницкая – Забыть или умереть (страница 7)

– Она пропала, а никто ничего не хочет делать! И мне сказали не лезть. Но как же так?! – произнеся эту малопонятную фразу, Рая зарыдала в голос.

На них уже стали оборачиваться проходящие по коридору ученики. Им было жутко интересно – а вдруг какой новый скандал? От этой Румянцевой всего можно ожидать. Не желая вновь давать повод для сплетен, Елизавета потянула сестрицу в ближайший пустой кабинет, к счастью, оказавшийся открытым. Но как только удивленная компания приступила к расспросам хлюпающей носом девчонки, едва успевшая закрыться дверь вновь распахнулась, и в аудиторию влетел не кто иной, как сам Ярослав Громов с абсолютно дикими глазами.

– Ты должна мне помочь! – крикнул он, бросаясь к Лизе и схватив ее за плечи. – Ты обещала!

При каждом произносимом слове он встряхивал остолбеневшую от всего происходящего девушку так, что она чувствовала себя тряпичной куклой, у которой вот-вот оторвется голова. К счастью, вмешался Стас, оттащивший практически невменяемого парня от сводной сестры и не менее внушительно рявкнувший:

– Успокоились все! Живо!

Это возымело действие, и театр абсурда встал на паузу.

– Мы сейчас все выдохнем, сядем и постараемся спокойно во всем разобраться, – с нажимом продолжил Свиридов, все еще удерживая Яра, и добавил, обращаясь непосредственно к нему, – могу отпускать?

– Да, – сквозь зубы процедил Громов, резко сбрасывая с себя чужие руки.

Лиза с опаской поглядела на Ярослава. Всю эту неделю он вел себя как обычно – гордо ходил по коридорам, не обращая внимания на девчонок вообще и на Румянцеву в частности. И вдруг такой взрыв эмоций! Есть от чего прийти в замешательство.

– Давайте уже присядем, – пропищала Зина, тоже явно выбитая из колеи всем происходящим.

Расположившись за ближайшими партами, ученики элитного пансиона вопросительно уставились друг на друга.

– Рай, давай сначала ты, – решила нарушить напряженную тишину Лизавета. – Кто пропала и причем тут ты?

– Наташка пропала, – опять начала всхлипывать сестра Стаса, – мы с ней в одном классе учимся и дружим. Вчера договорились вместе пойти с утра на завтрак. Я ее ждала, ждала, потом пошла в комнату к ней, постучала – ничего. Решила, что мы с ней разминулись, побежала в столовую – там тоже ее никто не видел. И на первый урок она не пришла. И на телефон не отвечааааееет… Я и к учителям подходила, просила, чтобы они что-то предприняли, а они только говорят: «Не лезь. Это не твое дело. Все с ней нормально». А у самих лица такие, что прям жуть, – сквозь слезы проговорила Раиса.

– Может, ее домой срочно вызвали? – высказала предположение Зина, пытаясь утешить девушку.

– Не вызвали ее домой, – раздался мрачный голос Громова, – ее похитили.

Все сидящие в аудитории вздрогнули от отчаяния, прозвучавшего в голосе парня.

– Чего ты гонишь? – вскинулся Стас, с тревогой глядя на побледневшую сестру. – Откуда тебе это знать?

– Наташка – моя двоюродная сестра, – сделал неожиданное признание Яр, – и ее родителям уже прислали нехилое такое требование о выкупе.

Такого откровения точно никто не ожидал. Растерянность, исходящую от участников этого спонтанного совещания, можно было резать ножом и предлагать интересующимся как эталон этого неприятного чувства. Громкий скрежет по полу ножек стула, который резко оттолкнул от себя поднявшийся на ноги Ярослав, заставил присутствующих сбросить с себя накатившее от таких новостей оцепенение.

– Но…, – робко произнесла Лиза, глядя в глаза вновь подошедшего к ней практически вплотную парня, – ты просил меня о помощи. Но чем я могу тут помочь? Это надо в полицию…

– Нет, – твердо ответил Яр, – никакой полиции.

Лизавета увидела, как напряглись мышцы под темно-синим свитером на руках одноклассника, которыми он оперся о ближайшую к ней парту.

– Но почему? – непонимающе посмотрела она на сжавшего зубы Ярослава.

– Потому что – это не первое похищение учениц пансиона Шереметьевых, – ответ каменной глыбой придавил всех присутствующих.

– Что? Как? Когда? – посыпались вопросы со всех сторон.

– Подробностей я не знаю. Именно для этого мне и нужна ты. Ты работаешь у Шереметьевых и, наверняка, там есть слуги, которые могут многое рассказать.

– Подожди, я ничего не понимаю, – всплеснула руками Лиза, – причем тут слуги, и зачем это все тебе? Почему ты говоришь, что никакой полиции – это же их работа?

Громов тяжело вздохнул и устало потер лоб.

– Пообещайте, что все сказанное здесь не выйдет за пределы этой комнаты. Я не угрожаю, но если из-за кого-то, распустившего язык, пострадает моя сестра…

Ему не было нужды заканчивать фразу, все и так все поняли – ничего хорошего такого болтуна не ждет. Поэтому все просто молча согласно закивали. Еще раз сурово оглядев собравшихся, парень начал рассказ:

– Как я уже говорил, я мало знаю. Знаю, что это не первое похищение. И что во всех предыдущих случаях родственники не обращались в полицию, и девочек после передачи выкупа возвращали. А в первый раз, и он же единственный, когда похищенную не вернули, работала полиция. Ясно теперь?

– Да уж, – задумчиво протянул Стас, – понятно, что теперь рисковать никто не хочет.

– Но причем тут слуги Шереметьевых? – этот момент был Лизе по-прежнему странен.

Громов вновь тяжело вздохнул, будто собираясь с силами и, помолчав, выдал настоящую бомбу:

– Потому что первой была дочка Ирины Александровны. И потому что я хочу найти урода, который это делает.

Гробовое молчание послужило ответом на эти слова.

ГЛАВА 4. Для чего нужна подготовка к выпускному

Выходили из кабинета в глубокой задумчивости. И если другие могли спокойно направиться в свои комнаты или на прогулку, или еще куда-нибудь, где можно было переварить полученную информацию, то Лизе следовало спешить на работу, она и так уже почти опаздывала, а в ее положении это было недопустимо.

– Румянцева, подожди, – рядом пристроился Громов, приноравливаясь к быстрой походке девушки.

– Извини, я уже опаздываю. А на мне теперь, как ты понимаешь, двойная нагрузка – не только официальные обязанности няни, но и тайная шпионская миссия, – не могла удержаться от ехидства Лиза, все-таки его показательное пренебрежение в прошлый раз ее задело.

– Ну, я признаю, что слегка перегнул с настойчивостью в требовании выполнить обещание, – хмыкнул парень, засовывая руки в карманы стильных джинсов, – а вообще, я хотел сказать тебе спасибо, за то что согласилась, хотя я бы понял, если бы ты отказалась.

Лиза только покачала головой, удивляясь, как быстро меняется настроение одноклассника – то он холоден и неприступен, то пылает, как пожар, а то ведет себя как обычный парень, решивший поболтать на досуге с девчонкой. Но, оказалось, что на необычность поведения Ярослава обратила внимание не она одна.

– Что, Громов, наконец-то нашел компанию, себе подстать? Которая тоже из грязи в князи? – раздавшийся из-за их спин знакомый голос заставил Лизавету вздрогнуть и сбиться с шага.

– Корсаков, заткнулся бы ты, глядишь, сойдешь за умного, – не оборачиваясь, выдал ответную тираду Яр.

Но собеседник и не думал униматься. Более того, обогнув раздражающую его парочку, Андрей перегородил им дорогу, вынуждая остановиться.

– Лиз, а не быстро ли ты нашла мне замену? – выдал он обалдевшей от такого наезда девушке.

Она даже ущипнула себя за палец, чтобы поверить в реальность подобного абсурдного обвинения.

– Корсаков, а ты, часом, берега не попутал? – промолчать не получилось, хотя Лиза очень старалась, понимая, что у нее сейчас нет времени на выяснение отношений и пустую болтовню. – Это, по-моему, было твое решение – переключиться с «из грязи в князи» меня, как ты только что заявил, на более достойную во всех отношениях Инночку. Так в чем же дело? Что там в лесу сдохло, что ты решил снизойти до разговора с такой, как я?

– Лизок, ну что ты, обиделась? Давай поговорим, а? Эта Рифулина меня уже достала своими капризами и ревностью. Я понял, что был не прав. В конце концов, нам учиться осталось всего четыре месяца, и я хочу провести их спокойно. А потом мы в любом случае разъедемся в разные стороны…

Больше выслушивать этот бред девушка была не способна.

– А не пошел бы ты…, – начала она, но одновременно с ее словами Андрюше достался более весомый аргумент в виде Громовского кулака в физиономию.

Отлетев к стене и ошалело хлопая глазами, первый красавчик ощупал наливающуюся краснотой скулу и прошипел:

– Гром, да ты совсем ох… что ли? Куда ты лезешь? Это моя девчонка, и мы сами разберемся!

– Так, все, с меня хватит! – Лизу аж трясло от гнева. – Я не твоя, Корсаков, ты сам все испортил! Не смей больше подходить ко мне. Найди себе другую дуру, которая скрасит тебе последние месяцы учебы. Яр, пока, увидимся, – бросив эти слова уже на бегу, Румянцева поспешила покинуть место происшествия, не желая наблюдать, как парни меряются… Ну, в общем, выясняют, кто из них круче.

Ее ждали Сережа и Катя. А еще ей и самой очень хотелось разобраться, что же такое творится в элитном и с виду абсолютно благополучном пансионе Шереметьевых. О каких тайнах она еще даже не догадывается, хотя проучилась тут десять лет? Да и пропавшую девушку было очень жалко. «Надеюсь, что ее действительно вернут целой и невредимой», – подумала Лизавета, поспешно натягивая голубенький пуховик, выданный ей улыбчивой гардеробщицей, и выбегая на пронизывающий февральский питерский ветер.