Мария Рутницкая – Таша против Паши (страница 1)
Мария Рутницкая
Таша против Паши
Пролог и Глава 1. Странное письмо
Никанор Филимонович наконец-то мог выдохнуть с облегчением. Весь последний месяц он очень нервничал и переживал, хотя и старался держать лицо, как и положено бывшему советскому контрразведчику. Хотя они, как известно, бывшими не очень-то и бывают.
А когда тебе уже восемьдесят два, и врачи только виновато отводят глаза, сообщая, что жить осталось практически два понедельника... В общем, товарищ Постников очень боялся не успеть. И сейчас, получив весточку от старого сослуживца, чувствовал заметное облегчение – даже дышать легче стало.
- Вот зря я его в свое время недолюбливал, – ворчал себе под нос полковник, сдвинув очки на кончик носа и вновь перечитывая на экране телефона полученное сообщение. – Это тогда по молодости казалось, что он слегка трусоват. Мне-то ведь все хотелось вперед и с шашкой наголо. А ведь в нашем деле разумная осторожность куда как полезнее моей упертой твердолобости.
Сердито пыхтя от злости на собственную физическую слабость, Никанор Филимонович откинулся на спинку кресла и обвел взглядом свой кабинет – тяжелая добротная мебель темного дерева давала ощущение надежности и солидности. Впечатление, правда, портил мелкий рыжий кошак, скакавший сейчас по спинке дорогого кожаного дивана. Глядя на то, как зверь, выгнув спину и распушив хвост, охотится на неосмотрительно присевшую рядом с ним муху, мужчина невольно улыбнулся.
Этот пушистый нахал заявился к нему на участок полгода назад прямо под новый год – мокрый, облезлый и замерзший. Домработница Наталья Кузьминична с возмущением поведала хозяину, как застала незваного гостя за совершеннейшим непотребством – попыткой умыкнуть со стола готовящийся к маринованию свиной окорок, который кухарка Анна Никитична планировала запечь к праздничному столу. Кусок мяса размером был поболее рыжего разбойника, но того это нисколько не смущало. А когда возмущенная такой наглостью Анна шлепнула наглеца полотенцем, тот ничуть не смутился, а грозно зашипел и поднял лапу с выставленными когтями. Полковник чужую смелость всегда уважал, и кот остался в доме, несмотря на возмущение обслуживающего персонала.
А сейчас на дворе уже лето. Никанор Филимонович видел со своего места яркие зеленые листья клена, разросшегося под окном кабинета. Но долго прохлаждаться мужчина себе позволить не мог и, как только приступ слабости прошел, вновь принялся за дело.
Из верхнего ящика стола были извлечены два листа бумаги и именная перьевая ручка, преподнесенная товарищу полковнику самим маршалом. Следом на столешницу легли две фотографии – на них были те, кому хозяин дома искренне желал счастья. И кто мог направить эту бестолковую молодежь на путь истинный, кроме старого контрразведчика? Полюбовавшись на родные лица, хозяин дома придвинул к себе первый лист и принялся за письмо. Он не признавал эти новомодные веяния – стучать по клавиатуре и тыкать на кнопку «Отправить». Нет в этом действии души!
Наконец, оба послания были закончены и упакованы в конверты.
- Иван! – крикнул Никанор Филимонович, радуясь, что еще не совсем растерял командный голос.
На его зов на пороге появился мужчина средних лет тоже с явной военной выправкой.
- Слушаю, товарищ полковник, – по привычке вытянувшись, отчеканил он.
- Завтра отправишь эти письма адресатам, – выдал приказ бывший командир.
- Есть.
Иван с горечью видел, как изменился полковник за последние несколько недель. Ведь он помнил его блестящим офицером с орденскими планками на груди, про чуйку и профессионализм которого в контрразведке ходили легенды.
- С похоронами не заморачивайтесь, никаких, упаси, Боже, многолюдных поминок и громких речей. Кузьминична все знает, – продолжал между тем давать указания хозяин дома, не обращая внимания на попытки подчиненного что-то возразить. – Твоя задача – проконтролировать вот это вот, – Никанор Филимонович кивнул на лежащие на столе письма. – В случае необходимости – помочь. Но только в случае крайней необходимости, – многозначительно надавил голосом полковник. - Весь сценарий ты знаешь. Как понял приказ?
- Приказ понял, – слегка дрогнувшим голосом ответил мужчина, понимая, что это распоряжение – последнее, которое он получает от командира.
Николай Филимонович одобрительно кивнул и сурово припечатал:
- Выполнять!
Глава 1. Странное письмо
Какое же это счастье – первый день летних каникул! Таша блаженно потянулась, не открывая глаз. Даже самой не верилось, что первый курс универа остался позади, и впереди два с половиной месяца свободы! Выбравшись из-под одеяла, студентка уже второго (с ума сойти!) курса факультета «Бухгалтерия и финансы» накинула халат и пошлепала на кухню.
Общая часть их большой питерской квартиры из тех самых знаменитых исторических коммуналок с высоченными потолками и дворами-колодцами встретила Ташу солнечными бликами на паркете и запахом кофе. Интересно – это мамуля соизволила проснуться или у отчима очередной перерыв-перекус?
Надо отметить, что Лидия Петровна, Ташина мама, была женщиной чрезвычайно интересной, как внешне, так и внутренне. Обладательница яркой внешности, которая в какой-то мере передалась и дочери, госпожа Симакова сейчас была счастлива в браке уже с третьим мужем. Первые два оставили ей хорошие отступные и дочь Наталью, но вот женского счастья не принесли, как говорила сама мадам Лидия, иногда впадая в меланхолию под рюмочку вишневой наливки в компании своих элегантных подруг.
Третий же супруг, Сергей Алексеевич, был представителем своеобразной профессии программистов, причем супер-высокого уровня, и своей некоторой отстраненностью от бренной действительности очень устраивал Лидию Петровну. Поэтому жили они уже восемь лет душа в душу. Таша с третьим мужем маменьки тоже ладила прекрасно, так что в семье Симаковых царили мир и гармония.
Вот и сегодняшнее утро не было исключением – зайдя на кухню, девушка обнаружила там свою дорогую родительницу, облаченную во что-то воздушно-кружевное и изящно расположившуюся на мягком голубовато-сером диванчике с маленькой фарфоровой кофейной чашечкой в руках и задумчиво-приятной улыбкой на лице.
- Мам, ты сегодня как-то рано, – заметила Таша, взглянув на антикварные настенные часы, доставшиеся им еще от прошлых хозяев этой квартиры.
Стрелки показывали неполные девять часов, что для Лидии Петровны была несусветная рань.
- Что-то мне волнительно, Ташенька, – задумчиво проговорила женщина, делая маленький глоток кофе.
Таша, которая знала об исключительной интуиции своей мамули, внимательно прислушалась к собственной чуйке. Та молчала и никаких признаков волнения не подавала. И вот это как раз и настораживало – девушка давно заметила за собой такую, с позволения сказать, антиинтуицию. Чем спокойнее вел себя внутренний предсказатель, тем оглушительней был сюрприз, преподнесенный изобретательной судьбой.
Покачав головой и решив, что все равно не угадает, откуда может прилететь бурная волна перемен, Таша направилась к чайнику, в блестящей поверхности которого отразились ярко-рыжие волосы, полыхнувшие под солнечным светом, падавшим из большого окна. Да, будь дочь Лидии Петровны повыше и пофигуристее, ее внешность вполне могла подойти под классическое описание ведьмы, ну а так в наличии имелся только цвет волос и зеленые глаза, а в остальном – обычная мелкая девчонка.
Иногда Таша мечтала стать настоящей роковой красоткой, ну вот как мама, которая легко кружила всем встречным мужчинам головы, но потом природное здравомыслие брало верх, и девушка легко принимала себя такой, как есть.
Размышления о высоком прервал стук входной двери – это Сергей Алексеевич вернулся с традиционной утренней пробежки по близлежащей набережной.
- Девчонки, – раздался из коридора его бодрый голос, – вы не поверите, что я обнаружил в нашем почтовом ящике! Сто лет уже такого не видел.
Раздались уверенные шаги, и на пороге кухни появился крепкий мужчина с легкой сединой в темных волосах, одетый в спортивные штаны и простую футболку. В руках Ташин отчим держал обыкновенный почтовый конверт.
- И что такого удивительного ты там нашел? – поинтересовалась Лидия Петровна, поднимаясь на ноги и направляясь навстречу мужу.
- Таша, иди сюда, – держа интригу, позвал Сергей. – Это, в первую очередь, касается тебя.
Студентка на каникулах резвенько подскочила с табуретки, где пристроилась с чашкой капучино и надеждой на завтрак.
- Смотрите, когда вы последний раз получали письма, написанные вручную? – наконец мужчина показал конверт полностью, вызвав весьма интересную реакцию у представительниц прекрасной половины семьи.
- Таша, о чем тебе может писать этот вредный старик? – высокомерно подняв брови, поинтересовалась мадам Симакова, разглядев написанное четким уверенным почерком имя адресата.
Сама же Таша, в отличие от своей маменьки, Никанора Филимоновича очень ценила, и такое письмо получить ей было чрезвычайно приятно. Правда, ради справедливости, стоит отметить, что и та, и другая имели причины для подобного отношения.
Дело в том, что отставной полковник был двоюродным братом отца второго мужа Лидии Петровны. На момент знакомства с этим въедливым родственником женщина только что сменила фамилию Таранова, доставшуюся от первого мужа, на Воротынцеву, войдя в семью второго супруга. Свадьба, по настоянию невесты, была пышная – уж очень хотелось ей побыть в главной роли на подобном торжестве после первой студенческой свадьбы в восемнадцать лет, когда платье было перешито из маминого, а туфли взяты напрокат у подружки.