Мария Рутницкая – Капризная реликвия, или Как помочь призраку (страница 3)

– Вы помните, как Вас зовут? – поинтересовался Влад, возвращаясь к прерванному разговору и радуясь, что наконец-то дело дошло и до конкретных вопросов.

Правда, как ему подсказывала интуиция, надежда узнать имя призрака была весьма призрачна. Чуйка, прокачанная за последние годы разными хитрыми товарищами, которые только и мечтали поиметь что-то с их фирмы, предоставив взамен жирный кукиш, не подвела и на этот раз – девушка, терпеливо ожидавшая, пока внимание мужчины вновь обратится на нее, лишь печально покачала головой.

– Единственное, в чем я практически уверена, – незнакомка плавно приблизилась на несколько шагов к присевшему на край фонтана мужчине, – так это в причине, по которой я все еще здесь.

Влад заинтересованно приподнял брови, готовясь услышать что-то необычное.

– У меня есть какое-то незаконченное дело, – прошептала призрачная красавица и печально вздохнула, – правда, я не помню, какое. Есть какие-то смутные образы, но ничего определенного.

Директор «ТехноКома» едва сдержал крепкое словцо, отражающее всю глубину его разочарования, а также перспективы хоть как-то достичь поставленной цели. А кстати…

– А что должно произойти в результате моей помощи? – очень своевременно поинтересовался господин Разницкий, про себя обозвав себя самонадеянным идиотом.

– Я хочу покоя и хоть какой-то определенности, – прошелестело в ответ.

«Ну точно, идиот, – утвердился в направлении самокритики Влад, – это же классика жанра! Мог бы и сам додуматься до такого! Только это знание ничем не помогает в данной ситуации».

– Давайте договоримся так, – определился он, наконец, с дальнейшей стратегией поведения, – мне нужно все обдумать, а сейчас у меня, к сожалению, важная встреча, на которой я должен присутствовать.

Незнакомка обреченно кивнула и, развернувшись спиной к поднявшемуся на ноги мужчине, медленно направилась в сторону еще более глухих аллей парка. Владу показалось, что вокруг резко посмурнело, и тишина стала какой-то напряженной. Даже от белой статуи в центре чаши потянуло горьким разочарованием, его острый привкус буквально ощущался на языке. Глядя на удаляющуюся хрупкую фигурку, на слегка ссутуленные плечи, хотя девушка явно пыталась держать осанку, директор «ТехноКома» почувствовал себя полным уродом. Но ведь это не так! Он не отказывался от своих слов! Ему, действительно, просто нужно все обдумать! И у него даже были догадки, с кем ему стоило проконсультироваться!

– Я приду сюда же послезавтра вечером, – проговорил он вслед своей таинственной собеседнице.

Девушка остановилась, но вновь поворачиваться лицом не спешила, явно не доверяя услышанному обещанию.

– Я приду в любом случае, даже если мне нечего будет Вам сообщить утешительного, – Влад не мог оставить эту трогательную незнакомку в таком расстроенном состоянии.

Вот не мог, и все тут!

– Я буду ждать! – прилетело тихое в ответ одновременно с сильным порывом ветра, заставившим мужчину зажмуриться.

Когда же он открыл глаза, рядом с фонтаном никого, кроме него самого, уже не было.

– Надеюсь, это все же не галлюцинации от переутомления, – пробормотал Влад и широким шагом направился к выходу из парка.

Меньше всего он хотел позволить китайскому партнеру приехать на место встречи первым и почувствовать себя хозяином территории, а уж тем более заставлять хитромудрого Джау Лонга ждать. Восток, как известно, дело тонкое.

Глава 2. Так и поверишь в переселение душ*

*А.Конан Дойл «Собака Баскервилей»

Утро было неправильным. Вернее, Влад чувствовал себя сегодняшним утром абсолютно неправильно. И если вчера вечером у директора «ТехноКома», замороченного господином Лонгом, сил оставалось только для того, чтобы добраться до дома и рухнуть на кровать, то сегодня мысли о произошедшем в парке не давали покоя. Проснувшись, Разницкий только открыл глаза, как тут же перед ними встало печальное лицо вчерашней незнакомки. И уходить никак не желало.

Не помогла ни чашка любимого кофе, ни просмотр деловой документации по вчерашним переговорам, присланной исполнительной Ларой, ни напоминание о воскресном семейном обеде, пришедшее от заботливой маменьки.

Вот последнее было уже откровенно странным – обычно одно лишь упоминание о предстоящих родственных посиделках бодрило необычайно, заставляя периодически вздрагивать и приговаривать «Чур меня, чур». Ибо, выдав дочь замуж, матушка теперь жаждала осчастливить узами брака сыновей. Сыновья осчастливливаться не спешили, но родительница надежд не теряла. Влад был уверен, что и в это воскресенье за их столом окажутся внезапно приехавшие в Питер дочери подруг или троюродные племянницы отцовских коллег, у которых неожиданно прорвало трубу в ванной, или просто «милые девочки, с которыми мы с тетей Мартой познакомились на последней выставке современного искусства». Но сегодня даже этот привычный триггер включил заднюю – мысли о девушке в старинном светлом платье голову мужчины покидать отказывались. Хотелось сесть и думать только о ней, строить гипотезы о том, кто она такая и придумывать варианты, как сдержать собственное слово и помочь.

Однако, ожидающий будущего делового партнера к завтраку любознательный Иван Иванович все же оказался более сильным аргументом для выхода из дома и обращения к делам насущным. К счастью, переговоры прошли весьма позитивно, а последующее посещение Гатчины вообще позволило смотреть на дальнейшее сотрудничество с высокой степенью оптимизма, благо погода сегодня вспомнила, что на дворе всего лишь самое начало сентября, и радовала солнцем и лишь легкой прохладой.

Раскланявшись с разомлевшим от Питерских красот гостем, Влад, наконец-то, смог выдохнуть и дать себе время на анализ случившегося в заброшенном уголке парка. Задумка, которая мелькнула у него еще вчера, сегодня вполне сформировалась и была оценена им, как удачная, а поэтому мужчина набрал знакомый номер и напросился в гости.

Младшая сестра Элька, нынче замужняя дама Элина Петровская, проживала на Крестовском острове. Уютная двушка в новостройке встретила Влада вкусными запахами и радостной суматохой. И если с кофе и лимонным пирогом постаралась сестренка, то шум, в основном, создавали четвероногие обитатели этого дома. Не успел Влад войти в дверь, как в коридор наперегонки нагрянула греческая парочка. Ну, а как можно назвать живность со звучными именами Фенистокл и Спортузовий? Правда, для своих делалось послабление, и лис фенек благосклонно откликался на Феньку, а красавец-далматинец признавал, что имя Туз ему вполне подходит.

Пообнимавшись с Элькой, очень уютной и домашней в бирюзовом плюшевом спортивном костюме, и погладив крутившихся у ног зверей, Влад проследовал за смешно переваливающейся сестрой на кухню – большую, светлую с яркими пятнами оранжевых штор и веселых полотенец.

– Как там мой племянник, не хулиганит? – спросил он, кивнув на весьма приличный живот хозяйки.

– Сегодня всю ночь в футбол играл, похоже, – засмеялась та, ласково поглаживая предмет внимания будущего дяди. – Когда Лис в командировке, с ним вообще никакого сладу нет, господин начальник.

Лис, Элин муж, работал в «ТехноКоме» под непосредственным руководством самого Влада, и шпильку сестры он сейчас вполне оценил.

– Ладно, – притворно сурово проворчал он, – сделаю ему скидку на ваше беременное состояние. Пусть пока в Питере посидит, здесь тоже всегда работы хватает.

В благодарность брата чмокнули в макушку и поставили перед ним большую чашку кофе и тарелку, на которой исходил пряным цитрусовым ароматом солидный кусок пирога.

– Я сильно удивилась, когда ты позвонил, – вопросительно взглянув на гостя, Эля присела напротив. – Ведь чтобы ты оторвался от работы в середине дня, должно произойти что-то совсем уж экстраординарное.

– Так и есть, – задумчиво протянул старший Разницкий, делая первый глоток кофе и одобрительно кивая. – Помнишь твою встречу с туманной дамой?

Конечно, она помнила, и этот вопрос со стороны брата был чисто риторический. Возможно, именно благодаря той таинственной истории*, Влад достаточно спокойно воспринял и свое неожиданное приключение, произошедшее накануне.

*Все подробности про туманную даму, Эльку, Лиса, а также Фенистокла и Спортузовия можно прочитать в моей книге «Корабликовые истории».

Элина до сегодняшнего дня была первой и единственной в семье Разницких, кто непосредственно столкнулся с мистической стороной Санкт-Петербурга. А вот теперь, видимо, пришла очередь и старшего из их братско-сестринской троицы.

– Естественно, я помню, – ответила сестра, подтверждая правильность размышлений родственника. – А что это ты вдруг об этом решил заговорить? Опять будешь меня убеждать, что я страдала кратковременными галлюцинациями на фоне отсутствия личной жизни? – насмешливо подколола она, не удержавшись.

И она имела на это полное право – когда братья первый раз услышали от нее описание эпопеи общения с призраком фрейлины Анны Иоановны, реакция с их стороны была однозначной – они восприняли все, как удачную шутку, и долго ржали в два голоса над Элькиным рассказом, порекомендовав ей начать писать приключенческие романы. Но постепенно, выслушивая все новые и новые подробности, начали проникаться доверием к услышанному, хотя и с изрядной долей скептицизма. В итоге, сошлись на классической мудрости: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.».*