Мария Руднева – Холмы Каледонии (страница 57)
– Спасибо. Идем, – резко сказал Этельстан и схватился за кованую ручку другой двери, где руна Eoh, подобная молнии, переплеталась с деревом живым.
Рыцари не мешали.
Дверь распахнулась, и Этельстан быстро вошел в нее – факел догорел и погас, но на дороге было светло. Над ними, высоко-высоко вдали, светили незнакомые звезды.
Мистер Мирт и Джеймс вбежали следом, и дверь захлопнулась.
Наступила оглушающая тишина.
– Почему ты выбрал эту дверь? – спросил Джеймс.
– Если я угадал, и один из них лжет, а другой говорит правду, а у меня был только один вопрос – у меня не было возможности узнать, кто есть кто. Поэтому я решил, что есть только один способ проверить, – Этельстан тяжело дышал, словно долго-долго бежал. – Если рыцарь, к которому я обратился, говорит правду, то лжет другой рыцарь. И значит, тот рыцарь показал бы на неправильную дверь. А если рыцарь лжет, то другой рыцарь указал бы на правильную дверь, и опять же – указал бы на неправильную. Это единственный вопрос, до которого я додумался, но, кажется, мы хотя бы прошли дальше, а вот туда или нет…
– Пока я вижу только глухой лес, – хмыкнул Джеймс. – Не слишком напоминает волшебную поляну с легендарным троном.
– Зато мы живы, – с сомнительным оптимизмом в голосе произнес мистер Мирт. – А значит, мы можем идти вперед.
Путь через глухой лес оказался не таким уж и сложным – после Дорог Короля и таинственной пещеры. По тропе было возможно пройти, а костлявые черные ветви, хоть и норовили расцарапать лицо или впиться в волосы, все-таки не стали серьезной помехой для тех, кого вела цель.
Впереди шел Джеймс – с упрямством человека, верящего в единственно правильный путь и выбор. Волосы, которые до того он носил распущенными на манер фаэ, теперь были собраны в плотный ханьский пучок, чтобы ветки не цеплялись за волосы. Мистер Мирт, следующий за ним, пожалел, что не догадался поступить так же и не захватил ленту. Этельстана же, кажется, вообще не заботили ветви, он отводил их рукой и строго смотрел, и под его взглядом они расступались.
– Мне кажется, мы в ущелье, – вдруг подал голос Джеймс.
– Почему ты так решил? – Мистер Мирт нагнал его в несколько шагов и пошел рядом, насколько позволяла ширина тропы.
– За этими деревьями ничего не разглядеть. Но ощущение… Давящее, тяжелое. Как будто вокруг стены. Мне хватило этого ощущения в трюме корабля по дороге в Хань, когда мне запрещали выходить на палубу – из соображений, представляешь, безопасности! – Джеймс вскинул подбородок, на миг словно переместившись в самые страшные и тяжелые минуты жизни. – Так еще и Цзиянь потащил меня в горы Лушань, в храм к своему знакомому настоятелю, там были общие дела… Никогда не забуду эту дорогу через горный перевал.
Джеймс повел плечами, сбрасывая с себя липкое ощущение страха. Габриэль и Этельстан молчали – ни один из них не мог представить себе настоящие горы. И тем более узкий перевал, где путешественники зажаты между двумя величественными грядами и ежесекундно должны опасаться обвалов, туманов и местных злобных духов.
– Хорошо, – мистер Мирт положил руку на плечо принца. – Из любого ущелья бывает выход, так? Каждая дорога куда-то идет. Мое предложение таково: идти очень быстро и как можно скорее выбраться отсюда, пока эти деревья и все прочее не начали сводить нас с ума.
– Другого пути все равно нет, – Этельстан вытирал запястьем кровь со щеки – попытка сойти с тропы дорого ему обошлась. – Это явно продолжение Дорог Короля.
Джеймс расправил плечи.
– Идем. Не останавливаясь. Желательно не оборачиваясь. Габриэль прав – чем быстрее пройдем, тем легче будет всем.
Мистер Мирт ошибался – не из каждого ущелья бывает выход. Дорога привела их к высокой отвесной скале. Лес остался позади, и стало совершенно очевидно, что Джеймс был прав – они находились у подножия неприступных гор.
Мистер Мирт отошел подальше и, приставив ладони к глазам, попытался рассмотреть стену в тумане.
– Кажется, она не такая и высокая, и продолжение пути там, – пробормотал он, но в голосе его явственно слышалось сомнение. Он чувствовал себя дезориентированным. Это не было его местом, его территорией. Вдали от мастерской, от точных расчетов и чертежей, лишенный общества Поупа и мисс Амелии, он не знал, что делать и как себя вести.
Джеймс застыл в стороне, обхватив себя руками за плечи и пытаясь унять приступ паники. Дышать стало тяжело, ощущение клетки усилилось, и казалось, высокая горная гряда с каждой секундой придвигалась ближе.
Этельстан бросил на братьев удивленный взгляд, покачал головой и тихо сказал:
– Я осмотрюсь.
Он сам не знал, что намеревался найти, – но, по крайней мере, теперь ничто не мешало сойти с тропы прямо в мягкую траву и пойти вдоль холодной каменной гряды. И, кажется, удача снова улыбнулась ему – за острым выступом, закрывающим обзор, он обнаружил старый деревянный подъемник – судя по виду, его собирали на заре технических открытий вообще.
Осознав, что он нашел, Этельстан бросился назад, размахивая руками:
– Джеймс! Габриэль!
Братья удивленно посмотрели на него – совершенно синхронно и до того схоже, что в иное время Этельстана позабавило бы такое их сходство, но сейчас он был переполнен чувствами – от страха до надежды.
– Что случилось? – мистер Мирт схватил его за плечи.
– Я нашел путь! – воскликнул виночерпий. – Это не ловушка, здесь есть дорога, просто она идет наверх!
– А нам, стало быть, надо стать птицами и взлететь по ней? – скептически отозвался Джеймс. Его черные брови сошлись на переносице. – Или скакать по уступам, подобно горным козам?
– Нет! Я видел там подъемник!
Мистер Мирт оживился. «Подъемник» звучало как что-то понятное, простое и техническое, лишенное всякой магии – то есть то, с чем он мог справиться. За время плутаний по Дорогам Короля он изрядно устал чувствовать себя бесполезным.
Поэтому, обогнув Этельстана, он первым бросился к уступу. Этельстан и Джеймс поспешили за ним.
В самом деле – за уступом обнаружился деревянный подъемник, от которого вверх тянулись проржавевшие цепи.
– Где-то тут должен быть рычаг, – мистер Мирт осматривал устройство.
Подобные он видел в угольных шахтах – уже, конечно, современные модели, работающие на паровом двигателе. Этот же подъемник был из тех времен, когда использовали только механизмы ручного управления.
Рычаг освобождал подъемник и дальше, с помощью раскрутки колеса, можно было подняться на площадку наверх и закрепить подъемник там с помощью второго рычага или же спустить вниз.
– А помните, была такая сказка, как два брата бросили третьего в колодце, после того как выбрались сами? – задумчиво произнес Джеймс.
– Предлагаешь тебя тут оставить? Смотрю, ты в восторге от гор, – бросил мистер Мирт через плечо.
– Нашли время… – вздохнул Этельстан. – Никто никого здесь не оставит, подъемник выдержит троих, он довольно широкий. Скорее всего, Король фаэ со свитой был здесь, когда ходил Дорогами по своим владениям…
– Все хорошо, только рычаг, кажется, не совсем в порядке, – выдохнул мистер Мирт, отчаянно преуменьшив истину.
Рычагу – как и самому подъемнику – требовался ремонт. Разболтанные крепления цепей грозили не выдержать вес троих мужчин, а рычаг заклинило от ржавчины и времени, и требовалось раскрутить его и собрать заново.
Джеймс и Этельстан беспомощно переглянулись.
– И конечно, ни у кого из нас с собой нет даже гаечного ключа…
Мистер Мирт резко распрямился.
– Что значит нет? – криво ухмыльнулся он.
Его колотило изнутри от волнения, когда он, наклонившись, расшнуровал голенище сапога и достал оттуда гаечный ключ – тот самый, что так благочестиво оберегал их с мисс Амелией сон на протяжении нескольких ночей.
– Подожди, подожди, братец! – Джеймс поднял руки перед собой. – Не хочешь ли ты мне сказать, что не взял с собой даже жалкого револьвера для самозащиты, зато потащил через все Дороги Короля гаечный ключ? Ты совсем помешался на механизмах? Я тебя недооценивал!
– То, что никто из нас не взял меча, конечно, досадное упущение, – покачал головой Этельстан. – Однако мы удивительно везучие, раз брат прихватил инструменты.
– Мисс Амелия сказала, что это – мой меч! – Габриэль поднял гаечный ключ над головой. – И я с ней согласен. Дайте мне четверть часа – и этот подъемник будет как новенький.
– Ты уверен, что тебе больше ничего не нужно? – Джеймс подергал хилую цепь.
– Не помешал бы весь чемоданчик, конечно. Но я столько механизмов перебрал на своем веку, что с такой простой задачей как-нибудь справлюсь. Верь в меня, Джеймс. Пожалуйста.
Джеймс посмотрел ему в глаза – долго, так долго, словно, замолчав, они продолжили говорить, – и, кивнув, отступил.
Мистеру Мирту понадобилось куда больше четверти часа – старый уставший металл не хотел поддаваться, – но наконец он поднялся на ноги и вытер запястьем пот со лба.
– Добро пожаловать на борт! – крикнул он.
Этельстан и Джеймс терпеливо ожидали в стороне – Этельстан лежал на спине и смотрел на далекие чужие звезды, а Джеймс медитировал. То, что это медитация, Габриэль понял не сразу – но потом вспомнил, что несколько раз заставал в подобном состоянии Цзияня. Тот говорил, что так проще справиться с тревогой и страхом.
И правда – когда Джеймс ступил на деревянный помост подъемника, на его лице было прежнее упрямое, яростное выражение, без тени страха. Он совладал с силой этого места и с самим собой. Габриэль позволил себе украдкой восхититься им и тут же отвел взгляд. Этельстан с удивлением осматривал крепления цепей.