Мария Павлович – Сафари для блондинки (страница 11)

— Я только что приехала. — Рита постаралась улыбнуться, но сердце бешено колотилось, а на лице растянулась жалкая гримаса. — Мне нужна гостиница. Я одна, — голос Риты предательски задрожал, — я никого здесь не знаю!

Друзья переглянулись. Темноволосый встал с кресла:

— Садитесь.

Рита благодарно плюхнулась на его место.

— Зачем вы приехали? — Светловолосый дружелюбно улыбнулся и слегка наклонился в Ритину сторону.

— Я — дайвер. — Рита потупила взгляд.

Мохаммед продолжал переминаться с ноги на ногу около стола.

Поскольку темноволосый парень теперь стоял прямо напротив Риты, у нее появилась возможность разглядеть его получше. Он не был так красив, как его светловолосый друг, но напоминал испанского танцора фламенко после травмы и ухода со сцены. Он был слегка поправившийся, потерявший форму, но все еще по-своему изящный и грациозный. У него были оливковые глаза и темная матовая кожа. На подбородке он носил аккуратно подстриженную эспаньолку, но Рита не любила подобные прически на подбородке.

— Где ваши вещи? — спросил темноволосый и, когда Рита неопределенно махнула в противоположную сторону набережной, вздохнул: — Зря я отпустил Мохаммеда.

Светловолосый больше молчал, а третьего друга Рита не могла рассмотреть, потому что он сидел сбоку, а ей было неудобно поворачиваться и разглядывать его.

Решено было идти за Ритиными вещами. Когда поднимались из-за стола, Рита еще раз взглянула на зеленоглазого красавца и затем бросила взгляд на его запястье. Это была привычка, выработанная с годами. Там, на загорелой руке, Рита увидела нечто, заставившее ее сердце биться чаще. Спортивные часы марки «Панерай», говорящие о прекрасном вкусе своего хозяина. Цена 7000–9000 евро.

Неужели так просто? Рита придвинулась ближе и вгляделась в циферблат. «Я иду к тебе, Саша!»

Глава 6

На двадцать пятой минуте общения Рите стало ясно, насколько ей повезло, что она познакомилась с этими людьми. Это были не только не последние люди в дахабской тусовке дайверов, но еще очень веселые и не по-городскому добрые люди. Светловолосого звали Андрей, но это был последний раз, когда Рита произнесла или слышала это имя. Все называли его Че. Он был лучшим другом темноволосого парня, которого звали Фидель. Это было его настоящее имя, поскольку его отец, кубинец, назвал его в честь Фиделя Кастро.

Мальчики дружили много лет, и их судьбы были переплетены так же крепко, как судьбы Фиделя Кастро и революционера Че Гевары. Дружба с Фиделем было единственным, что сближало того Че и этого. Во всем остальном, включая цвет волос, характер и образ жизни, они были абсолютно разными.

Рита уже успела выдать свою версию про журналистку, упомянула имя своего инструктора и рассказала пару обкатанных на подругах шуток про дайвинг.

Друзья с удовольствием посмеялись, Рита чувствовала, что им приятно болтать с ней. В этом не было ничего необычного, потому что с первой минуты знакомства Рита покоряла почти всех без всяких усилий. Вешать мужчинам лапшу на уши Рита умела. В конце концов, это являлось ее основным занятием на сегодняшний день.

Когда Че отошел поприветствовать очередную мокрую подружку, замотанную в полотенце, стало понятно, что Дахаб — это маленькая деревня, где все русскоязычные жители знают друг друга и следят друг за другом с пристальным вниманием. Ритино появление также не осталось незамеченным.

Большинство из «банды», по выражению Че, были дайверами. Многие останавливались здесь надолго по причине демократичности цен, близости прекрасных мест для погружения и тесного молодежного содружества. Рите показалось, что двадцать лет спустя она вновь вернулась в пионерский лагерь. Как же чуждо все это было для нее после суетной, гламурной городской жизни!

Несмотря на то, что почти все жители носили выгоревшие шорты и майки, передвигались босиком и редко, судя по всему, промывали запутанные волосы от морской соли, большинству было явно больше чем восемнадцать лет. Так и новые знакомые при ближайшем рассмотрении уже не казались зелеными юнцами. Все, кроме одного.

Когда Рита разглядела третьего друга, было уже слишком поздно что-то менять. Она явно успела вызвать у него полное отторжение.

Последний товарищ («Лох», — тут же окрестила его Рита про себя) выглядел весьма скованным на фоне своих раскрепощенных, светских друзей. Он был коротко подстрижен, даже обрит, сквозь светлый ежик на его голове проглядывала загорелая кожа. Сам он также выглядел самым загорелым, но, как ни странно, его образ плохо сочетался с загаром. Он весь был какой-то зимний и колючий. Его одежда производила впечатление самой потрепанной. При всем желании его трудно было назвать симпатичным, несмотря на правильные черты лица и подтянутую мускулистую фигуру. В его натуре проглядывало что-то неприятное, и это «что-то» находило отражение на его лице. Нахохленный, похожий на голубя, постоянно вытягивающего шею в разные стороны и переминающегося с лапы на лапу, он ни на секунду не расслаблялся. Когда он в первый раз решил закурить в присутствии Риты, она в испуге вжалась в кресло — настолько резким был его рывок к пачке сигарет и настолько шумной и энергичной была первая затяжка, после которой он громко выпустил дым, задрав голову высоко к небу.

Третий друг не пошел за Ритиными вещами и не остался поболтать в кафе. Как только стало понятно, что оставшуюся часть дня его друзья проведут в компании Риты, он поспешил проститься и уйти со сцены.

— Не обращай на Сашку внимания, он всегда немного странный, — добродушно пояснил Че после ухода третьего друга.

— Его зовут Саша? — переспросила Рита.

— Александр, — смеясь, пояснил Фидель.

— Он один из лучших инструкторов здесь, — добавил Че.

Рита призадумалась. Не может быть, чтобы это был Власов. С другой стороны, это первый Александр, встретившийся на ее пути.

— А откуда он? — поинтересовалась Рита.

— Не знаю, — пожал плечами Фидель. — Такие люди годами не попадают домой.

— По-моему, он из Питера, — сказал Че.

— Слушай, — обратился к Рите Фидель, — я понимаю, что вы, журналисты, народ любопытный, но здесь не принято задавать много вопросов.

— Лучше спроси у него про белую акулу, которую он видел в Америке, про это он с удовольствием расскажет, — сказал Че.

Рита захлопала глазами, ей стало неудобно перед друзьями.

— Просто он напомнил мне одного старого знакомого, — попыталась оправдаться она.

— Ты знаешь, мы с ним близко не общаемся, у него есть друг Серега, они в основном вместе проводят время, любят рыбачить. — Последние два слова Фидель протянул с плохо скрываемой издевкой.

— Серега, правда, тоже человек загадочный. — Че многозначительно посмотрел на друга.

Рита решила сменить тему. Она почувствовала, что для первого дня знакомства и так допустила слишком много ошибок.

— А что, в Америке есть акулы? — поинтересовалась она.

— Сашка видел на Гавайях белую семиметровую акулу, — сказал Фидель.

— Он жил на Гавайях? — заикаясь, спросила Рита.

— Да. — Че равнодушно махнул рукой. — Он везде жил.

Рита ошарашенно замолчала. Она надеялась, что Власов — это Че, а никак не Саша. Правда, если Власов — Че, то тогда он очень достоверно играет бабника. И непонятно, как и почему он до сих пор не женат при его ярко выраженной любви к женскому полу. Любовь к блондинкам перевешивала любовь к спорту. Это сразу бросалось в глаза.

Если Власов прикинулся Фиделем, то легенда у него одна из самых неправдоподобных. Да и кубинский налет на внешности ставил под вопрос саму возможность прикидываться кем-то другим, кроме Педро или Хуана.

Александр дерганый не мог быть Власовым. Рите очень этого не хотелось. Но те совпадения, которые имелись у него с таинственным олигархом, включая имя, Гавайи и место рождения, выдвигали его кандидатуру на первую строчку среди новых знакомых.

Правда, Ритино знакомство с обществом Дахаба только начиналось. Она постаралась спокойно проанализировать ситуацию. Фидель и Че активно обсуждали тему ее местожительства.

Нужно было влезть в шкуру скрывающегося миллионера. Безусловно, Рита выбрала бы себе другую, не столь известную массам фамилию. Но имя, если, конечно, оно не очень редкое — типа Фиделя или Октябрины, — она оставила бы прежним. Трудно приучить себя за короткое время откликаться на другое имя. Да и незачем так напрягаться.

Хотя логика мужчины, как известно, в корне отличается от логики женщины.

Возможно, Власов находил забавным прикинуться кубинцем или бабником, а может быть, научился достоверно изображать скованных неудачников вроде Александра.

«Даже если это Власов, ничего страшного», — успокаивала себя Рита, нервно потягивая белое египетское вино. Ей встречались мужчины с характерами похуже. Тем более при его любви к путешествиям и экстремальному времяпрепровождению:

а) она очень мало будет его видеть;

б) существует большая вероятность, что его съест акула.

«По крайней мере, нужно будет сразу застраховать его жизнь», — подумала Рита.

— А много здесь русских? — спросила она, обращаясь ко всем.

— Полно, — ответил Че.

— Но у нас своя «банда», — напомнил Фидель.

«А Саш много? — хотела спросить Рита, но осеклась. — Я застряну здесь навсегда, пока не пересплю со всеми Сашами», — грустно подумала она. — Вы знаете эту сумасшедшую журналистку, она спит только с Сашами?»