Мария Морозова – Ядовитый Шиповник (страница 22)

Листик притих, превращаясь в яркую брошь. Я судорожно вздохнула и прикрыла глаза. От простой похвалы почему-то стало жарко.

– Нам пора уходить.

Рэйч отступил, отчего меня кольнуло сожаление. Спрятал свое зелье в карман и шагнул к двери, выглядывая в коридор.

– Иди, - велел тихо. - Я прослежу со стороны, чтобы ты добралась до дома без приключений. Поэтому ничего не бойся, Эрши.

Он исчез, как всегда бесшумно и быстро. А меня окончательно накрыло успокоительное зелье. Все переживания отошли на второй план. Рэйч прав. Сюзонн уже ничем не поможешь, нужно позаботиться о себе и своей семье. Слухи о дочери-убийце ван Даренам точно не нужны.

Я спокойно привела себя в порядок, заперла кабинет и вышла наружу. Вокруг было тихо. У ворот скучал ничего не подозревающий охранник, и, пока я ждала экипаж, мы перебросились парой ничего не значащих слов о погоде. Надеюсь, если мужчину спросят, он скажет, что лесса Флор ван Дарен выглядела спокойной и расслабленной, покидая рабочее место.

Оказавшись в карете, я прикрыла глаза и вздохнула. Пусть Сюзонн ван Лихтен была не слишком приятным человеком, ее стало жаль. Почему она? Почему именно так? Светлые боги, Королевский парк становится едва ли не опаснее трущоб Ульдена, старой столицы.

Представлю, что будет твориться. Ван Лихтен явно скоро найдут. А завтра утром все будут знать о том, что случилось, ведь шило такого размера в мешке не утаишь. Будет расследование, будут допросы. Меня будут спрашивать тоже. И нужно как следует постараться, чтобы не выдать себя неуместной нервозностью.

Но как же хорошо, что Листик привел меня к забору. Есть все шансы, что о моем присутствии на месте убийства никто не узнает. Ну а сам метаморф не оставляет следов, которые могли бы насторожить следователей.

– Что ты вообще там делал? - негромко спросила я Листика, сидевшего на моем плече.

Он неопределенно махнул корешками, мол, просто гулял.

– А может ты видел убийцу?

Но мой питомец только покачал цветком, который заменял ему голову.

– Жаль.

Если бы видел, я бы наплевала на свои тайны и сразу отправилась к ван Рибергеру. Но раз так, в признании нет никакого смысла. Мне стоит делать вид человека, для которого это будет таким же неприятным сюрпризом, как и для всех остальных. Потому что под подозрение не хочется. А помочь следствию мне, увы, совершенно нечем. И Листику тоже.

Утром я впервые отправлялась на работу с опаской. И не зря. Про убийство уже знали, что было совсем не удивительно. Охранник на воротах что-то жарко рассказывал хмурому лессу ван Ноблину. Дженна и Лура прятались за кипарисом и шептались. А у администрации я наткнулась на Норга.

– Ты слышала? - заговорил он без всяких предисловий. - Сюзонн ван Лихтен убили.

– Убили? - выдохнула я.

Вчерашняя картина снова встала перед глазами, и мне, надеюсь, удалось изобразить оторопь.

– И тоже в парке, – кивнул коллега. – Чуть ли не у наших ворот.

Ну, это он преувеличил, все же от ворот до места убийства было далековато. Но тем не менее я спросила:

– Откуда ты знаешь?

– К нам уже приходили. Опрашивают всех, вдруг кто что видел вечером. Но я вчера ушел совсем рано.

– Я ушла поздно, хотя тоже ничего не видела, - поспешила сообщить я.

– Тебя все равно спросят, - пожал плечами Норг. – Просто предупреждаю.

Предупреждение пришлось очень кстати. Стоило Норгу отправиться в оранжереи, на дорожке показался незнакомый мужчина в простом мундире.

– Лесса Флор ван Дарен? – уточнил он. И, когда я кивнула, сказал: – Лесс ван Рибергер желает побеседовать с вами. Пройдемте.

Спорить я не собиралась. Но удивилась и насторожилась, потому что мужчина повел меня не в администрацию, а в сторону королевского дворца, где ван рибергер, видимо, обитал. Сомневаюсь, что всех наших опрашивали именно там, значит, подобной чести удостоилась именно я. Боги, неужели это допрос? Может, мой забег по саду вчера кто-то все же видел? Или они не поленились обследовать все вокруг и нашли мои следы у ограды? Если да, придется отвечать на очень неприятные вопросы. Но сразу сознаваться я точно не стану. Посмотрим, как именно пойдет разговор.

Мой провожатый шел впереди и не видел, что творится у меня на лице. Поэтому к тому моменту, когда мы подошли к дворцу, мне удалось окончательно взять себя в руки. Внутрь мы попали через боковой подъезд, да и идти далеко не пришлось. Совсем скоро я оказалась в кабинете ван Рибергера.

– Доброе утро, лесса ван Дарен, - хмуро поприветствовал мужчина и указал на стул.

– Доброе, - вздохнула я, садясь. – Хотя я уже знаю, что не для всех.

– Никто не умеет держать язык за зубами, - еле слышно пробормотал ван Рибергер. - Лесса ван Дарен, где вы были вчера вечером?

– В Ботаническом саду, – коротко ответила я.

– Буду благодарен, если вы добавите подробностей, – сжал губы мужчина. - Примерно с шести вечера.

– Хорошо. - Я склонила голову и заговорила: – С шести до восьми работала в оранжерее. Потом отправилась в кабинет, чтобы закончить там кое-какие отчеты. Просидела до девяти. Я знаю это точно, потому что смотрела на часы, чтобы не задержаться слишком уж сильно и не заставлять маму нервничать. В девять собралась и отправилась домой. Экипаж поймала здесь, прямо у центральных ворот. Дома больше никуда не выходила.

– Ясно, – протянул он. – Над своими отчетами вы работали одна?

– Да. Думаю, к тому времени все уже разошлись. В администрации точно никого не было. Только на выходе меня видел охранник.

– Вот как… – Ван Рибергер прищурился и постучал кончиком пера по столу.

В этом стуке мне послышался какой-то нехороший интерес. Мне стало неуютно. Вдруг они и правда нашли следы за забором? Я ведь могла там здорово наследить. Отпечатки обуви на земле и пальцев – на прутьях. Обломанные ветки. Оборванная паутина. А если где-то остались мои волосы, то хороший маг нашел бы меня в два счета.

Листик, сегодня снова изобразивший браслет, мягко сжался, успокаивая. Я выпрямила спину. Нет, несмотря ни на что, нельзя нервничать и выдавать себя.

– Вы были знакомы с лессой Сюзонн ван Лихтен? – задал новый вопрос ван рибергер.

– Была, но не слишком близко. Когда мы были подростками, то общались, пусть скорее по–приятельски. Потом я уехала учиться, и общение прекратилось. Последние несколько лет мы виделись от силы несколько раз, на светских мероприятиях.

И ведь не солгала ни словом. К моменту моего поступления у Сюзонн окончательно испортился характер. Она все чаще цеплялась ко мне, норовя побольнее уколоть (Амелия считала, что из зависти). Поэтому я испытала облегчение, когда пришлось уехать. Ну а потом мне стало все равно.

– А что вы можете сказать в нашем недавнем конфликте? – задал неожиданный вопрос ван Рибергер.

– Каком конфликте? - На этот раз я растерялась совершенно искренне.

– Вы повздорили на дне рождения Ее Величества, - прищурился мужчина.

– Ах, это. - Я даже махнула рукой. – Не могу назвать тот разговор конфликтом. Лесса ван Лихтен не совсем точно выразилась, из-за чего ее слова прозвучали оскорблением. Но она сразу же извинилась.

Еще бы ей было не извиниться под хищным взглядом принца Хелесара. Но интересно, кто ван Рибергеру об этом вообще рассказал? Подруги ван Лихтен? Или может сам принц, решивший то ли помочь следствию, то ли просто посмотреть, как я стану выкручиваться, находясь под подозрением? С него бы сталось.

– Вы виделись с ней вчера?

– Нет, - соврала я. Или не соврала, если учесть, что с живой-то не виделась.

– Хорошо. Вам знаком этот цветок?

Он подвинул ко мне небольшой прозрачный куб, внутри которого был заключен цветок. Крупный, махровый, с лепестками насыщенного розового оттенка.

– Можно взглянуть поближе? - подобралась я.

Немного подумав, ван рибергер кивнул. Я осторожно взяла куб, рассматривая со всех сторон. Снова цветок… Да, ведь Сюзонн действительно держала в руке что-то яркое. Точно как и Кристобаль. Вот только если дурман мне опознать удалось, у этого цветка особых примет не было.

– Конкретно этот цветок мне не знаком, - ответила я точно так же, как когда-то Рэйчу. – Но я знаю растение. Это олеандр. Наверное, вы и сами знаете, потому что олеандры растут у нас просто везде. В парках, садах, на клумбах. Он не теряет листья зимой, любит тепло и влагу, красиво цветет, поэтому так популярен.

– В Ботаническом саду они есть?

– Конечно, – вздохнула я, возвращая ему куб. - Думаете, его сорвали там?

– А могли? - вопросом на вопрос ответил ван Рибергер.

– Ну… наверное… – Я не слишком уверенно пожала плечами. - Но я не срывала.

Он открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, но в дверь постучали. Не дожидаясь разрешения, в кабинет вошел лисс Торманд.

– Добрый день, - поздоровался он. - Лесса ван Дарен, вам стоило дождаться меня прежде, чем идти на допрос.

– Это не допрос, – скривился ван Рибергер. – А опрос возможного свидетеля.

– Не важно, – Торманд сел за стол и щелкнул замком чемоданчика. - Моя клиентка не будет давать какие-либо показания без своего адвоката.

В глазах ван Рибергера мелькнуло что-то нехорошее, но он промолчал и глянул на свои заметки. После чего спрятал цветок и кивнул на дверь.

– Мы закончили. Лесса ван Дарен может быть свободна.