Мария Мирошник – Дьявол в отражении: выпускницы Смольного института (страница 29)

Будь умницей и молись за моё здоровье, как это делает Жанна.

С любовью, отец».

Кто такая Жанна? И почему она молится за здоровье батюшки? Я впервые слышала это имя, тем более из уст отца.

Новые вопросы возникали в голове один за другим. Не имея возможности разобраться с этим прямо сейчас, я отложила письмо и потянулась за следующим конвертом – от Анастасии. Её подчерк сразу же заставил меня расслабиться, навеяв ощущение дома и безопасности.

«Моя прекрасная подруга!

Рада получить от тебя весточку и узнать, что у тебя всё хорошо! Прошу прости, что долго не писала в ответ: месяц выдался на редкость насыщенным. Родители твёрдо решили пристроить меня замуж, а потому таскают на любой званый вечер. Мне кажется, я побывала уже во всех салонах Петербурга и даже у свах! Я, здоровая красивая девятнадцатилетняя девушка, ищу мужа через свах! Где такое видано?

Твой вопрос о Мещерских на некоторое время поставил меня в тупик. Эта фамилия мне тоже показалась знакомой. И лишь недавно моя память смогла нащупать подходящего человека: Виктория Львовна – врачиха, долгое время работавшая в Смольном. Именно она оперировала твоё запястье и накладывала колодку после несчастного случая на ипподроме. Уверена, ты запомнила эту фамилию именно из-за травмы.

Не могу не поинтересоваться, как твоя рука? Кисть всё ещё ноет? Смогла вернуться к музицированию? И ещё я жду увлекательный рассказ о твоей жизни у тётушки! Даже не пытайся от меня что-то скрыть, иначе я приеду и разберусь во всём сама.

С огромной любовью, тоской и привязанностью,

Твоя верная подруга, Анастасия».

Глава №28. Первая пропажа

Василиса вернулась в спальню с подносом. На нём, опасно балансируя, стояли чашка с чаем и тарелка овсянки. Помощница аккуратно расставила завтрак на столике, не обращая внимания на мой потерянный вид. Опомнившись, я спросила:

– Вася, Палашка вернулась?

– Никак нет, сударыня.

В душе зародилось плохое предчувствие. Я не знала эту девушку, не знала, какой образ жизни она ведёт. Возможно, долгие отлучки являлись нормой для неё. Но отчего-то всё моё нутро напряглось, будто в ожидании удара. Если верить интуиции, Палашке грозила опасность.

Грудь и шею опалило жаром. Плохое предчувствие накрыло меня с головой.

– Она раньше пропадала на несколько дней?

Я постаралась отбросить тревогу и принялась за кашу. Вася задумалась.

– Пропадала, но как правило на праздники. Работу она никогда не пропускала, только из-за тяжёлой хвори или иных недугов. А так, ещё как убегала! Она ж за конюха Игната сосватана. Вот и мечется, как кошка драная в марте.

– Василиса! – осадила я помощницу.

Девчушка вмиг скисла и одёрнулась.

– Прошу простить, сударыня.

Завтрак завершился в тишине. Василиса ещё раз извинилась и убежала помогать сестре на кухне. Встав из-за туалетного столика, я прошлась по комнате. Взгляд упал на письмо Эжена, выглядывающее из корсета вчерашнего платья. Совсем забывшись, я не спрятала его среди вещей. Какая опрометчивость!

Взяв конверт в руки, я только сейчас ощутила приятный аромат: смолы и тонких ноток сандала. Достаточно свежий, чтобы взбодрить, и достаточно пряный, чтобы согреть. Приглашение на полуночную встречу было заманчивым, тешущим самолюбие, но и не менее скандальным. Я не могла позволить себе явиться на подобное свидание. Если тётушка узнает о подобном – наказания не избежать. Не исключаю вероятность, что меня запрут в доме до того момента, как отец поправится.

Я убедила себя в том, что не могу согласиться на приглашение. Но тогда мозг подкинул вид Эжена, стоящего в ночи у нашего мостика и ждущего меня. Просто не прийти – это слишком жестоко.

Немного поразмыслив, я достала из ящика стола набор письменных принадлежностей и чистый лист. В конце концов, можно отправить весточку графу Бакиеву. Объяснить мои опасения и попросить его не приходить сегодня ночью на запланированное место встречи.

Перо мелко подрагивало в пальцах, когда я занесла его над бумагой. Почему этикет не регламентирует обращение для друзей детства, с которыми не виделся больше десяти лет? Это сильно упростило бы мою задачу.

«Уважаемый граф Бакиев!».

Недовольная таким официальным обращением, я смяла лист и взяла новый. Пришлось постараться, чтобы пересилить себя и начать обращаться к мужчине на «ты», а не «вы». Пусть в письмах это было недопустимо, но ведь он первым задал дружеский тон беседы. Будет грубо, если я его не поддержу.

«Мой дорогой друг, Эжен!

Признаться честно, твоё приглашение застало меня врасплох. Моя душа жаждет этой встречи не меньше твоей, но, даже несмотря на это, я не могу согласиться. Тётушка будет в ярости, если узнает о подобной выходке, и меня точно поглотит скандал.

Прошу, не заставляй меня выбирать между нашей дружбой и моей честью. Боюсь, я могу сделать выбор не в сторону своего будущего. Не пользуйся моей слабостью.

Нет нужды ждать меня сегодня ночью. Настоятельно рекомендую остаться в постели и предаться вечерней молитве.

Твоя подруга, Анна».

Проигнорировав конверт, я сложила письмо несколько раз и запечатала край воском и своей именной печатью. Затем спрятала послание в низко опущенное декольте, решив передать его через Васю ближе к вечеру. Отправлять записку через посыльного было слишком рискованно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.