Мария Милюкова – Контракт для некроманта (страница 5)

Так и получалось: одни соглашались на кабалу в надежде сколотить состояние, другие на законных основаниях покупали себе наложниц. Одно радовало – никто в Йиландере к женщине без её согласия не прикоснется! Ибо Палачи всегда были на страже.

***

Анирот задумчиво смотрел в окно. Он уже час полировал взглядом ночной город в попытке вникнуть в произошедшее. Бирута сидела в кресле и беспечно уничтожала обеденный запас пирожков управленца. Анре нервно пил и недовольно поглядывал на медленно пустующую тарелку с выпечкой. Авундий старательно притворялся стеной: призрак боялся Палача до одури, но бросать девушку на съедение некроманту не пожелал.

В кабинете, коридоре и холле творился хаос и бардак: прибывшие на вызов маги сновали туда-сюда, снова и снова допрашивали вельможу, записывали и сравнивали показания управленца, под утро определились и нагрянули в дом мод с обыском. Прилежно так нагрянули: грохот выламываемых дверей, бьющегося стекла и передвигаемых манекенов был слышен даже в здании ЗАГСа. Зеваки уже вовсю толпились на площади, подбадривая Палачей одобрительными выкриками.

– Анирот, мы здесь закончили.

Бирута чуть не подавилась пирожком, воззрившись на огромного некроманта, возникшего за ее креслом. Комплекция медведя, а ходит тише кошки!

– Анирот? – неуверенно позвал детина. – Брат?

– А?

– Мы закончили.

– Подготовьте бумаги для суда, я рас… распишусь позже. – Голос Анирота был хриплым. – На сегодня у меня планы. Как оказалось.

Бирута смущенно отложила огрызок сдобы на тарелку. Анре вытащил из-под стола еще одну бутыль с мутной жидкостью и щедро плеснул пойло в стакан.

Что ж, сегодня девушка узнала сразу три вещи: первое – у управленца ЗАГСа определенно был контрагент (кто-то же ему пёк те вкусные пирожки!), второе – её новоиспечённого мужа звали Анирот (и произносить его имя полагалось с придыханием и страхом, замаскированным под восторг), третье – уходят некроманты так же тихо как и приходят. Даже вот этот медведеобразный громила.

Когда в ЗАГСе стало тихо, некромант развернулся и небрежно повел плечами, будто боролся с отвращением. Это движение было настолько естественным и эффектным, что у Бируты перехватило дыхание, а Анре и вовсе выпил содержимое стакана одним глотком, – каждый справлялся со стрессом по-своему.

– Бирута? – Анирот шагнул вперед, присел на стол, но при этом умудрился нависнуть над девушкой, сверля ее взглядом.

– Анирот? – В тон ему ответила Бирута.

– Предлагаю разорвать контракт по обоюдному согласию. – Некромант наклонился. Мускулистая рука схватила девушку за подбородок. В голосе появились стальные нотки. – По-хорошему.

– С превеликим удовольствием!

– А это невозможно. – Икнув, вставил Анре. И тут же виновато развел руками, натолкнувшись на взгляд двух пар глаз, в которых удивительно единодушно читалась жажда смерти.

– Невозможно, слышала? – Анирот с видимым сожалением убрал руку от лица девчонки и почти ласково поинтересовался. – А ты случайно ничего о расторжении не прописала в своем контракте?

– Нет. – Честно призналась Бирута. – Но в следующий раз я учту этот пункт.

– В следующий раз… – некромант еще несколько мгновений пожирал ее взглядом, но потом через силу улыбнулся. – Мне интересно. Просто интересно… На кой черт ты носишь эти бумаги с собой?

– Чтобы таких, как ты, отпугивать. Разве это не очевидно?

Анирот заметно опешил. Даже глаза прикрыл на мгновение, но быстро взял себя в руки и продолжил:

– Хреново у тебя это получается. Наверно, как и всё, что ты делаешь. И попридержи язык, не забывай, с кем разговариваешь.

– Я разговариваю со своим мужем. – Не осталась в долгу Бирута, ловко засунула рот остаток пирожка и демонстративно прожевала, не сводя с некроманта высокомерного взгляда.

– С комитентом. Я твой комитент. – Анирот скривился. На его виске бешено забилась венка. Не привык могучий и бесстрашный к такому общению. Женщины обычно млели, хихикали и заглядывали ему в глаза, ища одобрения. И совершенно точно не выедали ему мозг чайной ложечкой! И в довершении, он еще никогда не был «чьим-то»!

– Да как скажешь, мой, значит, мой, – девушка снова ехидно улыбнулась, что взбесило Анирота еще больше, и нараспев произнесла. – Только в контракте прописано, что ты мой муж. Му-ж! Пункт номер один.

– На людях я для тебя комитент.

– Не пойдет. Пункт договора под номером десять: «Всегда говорить друг другу правду».

– Друг другу, а не посторонним! – Анирот выхватил контракт, пробежался взглядом по ровным строчкам рун и признался. – Мне уже плохо.

– Я тоже не в восторге.

– А я-то думаю, чего ты такая наглая! Анре?

– Слушаю, господин Палач.

– Как разорвать контракт?

Управленец ЗАГСа побледнел, вытер испарину со лба белоснежным платком, зачем-то собрал осколки на столе в кучу. Потом возвел глаза к потолку, что-то прошептал и обреченно выдал:

– Не знаю. Надо поднять документы, изучить архивы. Такого на моем веку ещё не случалось…

– Поднимайте, изучайте.

– Но на это понадобится время!

– Значит, вызови того, кому нужно меньше времени. – Огрызнулся Анирот. – Кто заведовал здесь до тебя?

– Господин Авундий. Но он несколько лет как того… преставился.

Некромант посмотрел на управленца каким-то странным взглядом, в котором так и читалось непонимание: все вокруг сошли с ума или это только он сдвинулся?!

– Хорошо, Анре. Я сам вызову Авундия. Есть его личное дело?

Пока управленец соображал о местонахождении требуемых документов, Бирута переполошилась, бросила быстрый взгляд на шкаф, подалась вперед и вдруг будто решилась, схватила Анирота за руку. Некромант многозначительно посмотрел на ее пальцы, впившиеся в предплечье, и с удивлением уставился в голубые глаза.

– Не надо вызывать. – Неловко попросила она.

– Почему?

– Я сама.

В глазах некроманта появился интерес. Синее пламя вспыхнуло в зрачках и почти сразу разлилось по радужке. Будто поток прорвал плотину. Красивое зрелище. И жуткое до одури.

– Сама? – одними губами спросил он.

– Сама.

– Ты?

– Я. Чего бестолковый такой?!

– Слушай, жена, черт бы тебя…

– Фу! Как некрасиво уважаемому господину использовать такие слова, да еще и в отношении своего комитента! – Запричитал призрак, выплывая из шкафа мутным облаком. – Намойте рот с мылом, мистер некромант, мне за вас стыдно!

Анирот обернулся.

Анре побледнел, лицезрев в своем кабинете неупокоенную душу.

Бирута прикинула, что сейчас сделает ее новоиспеченный муж с ее старым другом, перепугалась и не придумала ничего лучше как схватить с тарелки последний пирожок и засунуть его в рот некроманту. Вышло эффектно: Анирот подавился на полуслове, а Анре таки потерял сознание. Снова.

– Хороший некромант, хороший. – Пролепетала девушка и зачем-то погладила мужчину по руке. Потом рассмотрела в глазах обернувшегося мужа чистую ненависть, и запоздало поинтересовалась. – Хочешь пирожок? Вкусный.

– Бирута, над твоими манерами тоже надо поработать. – Пожурил ее призрак, косясь на Палача. – И над чувством самосохранения. Ты разве не видела его глаза?

– Глаза? – Опешила девушка.

– Ты больная, да? – Поинтересовался некромант, осторожно вытащив изо рта пирожок и переложив его на тарелку. – Или ты испытываешь мое терпение? Что там в твоем договоре прописано за рукоприкладство и преднамеренное убийство? Я уже готов понести за это наказание.

– Ты меня ударишь? – Поразилась Бирута, тут же потеряв нить разговора. Да так искренне поразилась, что Анирот вдруг запнулся. Она была первой, кто не видела в нем могучего кровожадного зверя, обвешанного золотом, она даже не допускала мысли, что он может ударить женщину. И это было… приятно. А еще необычно. И волнительно.

– А ты сравнила меня с собакой? – Некромант взял себя в руки и посмотрел на девушку более внимательно. – «Хороший некромант»? Серьезно?

– А ты собирался уничтожить моего друга у меня на глазах?

– Он же призрак. – Тоном «Несомненно!» удивился Анирот.

– Пункт восемь! – Заорала Бирута, потрясая выхваченным контрактом перед носом мужа. – «Не оскорблять и не уничтожать друзей комитента»!