Мария Меркер – Душа. Пепел несбывшихся надежд (страница 40)

Уже издалека замечаю его фигуру. Стоит, скрестив руки в ожидании. Подходя ближе, вижу его лицо, и мне совсем не нравится то, что в нем читается. Не безразличие и отчужденность, как я ожидала, напротив, он зол так, что если бы мог испепелить меня взглядом, уже бы сделал это.

– Давай поговорим, – стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее, произношу я. Не ответив, он в два шага преодолевает расстояние между нами и, грубо схватив меня за руку, тянет за собой. – Эй, куда мы идем?

– Куда и собирались, Даша, – говорит сквозь зубы. Голос жесткий, холодный.

Я пытаюсь вырвать руку из его крепкой хватки, но он сжимает еще сильнее, так, что мне приходится стиснуть зубы от боли. Макс идет быстро, я едва волочу ноги за ним, еще чуть-чуть и рухну на землю.

– Да постой же ты! Я больше не хочу, Максим! – не выдерживаю я. Должно же хоть что-то остановить его.

– Меня не волнует, что ты хочешь. Ты сделаешь это и сейчас же прекратишь орать, или я вернусь, я обещал тебе. Вернусь, и твоему хантеру придет конец прямо сейчас. А потом и остальным. Если не хочешь этого, делай то, что сказал тебе я! – рычит он. Его рука становится настолько холодной, что я не могу терпеть, и с силой выдергиваю свою.

Совсем некстати на моем пути попадается сломанный сук, я запинаюсь, падаю и натыкаюсь плечом на ветку кустарника, сдирая кожу до крови. Едва сдерживаюсь, чтобы не закричать от боли. Максим делает шаг в мою сторону, и я, попятившись, отползаю, пока не упираюсь спиной в дерево.

– Не подходи ко мне…

– Так, значит. Ну, я пошел, да? Можешь попрощаться с Дэном, выбор ты сделала, – бросает он мне, при этом стоя на месте. Больше чем уверена, что убийство хантеров не входит в его планы. Таким образом, он манипулирует моими чувствами к Дэну.

– Не посмеешь. Я убью тебя, – голос дрожит, в глазах уже начинает плыть от набежавших слез. Гнев провоцирует пламя, и мои вены горячеют и набухают. Максим это видит, и, что-то проблескивает в его глазах. Страх это или нет, не имеет значения. Даже зная, что это всего лишь провокация, я не имею права на ошибку. Ибо мне неведомо, что творится в голове у Макса. Возьмет и убьет, а я буду корить себя за это всю оставшуюся жизнь.

– Ну, значит, умрем оба. А ты спокойно вернешься домой. Да?

– Хорошо, я пойду с тобой, куда ты скажешь. Но не держи меня за руку, я могу идти сама. Ты скажи мне только одно. Я умру там?

Опустив уголки губ вниз, Максим пожимает плечами.

– Я тебе ничего не скажу. Скоро сама узнаешь. Вставай.

Огонь утихает. Пытаюсь встать на ноги, превозмогая боль, как физическую, так и ту, что разбивает душу на осколки. Максим, нервничая и оглядываясь по сторонам, ждет меня, как вдруг рация на его поясе, которую я раньше не замечала, начинает громко шипеть. Перестав обращать на меня внимание, он отцепляет ее, смотрит в упор, с каким-то непонятным для меня трепетом ожидая сообщения. А потом сквозь шипение пробивается чей-то голос:

– Марк…

Не просто чей-то, могу поклясться, что это мой голос.

– Марк, любимый, ответь мне.

Марк? Любимый? Неужели, Диана? Как она может быть жива? И он…

Так и сижу, вытаращив на него глаза, в полной растерянности. Но, кажется, до меня ему нет никакого дела.

– Диана! Это ты… – Таким я его еще не видела. Голос дрожит, руки едва держат рацию.

– Это я. Прости, что я не связалась с тобой раньше. Мне не давали. И больше не дадут. Это единственный раз, когда я могу поговорить с тобой. Марк, послушай меня, пожалуйста…

– Ничего не говори, хорошо. Я нашел выход. Мы скоро будем вместе, я вытащу тебя оттуда!

Буквально в эту же секунду до меня доходит, что он собирается сделать. Не знаю, как это возможно, но никакого Максима не существует, а тот, кто стоит передо мной, числится умершим уже сорок лет. Не его останки нашли в сгоревшем доме. И, кажется, я знаю, где он был все это время, почему нисколько не постарел…

– Не нужно, Марк. Не такой ценой, – отвечает Диана. От услышанного на его лицо будто ложится тень. В глазах ужас и паника. Бьюсь об заклад, что и в моих тоже.

– Но другого выхода нет, ты же знаешь об этом! Как я могу оставить тебя там?

– Ты сможешь. Я не хочу здесь оставаться, но я приняла свою судьбу. Не лишай Дашу жизни, она не заслуживает этого.

– А ты заслуживаешь? Она проживет твою жизнь, а ты так и останешься там. Совсем одна, Диана. Я не смогу к тебе пробиться, ты же знаешь. Этого ты хочешь? – он уже злится. Руки дрожат все сильнее, в глазах ярость. Когда парень обращает взгляд на меня, единственное, что я хочу, это слиться с деревом или просто исчезнуть.

– И я не заслуживаю, но моя жизнь это моя, она уже упущена, так получилось, Марк. У нее своя жизнь, дай ей прожить ее так, как ей уготовано. Да, она совсем другая, но она любит так же, как мы любили друг друга. Не отнимай этого у нее ради меня. Иначе я не прощу тебя. Будь благоразумнее, Марк…

– Откуда ты можешь знать, Диана? Откуда, скажи мне! – голос парня срывается, на глазах появляются слезы, он жмурится и две тонкие струйки стекают по щекам.

– Я вижу ее. Не во снах, я же не вижу снов. Но мне позволяют ее видеть. Я не имею права забирать ее жизнь, Марк. Она удивительная девушка, добрая и искренняя. Какой была я. Пусть мы совсем разные, и обе не заслуживаем такой судьбы. Но, узнав, кто она такая, какая она, я полюбила ее. Не меньше, чем тебя. Ты поступаешь плохо, Марк. В какой ярости ты был, когда узнал, что кто-то поступил так же со мной.

– Это другое.

– Нет, не другое. Прости меня, если сможешь. Может, однажды мы увидимся с тобой. Но не сейчас. Я буду ждать тебя, только живи дальше, и будь таким, каким ты был со мной. Пожалуйста, не потеряй себя. Прощай, Марк…

Рация замолкает. Максим… Марк еще долго смотрит на нее, а потом с силой швыряет на землю, опускается рядом и закрывает лицо руками. Я не смею пошевелиться, страх сковал все тело, и мне тяжело предсказать, какая реакция последует за этим разговором.

– Черт, черт, черт! – кричит парень, лупя кулаком по земле. Безудержно рыдает, снова закрывает лицо, бьется в истерике, хватаясь за волосы. – Господи, за что мне это… Почти два года я искал тебя… Почему… – Выплеснув эмоции, замолкает, обхватив колени руками и спрятав голову. Судя по трясущимся плечам, плачет.

Он в ужасе и отчаянии, а я просто не знаю, что мне делать. Все свалилось как снег на голову. Как же долго ты притворялся, Марк? Выдал себя за другого человека, пытался сблизиться со мной, а когда понял, что просто так не получится, убедил в том, что меня обманывают. Чтобы сделать… Что? "Не лишай ее жизни ради меня". Так вот, о каком ритуале шла речь. Собирался принести меня в жертву ради того, чтобы жила она. Скорее всего, это ритуал переселения души. Но, куда в таком случае, бы делась моя душа?

Я просто жду, пока он успокоится, распутывая клубок мыслей в голове. Если он так любит ее, зачем оказывал мне знаки внимания, целовал? Хотел таким образом подчинить себе? И почему он сразу тогда не потащил меня сюда. Увел бы силой… В конце концов я понимаю, что всему должна быть причина, и я любой ценой должна узнать ее.

Когда плечи перестают трястись, и он поднимает голову, я смотрю в упор, пытаясь тем самым сказать, что не боюсь его. Таким несчастным я ещё не видела никого в своей жизни. В глазах больше нет ни злобы, более того, в них нет ничего, словно из него выкачали всю жизнь и оставили тело ходить, повинуясь только условным рефлексам.

– Теперь ты все знаешь, – говорит он. – Иди. Ты меня больше не увидишь. Я сдержу свое слово перед ней. А знаешь, почему? Потому что я никого и никогда не любил, кроме нее, понимаешь? Даже свою мать я ненавидел, и мать, и отца, будь они все прокляты. И ты, и твой Дэн, и все хантеры вместе взятые, вы и мизинца ее не стоите. Уходи, чего ты ждешь?

– Я узнала не все, – вдруг произношу я, хотя лучше всего было сделать так, как говорит он. Убежать, вернуться к Дэну, все рассказать ему до мельчайших подробностей. Но я хочу узнать правду больше чем когда-либо. Пусть мне больно от того, что он сделал и то, о чем я грезила половину своей жизни, поглотила тьма, но я должна знать если не все, то хотя бы половину того, что случилось тогда.

– Что тебе нужно?

– Я хочу знать правду. Только и всего. После того, что ты сделал, Марк, – говорю я, нарочито сделав акцент на его имени, – ты не имеешь права скрывать ее от меня.

– Рассказать тебе всю правду? Что я сделал? Хорошо, тогда ты выслушаешь меня.

И я слушаю. В тот день, когда это случилось, Марк был вместе с Дианой в Пандоре, не зная, что за ними поехал отец Дианы. Он нашел их и силой увел куда-то свою дочь. Марк хотел помешать этому, но Диана не позволила. Она испытывала трепетный ужас перед родителем, и никогда не смела перечить ему. После возвращения из Пандоры с Дианой начали происходить странные вещи, которые Марк поначалу принял за нестабильность психики, однако оказалось все гораздо хуже. Девушка закрылась от него. А потом случилось то, о чем он так страшно жалеет до сих пор. Так как в его крови течет сила темных и истока – темным был отец, а мать магом, которые, сбежав от обоих представителей общества, жили на земле, пока не были жестоко убиты много лет назад, Марк был объектом преследования темных всю свою жизнь. И часто они наведывались к нему домой, в Фиэрлон, где он жил один с семнадцати лет. В один из таких дней Марк случайно убил темного, и, не выдержав, отправился к одному из них, чтобы договориться.