Мария Мендес – Ребёнок от бывшего мужа. Второй шанс (страница 2)

– Да, – так же коротко отвечаю, не задавая в ответ ему вопросы. Хочу, чтобы быстрее закончился этот ненужный разговор, и уйти быстро отсюда.

Он так изменился. Господи, почему он так похорошел, возмужал. От него даже на расстоянии веет властью и деньгами. Интересно, как он смог так подняться? Когда мы с ним были вместе, мы жили совсем скромно.

Молчание затягивается, и я чувствую, как моя маска тихо начинает исчезать, я не могу так долго притворяться. И поэтому решаю проявить инициативу и быстрее завершить этот странный и никому ненужный разговор.

– Ладно, была рада увидеться, но у меня много дел. Я пойду.

– Ты совсем не изменилась, всё такая же красивая, – вдруг летит мне в спину.

Я останавливаюсь, собираю пальцы одной руки в кулак и выдыхаю, приказывая себе не расслабляться и не таять от его голоса и комплимента.

– Спасибо, – отвечаю, не оборачиваясь.

Хочу уйти, но он снова останавливает.

– Ты счастлива?

Тут не выдерживаю. Зачем он ковыряет мои раны, зачем лезет со своими ненужными никому вопросами. Злость волной проходит через меня, и я разворачиваюсь резко.

– Дима, давай договоримся сразу. Я не хочу обсуждать ничего из нашего общего прошлого. Мы с тобой в прошлом, каждый живёт своей жизнью. Пусть так и останется. Если не готов со мной работать или не хочешь, чтобы я тут работала, лучше сразу скажи, я напишу заявление на увольнение. Но если решишь оставить меня, то разговоры о личном и прошлом будут под запретом. Ты – мой босс, я – твоя помощница. Ни больше, ни меньше.

Он, кажется, немного удивлён моей реакцией и бурной речью.

– Вот как значит? Хорошо, раз ты так хочешь, то тогда мы будем разговаривать как босс и подчинённая. Ты сама этого захотела. Можете быть свободны, Полина Андреевна, – бросает небрежно холодным тоном.

Хватаю ручку двери, не успеваю даже опустить её вниз, как в кабинет залетает та самая блондинка, с которой я видела Соколова в машине. И если я правильно понимаю, она его девушка, или даже жена. Только сейчас она почему-то плачет. Замешкавшись на пару секунд, выхожу из кабинета, но слышу весь их разговор.

– Дима!

– Тихо, тихо. Что случилось? Почему ты плачешь? – он смягчает свой голос и говорит с ней намного мягче, чем со мной.

Дурацкая обида царапает по моему ноющему сердцу. Через приоткрытую щель вижу, как он её обнимает и ласково гладит по волосам.

Нет, я точно не смогу тут больше работать. Я не мазохистка. Мне теперь в первую очередь нужно думать о своём малыше. Врач предупредила меня, что ни в коем случае мне нельзя волноваться, а глядя на счастливого Соколова с другой девушкой, покоя мне не видать, как своих ушей.

Беру лист бумаги и начинаю писать заявление, но не прекращаю подслушивать. Это получается не специально, но всё же я подслушиваю.

– Дима, звонили с клиники. Они сказали, что перепутали биоматериалы и теперь твой ребёнок находится в животе у другой женщины!

– Что ты сказала?

Глава 3.

Услышанная новость приводит меня в шок. Сразу становится не по себе. Даже врагу такого не пожелаешь. Беру свои вещи и быстро удаляюсь, чтобы не подслушивать. По пути на выход встречаю Олега Степановича и, не вдаваясь в подробности, сообщаю ему, что увольняюсь. Вручаю ему лист бумаги с моим заявлением и ухожу.

Выйдя на улицу, делаю пару жадных вдохов свежего воздуха и иду на остановку, по пути набирая Ульяну.

– Привет, ещё раз! Слушай, мы можем встретится ещё раз сегодня.., сейчас?

– Эм… Да, я сейчас отпрошусь у начальника, куда подойти? – всегда знала, что на Ульяну можно положиться. Она у меня острая на язык, но зато очень добрая и справедливая.

– Подъезжай к нашему любимому кофе. Я, если что, уже на остановке, маршрутка вот-вот уже должна подъехать.

– Хорошо, – хотела уже отключиться от звонка, но голос из трубки остановил. – С тобой и малышом всё хорошо? Я просто сойду с ума, пока буду ехать, поэтому лучше сразу успокой меня.

– Да, просто я с работы уволилась, и в общем мне нужна твоя поддержка.

– Ладно, это уже не так страшно. Скоро буду выезжать, если приедешь раньше меня, закажи мой любимый кусочек торта.

– Хорошо.

Спустя пол часа я на месте, делаю заказ и жду подругу, которая уже по моим подсчётам должна быть со мной.

– Фух, прости, что так долго, просто начальник сегодня какой-то злой, не хотел отпускать.

– Прости, что ставлю тебя в такое положение, просто я… Уля, мне так плохо, – губы дрожат и я, чтобы спрятать свои слёзы, просто опускаю голову.

– Милая, найдёшь ты себе другую работу, не переживай ты так? Не нервничай, прошу, подумай о ребёночке.

Подруга решает, что я расстроилась из-за работы, и начинает меня успокаивать.

– Нашу фирму Олег Степанович перепродал другому владельцу, а сам скоро переезжает в Чехию.

– И этот новый руководитель решил уволить всех старых работников? – возмущённо спрашивает.

– Не совсем так, – шмыгаю носом. Уля протягивает мне салфетку. – В общем, моим новым боссом оказался Дима.

Повисает тишина. Подруга так смотрит, будто ей что-то не то послышалось.

– Соколов?

– Он самый.

Пересказываю всё, что было сегодня и делаю короткие глотки горячего чая, когда горло начинает першить. Господи, лишь бы не заболеть.

– Малышка, ну, не расстраивайся так сильно. Ты правильно всё сделала, всё равно ты не смогла бы с ним работать. Давай будем честны, ты до сих пор его не смогла забыть, а он вот смог. У него женщина появилась, он от неё детей хочет, а это означает, что та блондинка не какая-то профурсетка, с которой он только удовлетворяет свои потребности.

Морщусь на последних её словах. Это очень неприятно слышать. Её слова царапают моё хрупкое сердечко. Я годами собирала осколки себя после того, как мы развелись с Димой. И сейчас невыносимо слышать слова о том, что Дима влюблен в другую и собирается завести ребёнка с другой.

– Прости, родная. – Уля протягивает руки и берёт мои ладони в свои сжимая пальцы. – Я не хочу делать тебе больно, просто кто-то должен до тебя донести эту истину, и так получилось, что этим кто-то сейчас являюсь я.

– Я знаю… Просто я так мечтала родить ему ребёнка, но не смогла. Мы с ним не прошли это испытание, понимаешь? Боролись, но… И сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что мы рано сдались.

Ульяна внимательно слушала меня, подбирала правильные слова и всячески старалась успокоить. В конце концов, когда я высказала всю свою боль, мне стало лучше, и я решила поехать домой. Подруга перед выходом забежала в уборную, а я решила подождать её на улице. Немного мутило, правда, но в целом терпимо.

Неожиданно в сумке зазвенел телефон. Вытащив, увидела на дисплее номер моего врача. Я удивилась, но сразу не получилось ответить. Пока снимала перчатки, звонок сбросили. Хотела перезвонить, но входящий от врача снова повторился.

Тревога моментально разнеслась по всему телу. Ведь она сама мне никогда не звонила до этого. Неужели с моей беременностью что-то не так.

– Добрый день, Полина Андреевна! – по ту сторону связи звучит неуверенный голос моего доктора, что обычно ей совсем не свойственно.

– Добрый, Нина Николаевна! Что-то случилось? – отвечаю дрожащим голосом, чувствуя, что она сейчас скажет мне плохую новость.

– Случилось, Полина Андреевна. К сожалению, случилось.

– Нина Николаевна, умоляю, только не говорите, что с моим малышом что-то не так! Я просто не вынесу этого, – сразу начинаю плакать, прижимая свободную руку к низу живота.

– С ребёнком всё хорошо, можете за его здоровье не беспокоиться, плод развивается, как положено. Проблема в другом, но об этом лучше я вам расскажу при личной встрече. Приезжайте лучше в клинику.

– Нет! Говорите сейчас. Иначе я буду сильно и долго волноваться, а мне нельзя, вы сами сказали.

Женщина тяжело выдыхает и медленно сообщает действительно ужасную новость.

– К сожалению, в нашей клинике произошла ужаснейшая путаница. Вместо донора, которого вы выбрали для инсеминации, вам был введен биоматериал другого донора.

Глава 4.

– Нам очень жаль, Полина Андреевна. Клиника приносит вам свои извинения и просит не обращаться в суд. Мы готовы оплатить моральный вред, нанесённый нами, а так же провести вам операцию по прерыванию беременности нашими лучшими специалистами, если ребёнок от другого донора для вас неприемлем.

Голова словно ватная, ничего толком не слышу и не воспринимаю. Я просто с бешено стучащим сердцем слушаю владельца клиники и еле держусь, чтобы не упасть в обморок.

– Я не буду прерывать беременность!

– Понимаете, дело ещё вот в чём. Донором вашего ребёнка является не простой человек. То есть, этот мужчина желает стать отцом. Он не обычный донор, который просто за деньги сдал свою …

– Я поняла. – перебиваю его, приходя в ещё больший шок.

– Вы носите под сердцем ребёнка очень влиятельного человека. Он знает о случившемся и требует прервать вашу беременность. Отец вашего малыша не хочет ребёнка от незнакомой женщины.