Мария Марцева – Страшные истории. Метро после полуночи (страница 4)
В углу зала Анна заметила отдельную секцию, огороженную решеткой. Там сидело человек пятнадцать – мужчины и женщины, выглядевшие особенно истощенными и больными.
– А это кто?
– Штрафная зона, – мрачно ответил Валера. – Кто не выполняет план, кто нарушает правила. Минимум еды, никаких поблажек. Многие не выдерживают.
– Что с ними происходит?
Валера пожал плечами.
– Если окончательно выходят из строя – утилизируем. В тоннелях много глухих ответвлений. Тела найти сложно.
Они поднялись обратно наверх и направились к кабинету Бориса Кротова. Дверь украшала табличка "Директор" – видимо, Боря любил пафос. Кабинет был обставлен краденой мебелью – кожаные кресла, массивный стол, даже плазменный телевизор на стене.
За столом сидел мужчина лет пятидесяти, плотного телосложения, с бритой головой и множеством татуировок на руках. Лицо его украшал шрам от виска до подбородка.
– Борис Кротов, – представился он, не вставая. – А ты, значит, наша студентка. Анна, если не ошибаюсь.
– Что вам от меня нужно? – спросила Анна, стараясь держаться уверенно.
– Прямая. Это хорошо, – усмехнулся Боря. – Значит, так. Ты попала в мой мир, и теперь будешь работать по моим правилам. У тебя есть выбор – делать это добровольно или под принуждением.
Он откинулся в кресле, внимательно изучая Анну.
– Ты образованная, молодая, красивая. Такие девочки дорого стоят. Можем найти тебе богатых клиентов, VIP-уровень. Условия лучше, чем в общей зоне.
– А если я откажусь?
– Не откажешься, – спокойно сказал Боря. – Все отказываются поначалу. Потом привыкают. У нас есть методы убеждения.
Он кивнул Валере, тот достал из ящика стола несколько фотографий и положил перед Анной. На снимках были изуродованные люди – отрезанные пальцы, выжженные глаза, сломанные конечности.
– Это те, кто слишком долго упрямился, – пояснил Боря. – Но мы не садисты. Просто ведем бизнес. Кто приносит прибыль – живет нормально. Кто мешает – становится обузой.
Анна поняла, что прямое сопротивление бесполезно. Нужно было выиграть время, притвориться сломленной.
– Мне нужно подумать, – сказала она.
– Конечно, – кивнул Боря. – Дам тебе день. А пока можешь ознакомиться с правилами нашего учреждения.
Валера провел Анну в еще одно помещение – что-то вроде ориентационного центра. Здесь содержались новые пленники, которые еще не были распределены по рабочим командам. Анна увидела около двадцати человек – мужчин, женщин, подростков. Все выглядели растерянными и напуганными.– Добро пожаловать в семью, – сказал один из присутствующих, пожилой мужчина с грустными глазами. – Меня зовут Георгий Петрович, я здесь что-то вроде старосты. Объясняю новичкам правила жизни.
Георгий Петрович рассказал о том, как функционирует эта подземная тюрьма. Каждый пленник должен приносить определенный доход – либо воруя, либо попрошайничая, либо оказывая интимные услуги. Тех, кто не выполняет план, переводят на худшие условия содержания, а потом калечат или убивают.
– Но самое главное, – добавил он тихо, – никогда не показывать, что планируешь побег. За это убивают сразу. И никогда не доверять тем, кто слишком хорошо живет. Скорее всего, это стукачи.
Анна узнала, что некоторые пленники действительно попытались сбежать. Одного поймали в служебных тоннелях и изувечили так, что он стал калекой. Другой дошел до поверхности, но его нашли мертвым через несколько дней – видимо, Борины люди добрались до него на воле.
– А как долго здесь можно продержаться? – спросила Анна.
– По-разному, – вздохнул Георгий Петрович. – Кто-то ломается за несколько дней. Кто-то держится месяцами. Но рано или поздно либо смиряешься, либо умираешь.
Когда настал вечер, Анну отвели обратно в камеру к Свете. Та встретила ее с тревожным выражением лица.
– Ну как? Что сказал Боря?
– Дал день на размышления, – ответила Анна. – Света, скажи честно – есть ли реальный шанс отсюда выбраться?
Света долго молчала, потом прошептала:
– Есть один человек. Михаил Петрович, тот дедушка, который попал сюда с тобой. Он раньше работал в метрополитене, знает все тоннели. Говорит, что есть старые служебные ходы, которые могут вывести на поверхность.
– Почему он сам не сбежал?
– Боится. Говорит, что старый, ему все равно недолго осталось. Но для молодых, может быть, есть шанс.
Анна поняла, что должна найти способ связаться с Михаилом Петровичем и узнать больше об этих тоннелях. Завтра Боря потребует ответа, и нужно быть готовой к любому развитию событий.
Засыпая на холодном полу, она думала о том, сколько людей страдает в этой подземной тюрьме. Детей, которых ломают с малых лет. Женщин, которых принуждают к проституции. Мужчин, которых заставляют совершать преступления.
Кто-то должен остановить это. Кто-то должен вырваться на свободу и рассказать миру о том, что происходит под землей.
Глава 4: Правила выживания
Анна проснулась от звука металлических дверей и грубых голосов. В камеру вошли охранники – те же люди в грязной одежде с мертвыми глазами, которых она видела вчера. Один из них, невысокий мужчина с золотыми зубами, бросил на пол кусок черствого хлеба и консервную банку без этикетки.
– Завтрак, принцессы, – насмешливо проговорил он. – Сегодня у вас важный день. Боря решил, кого куда определить.
Света испуганно прижалась к стене. За ночь она еще больше осунулась, под глазами залегли темные круги. Видно было, что она не спала, прислушиваясь к каждому звуку за дверью.
– Новенькую к Боре через час, – добавил охранник. – А ты, Светочка, сегодня на работу выходишь. Отдохнула достаточно.
Когда дверь захлопнулась, Света тихо заплакала.
– Анна, – прошептала она, – мне нужно тебе кое-что рассказать. Пока есть время. О том, как здесь выживают.
Анна села рядом с ней на грязный матрас. Света начала говорить торопливо, словно боялась, что ее прервут.
– Здесь есть правила. Жестокие правила, которые нельзя нарушать. Первое правило – каждый должен приносить прибыль. У каждого есть план на день, на неделю. Не выполнил план – получишь наказание.
– Какие наказания? – спросила Анна.
– Разные. Сначала лишают еды. Потом бьют. Потом… – Света показала на свою левую руку. Анна заметила, что мизинец согнут под неестественным углом. – Сломали. Сказали, что в следующий раз отрежут.
Света рассказала, как устроена система наказаний в подземной тюрьме. За каждым пленником закрепляли норму дохода. Молодые женщины должны были приносить не меньше пяти тысяч рублей в день, работая проститутками. Пожилые люди, занимающиеся попрошайничеством, – полторы тысячи. Воры – от трех до десяти тысяч, в зависимости от квалификации.
– Тех, кто не выполняет план неделю подряд, переводят в штрафную зону, – продолжила Света. – Там почти не дают есть, заставляют работать на износ. Многие не выдерживают.
– А что с теми, кто совсем выходит из строя?
Света отвернулась к стене.
– Боря говорит, что отправляет их в больницу. Но никто из штрафной зоны не возвращался. Говорят, что в дальних тоннелях есть места, куда сбрасывают тех, кто больше не может работать.
Второе правило, объяснила Света, касалось доносов. Боря поощрял стукачество среди пленников. Тех, кто сообщал о планах побегов или нарушениях, получали лучшие условия содержания и дополнительную еду. Поэтому никому нельзя было доверять полностью.
– Даже среди нас есть те, кто работает на Борю, – прошептала она. – Никогда не знаешь, кто из товарищей по несчастью завтра тебя сдаст.
Третье правило – абсолютный запрет на попытки побега. За первую попытку ломали конечности. За вторую – убивали. Причем делали это публично, на глазах у других пленников, чтобы отбить желание у остальных.
– Видела, как убили одного парня, – дрожащим голосом рассказала Света. – Ему было лет двадцать. Он попытался сбежать через вентиляционную шахту. Поймали, притащили в общий зал. Валера собрал всех пленников и… – Она не смогла договорить.
– Что сделали? – тихо спросила Анна.
– Задушили медленно, на глазах у всех. Говорили, что так он будет помнить об этом в аду. А нам сказали, что это случится с каждым, кто попробует сбежать.
Четвертое правило касалось взаимоотношений между пленниками. Запрещались любые конфликты, драки, попытки объединиться против охраны. За нарушение этого правила наказывали всю группу – лишали еды, устраивали общие побои.
– Боря умный, – горько усмехнулась Света. – Он знает, что людей проще контролировать, когда они разобщены и боятся друг друга.
Пятое правило – полная покорность охране и администрации. Любое неповиновение, грубость, попытка сопротивления каралась немедленно и жестоко. Пленники должны были выполнять любые приказы без вопросов и возражений.
– А как долго люди здесь находятся? – поинтересовалась Анна.
– По-разному. Кто-то месяцами, кто-то годами. Есть такие, кто здесь уже больше трех лет. Они совсем сломались, превратились в зомби. Работают как роботы, ни о чем не думают, не мечтают о свободе.
Света рассказала о психологических методах воздействия, которые применяли в подземной тюрьме. Новым пленникам подмешивали в еду психотропные препараты, которые делали людей более покорными и апатичными. Применяли методы депривации сна – не давали нормально спать, постоянно включали яркий свет или громкую музыку.
– Самое страшное – это не физические пытки, – тихо сказала Света. – Самое страшное – когда понимаешь, что начинаешь привыкать. Что перестаешь мечтать о побеге. Что смиряешься с этой жизнью.