Мария Марцева – Детективные истории. Колбаса с собачьим характером (страница 4)

Операция прошла неудачно. Хирург оказался шарлатаном, а клиника работала без соответствующих лицензий. В результате Алиса получила серьезные осложнения и едва не умерла от заражения крови. Клинику закрыли, врача посадили, а меня, как администратора, должны были привлечь к ответственности за работу в незаконном медицинском учреждении.

Я сменила фамилию, переехала в Москву и начала новую жизнь. Думала, что прошлое похоронено навсегда. Но три месяца назад Алиса Игоревна пришла в наш салон и сразу меня узнала. С тех пор она требовала бесплатного обслуживания, угрожая рассказать всем о моем прошлом и подать на меня в суд.

Я не убивала ее! Клянусь памятью покойной матери, я не способна причинить вред живому существу! Если со мной что-то случится, ищите настоящего убийцу среди тех, кого тоже шантажировала эта женщина. А их было немало…

Светлана Петровская (Косых)."

Вот это поворот! Получается, Алиса Бриллиантова была профессиональной шантажисткой и наживалась на чужих секретах. А сколько еще людей страдало от ее вымогательств?

Я задумалась. Если Светлана говорила правду, то убийцу следует искать среди других жертв шантажа. Но кто это может быть? И как Алиса вообще собирала компромат на людей?

Бонифаций, словно прочитав мои мысли, подошел к письменному столу и начал царапать лапами один из ящиков. Я открыла его и обнаружила внутри личный ежедневник Светланы. Полистав его, я наткнулась на запись двухнедельной давности:

"А.Б. снова приходила. Требует теперь не только бесплатного маникюра, но и информацию о других клиентках. Особенно интересуется Мариной Васильевной Поповой – говорит, что у той тоже есть секреты. Как она вообще узнает такие вещи про людей? И что ей нужно от бедной учительницы?"

Марина Васильевна Попова! Та самая скромная учительница математики, которая была последней клиенткой перед… происшествием. Неужели и у нее есть какие-то темные тайны?

Я вспомнила эту женщину – тихую, неприметную, лет пятидесяти пяти, всегда очень вежливую и благодарную. Она приходила к нам раз в месяц по акции, делала простой маникюр без покрытия и никогда не жаловалась на цены. Что могло заинтересовать Алису в такой обычной женщине?

Бонифаций тем временем перешел к исследованию стола Оксаны Сергеевны. Там он тоже нашел что-то интересное – в ящике с расческами и заколками лежала фотография, которую кот принес мне в зубах.

На снимке была изображена молодая женщина в свадебном платье рядом с мужчиной в костюме. Женщина была очень похожа на Марину Васильевну Попову, только лет на двадцать моложе. А мужчина… я всмотрелась внимательнее. Лицо показалось знакомым.

Перевернув фотографию, я прочитала надпись: "Маша и Игорь, август 1995 года, Сочи."

Игорь… А ведь майора, который ведет наше дело, тоже зовут Игорь! Игорь Валентинович Скворцов. Неужели между ним и Мариной Васильевной есть какая-то связь?

Мозги у меня заработали с удвоенной скоростью. Если Марина Васильевна – бывшая жена майора Скворцова, то это объясняет многое. Возможно, Алиса как-то узнала об этой связи и решила использовать ее в своих корыстных целях. Но что в этом компрометирующего?

Я снова взяла в руки ежедневник Светланы и перечитала запись. "У той тоже есть секреты"… Какие секреты могут быть у скромной учительницы математики?

Бонифаций подошел ко мне и потерся о ноги, а затем направился к выходу из салона. Он явно хотел куда-то идти. Может быть, к дому Марины Васильевны?

"Хорошо, Боня, я поняла. Нужно поговорить с Мариной Васильевной. Но сначала давай еще раз осмотрим место преступления."

Мы вернулись к креслу, где нашли Алису. Кот обошел его по кругу, принюхиваясь к каждой детали. Затем он остановился возле маленького столика с маникюрными инструментами и начал громко мяукать.

На столике стояли различные флаконы с лаками, средства для снятия покрытия, пилочки и бафы. Но Бонифаций интересовался совсем другим предметом – небольшой хрустальной пепельницей, которая обычно стояла на рецепшене.

Что пепельница делала здесь? Ведь в салоне категорически запрещено курить! Я взяла ее в руки и внимательно осмотрела. На дне пепельницы остались следы какого-то белого порошка.

"Боня, а что если яд был не в лаке для ногтей? Что если его подмешали во что-то другое, что Алиса употребляла?"

Кот одобрительно мурлыкнул и подошел к креслу клиентки. Там, в держателе для стаканов, стоял недопитый кофе. Я понюхала его – обычный растворимый кофе, ничего подозрительного.

Но рядом с кофе лежала маленькая серебряная ложечка, и на ней тоже были следы белого порошка!

"Вот оно!" – воскликнула я. "Яд был не в лаке, а в сахаре! Алиса пила кофе во время процедуры маникюра, и кто-то подмешал цианид в сахарную пудру!"

Бонифаций довольно замурлыкал. Мы продвигались в расследовании!

Теперь нужно было понять, кто имел доступ к кофе Алисы. Судя по записям в журнале, вчера вечером в салоне работала только Светлана с последней клиенткой – Мариной Васильевной. Значит, подозревать следует именно ее, а не Светлану!

Но зачем скромной учительнице убивать светскую львицу? Что связывало этих двух совершенно разных женщин, кроме того факта, что одна была бывшей женой следователя, который ведет дело об убийстве другой?

Я чувствовала, что разгадка близко, но мне не хватало какого-то важного звена. И тут Бонифаций снова удивил меня своими детективными способностями.

Он подошел к большому зеркалу возле рабочего места Светланы и начал царапать его лапой в одном определенном месте. Приглядевшись, я заметила, что за зеркало засунута еще одна записка.

Эта записка была написана другим почерком – более угловатым и небрежным:

"Алиса, хватит! Ты зашла слишком далеко. Игорь ничего не знает о том, что произошло тогда, в школе. И не узнает, если ты прекратишь свои игры. Я заплачу тебе последний раз, но после этого оставь нас в покое. М.П."

М.П. – Марина Попова! Значит, она тоже была жертвой шантажа Алисы Бриллиантовой. Но что произошло "тогда, в школе"? И почему Марина так боялась, что об этом узнает ее бывший муж?

Картина начинала проясняться. Алиса шантажировала не только Светлану, но и Марину Васильевну. Более того, секрет учительницы был связан с каким-то происшествием в школе, о котором не должен был знать майор Скворцов.

Но что могло произойти в обычной школе такого страшного, что из-за этого можно убить человека?

Я вспомнила, как Марина Васильевна вела себя во время последнего визита. Она была очень нервной, постоянно оглядывалась, а когда Светлана случайно уронила пилочку, подскочила словно ужаленная. Тогда я подумала, что у женщины просто стресс на работе, но теперь понимала – она боялась чего-то совсем другого.

Бонифаций подошел ко мне и потрогал лапой мою руку, а затем направился к выходу. Он явно считал, что мы собрали здесь достаточно информации, и пора переходить к активным действиям.

"Ты прав, Боня. Нужно найти Марину Васильевну и выяснить всю правду. Но сначала я позвоню майору Скворцову и расскажу ему о наших находках."

Я достала телефон и набрала номер Скворцова. Трубку взяли после первого гудка.

"Слушаю, майор Скворцов."

"Игорь Валентинович, это Валентина Огурцова. Мне нужно с вами встретиться. Я нашла новые улики по делу об убийстве Алисы Бриллиантовой."

"Какие улики?" – голос майора стал настороженным.

"Записки, которые доказывают, что покойная шантажировала не только Светлану Петровскую, но и других людей. В частности, Марину Васильевну Попову."

В трубке повисла пауза.

"Марину Попову?" – переспросил Скворцов каким-то странным голосом.

"Да. А еще я нашла фотографию, где она изображена с мужчиной по имени Игорь. Случайно, не ваш родственник?"

Еще одна пауза, более длинная.

"Валентина Петровна, где вы сейчас находитесь?"

"В салоне. А что?"

"Немедленно покиньте помещение и дожидайтесь меня у входа. Никуда не уходите и ни с кем не разговаривайте. Я буду через десять минут."

Связь прервалась. Майор явно встревожился, узнав о причастности Марины Поповой к делу. Значит, между ними действительно есть какая-то связь!

Бонифаций смотрел на меня с выражением, которое явно означало: "Ну что, хозяйка, теперь дело пойдет быстрее?"

И я чувствовала – он прав. Разгадка тайны "Маникюра до гроба" была уже совсем близко.

Глава 4: "Лак для ногтей со вкусом цианида"

Майор Скворцов сидел напротив меня с таким выражением лица, словно я была его личным врагом номер один. На столе перед ним лежали пакеты с вещественными доказательствами: злополучный флакон красного лака "Страсть по-итальянски", пустая ампула от краски для волос и записки, которые мы с Бонифацием обнаружили в салоне.

"Итак, Валентина Петровна," – начал он, листая свой блокнот, "результаты экспертизы готовы. В лаке для ногтей, которым делали маникюр покойной, обнаружены следы цианистых соединений. Смертельная доза."

Я сглотнула. Значит, Алиса действительно умерла от отравления. И яд был именно в том красном лаке, который так усердно обнюхивал и на который шипел мой пушистый детектив.

"А Светлана? Она призналась?"

"Частично. Утверждает, что хотела только испортить маникюр, а не убивать клиентку. Говорит, что добавила в лак какую-то краску для волос, не зная о ее токсичности."

Бонифаций, который сидел у меня на коленях, вдруг громко мяукнул и посмотрел на майора таким выразительным взглядом, что тот даже растерялся.