Мария Любимова – Езиды. Стать езидом нельзя, им можно только родиться (страница 4)

– Диана!

Я остановилась.

– Я понимаю, что у тебя могут быть симпатии. Нельзя спрятать человека от общества. Но это все временное. Мы, родители, заботимся о детях, хотим лучшего. Я пообещала отцу не рассказывать о том, за кого отдадим тебя замуж, но, поверь, это молодой человек из достойной семьи. Всю жизнь проживешь счастливо, как за каменной стеной. Будет достаток.

– Спасибо.

Войдя в комнату, я принялась плакать. Всё было решено. Моего слова никто не спросит…

Мама периодически ходила по коридору, что-то доставала из шкафов. Я боялась, что она войдет и заметит в подавленном состоянии. Таким образом, я не могла даже выплакаться…

Я лежала на диване. Пришло сообщение. Я мечтательно взяла в руки телефон. Первая мысль, которая была в голове – это то, что Витя проявил инициативу к продолжению знакомства. При желании он легко мог достать номер. Однако написала Ксения. Она снова высказывала претензии. Казалось бы, всё обсудили. Но девушка продолжала ненавидеть меня. Она сообщила факт того, что в августе две тысячи четырнадцатого года исламисты убивали езидов в Ираке. Одноклассница смело написала, что сожалеет, что я не попала под раздачу. Я, не теряясь, ответила, что самый счастливый человек. Я – езид. Затем добавила, что родители никогда нас не оставляют и отдают замуж в надежные любимые руки. Ксенька замолчала. Кончились аргументы.

Я понимала, что находилась в какой-то ловушке, из которой рисковала не выбраться. Складывалось ощущение, что везде была чужой. Я любила свой народ, но тяжело быть езидом. Наших людей действительно отовсюду гнали. Преследование езидов продолжается с древних времен. Мы были подвержены гонению со стороны мусульман, включая турок, а также армянского народа и даже британской армии в двадцатом веке. Известны массы случаев, когда людей подвергали пыткам, заставляли принять ислам, насиловали женщин и демонстративно казнили всех езидов.

Мы боремся. Езиды противостояли тем же исламистам в две тысячи четырнадцатом. В бой вступали женщины. Как итог, противник отступил.

В интернете пишут, что езидов уничтожают из-за того, что считают последователями лукавого. Стоит отметить, что наши люди выступают против проявления зла в любом виде. Да, в религии есть падший ангел, который собственными слезами вымолил у Бога прощение за гордыню. Семь тысяч лет он пребывал в аду, видел мучения грешников и затопил ад слезами. Бог простил его, поскольку было покаяние, длинною в тысячелетия.

Надеюсь, когда-то люди станут добрее и перестанут уничтожать целые народы, ввиду иной религии или цвета кожи. Я уснула с мыслями о мире во всем мире.

***

На следующий день весь класс знал о том, что я жила возле кладбища. Ксения, видимо, изложила мысли так, что я жила не по соседству с погостом, а прямо на месте упокоения усопших. Да, по всей видимости, она преподнесла это так, что я обитала на центральной аллее кладбища.

– Ксюха была вчера у тебя? – спросила Галя, когда я заняла место за партой.

– Была. Приходила с тортом. Но разговор не задался.

– Она рассказала всему классу, что ты приглашала ее. Потом заставила молиться на кладбище дереву.

Я рассмеялась, чем привлекла внимание других одноклассников. Несусветная чушь!

– Она приходила с Ваней, – принялась рассказывать я подруге о вчерашнем дне. – Ерунда какая-то получилась. Он резко вывел ее из кухни. Я ничего не поняла…

– То есть, на кладбище вы не ходили?

– А зачем?

– Ну не знаю.

– Ивана сегодня нет, – сказала я, оглядевшись. – Сама хотела бы с ним поговорить. Интересно, почему он увел ее в коридор. Вообще странные какие-то вещи происходили и продолжают случаться.

К парте подошел одноклассник Вова. Он с пренебрежением смотрел на меня.

– Вова, хотя бы ты расскажи, что происходит, – сказала я, обращаясь к нему.

– Такие твари, как ты, уводят мужиков из семей! – выдал он.

– Прости, кого я увела?

– Ты колдуешь!

– Я умею гадать, но колдовать не умею. Да и неинтересно это мне…

В класс вошла учитель русского и литературы Маргарита Викторовна. Школьники за глаза называли ее плаксой, поскольку часто срывалась. Заплакать молодая Маргарита Викторовна могла по любому поводу. С дисциплиной на занятиях была беда. Одноклассники спокойно передвигались по классу, смеялись в голос и разговаривали. Один из парней прямо перед ней играл в игру на планшете и периодически комментировал происходящее в виртуальном мире. Маргарита Викторовна делала вид, что ничего не происходило.

– Доброе утро, – сказала она. – Займите, пожалуйста, места.

Вова не отходил от меня. Наконец, он достал одеколон и выплеснул в голову. Ксения засмеялась.

– Он валялся в гараже около десяти лет, – громким тоном говорила радостная одноклассница об одеколоне, высокомерно глядя на меня. – Мы разбавили спирт тухлыми яйцами. Так тебе и надо!

– За что, Ксюша? – спросила я.

– Ты колдунья! – возмущался Вова.

– Докажи, Вова, – смело сказала я.

– Дети, давайте будем добрее, – сказала мягкая Маргарита Викторовна.

– Простите, Маргарита Викторовна, я отвечу Вове. Не знаю, почему ты так бурно реагируешь, – сказала я, обращаясь к парню. – Но мне не хочется общаться, если ты не готов слушать. Хочешь считать, что я ведьма, пожалуйста.

– Колдунья с тухлой прической, – тихо произнесла Ксения, хихикая.

– Да, Ксень, ты чего вчера как ошпаренная вылетела из дома? Может, кстати, объяснишь, что с тобой произошло?

Маргарита Викторовна с вниманием смотрела на Ксению.

– Мы начнем урок? – спросила высокомерная девушка, обращаясь к учителю русского и литературы.

– Я вижу, что вам нужно поговорить, – ответила Маргарита Викторовна. – Готова дать несколько минут. Учитесь слушать друг друга. Потом приступим к биографии Михаила Александровича Шолохова.

– Я думаю, что есть смысл начать занятие, – твердо заявила Ксения.

Маргарита Викторовна принялась вести урок…

– Ксюшка дрянь какая, – тихо сказала Галя. – Я даже не подозревала.

– Когда-нибудь она поймет, что не права. Но может и не поймет.

– У Вовки колдунья увела отца из семьи, он поэтому злой.

– Жаль.

– Увела! – озлобленно заявил Вовка, сидевший через парту.

Он услышал разговор и не смог воздержаться. Молодой человек выглядел крайне не довольным. Его агрессия не уходила. Вова вел так озлобленно, будто бы новое пассией его отца была я.

– В руки ему падала, сознание теряла! – кричал он о любовнице отца.

Маргарита Викторовна присела, замолчав.

– Отец мать любил, сестру Наташкой в честь матери назвал. А сам ушел к той проститутке!

– Вов, сочувствую, – ответила я на его слова. – Но я не умею воздействовать на людей. Я умею только гадать, но и этим стараюсь не заниматься, – к чему-то заявила я.

Весь класс с вниманием посмотрел на меня…

– Пошла ты! – воскликнул Вова.

Он ударил кулаком по столу и пробил его. Молодой человек покинул класс.

– Дети, владейте собой, пожалуйста, – сказала Маргарита Викторовна, продолжая вести урок.

На физкультуре Вова по-прежнему был агрессивно настроен. Он злобно смотрел на меня. Молодой человек не подходил, однако я волновалась, что набросится с кулаками. Конечно же, боялась этого сильного парня.

– Разминка или двадцать кругов? – спросил у класса появившийся учитель физкультуры.

– Бег! – хором воскликнули одноклассники.

Марат Артемович был строгим. Вся школа ненавидела физические упражнения, с которых он начинал занятие. Для обычных неспортивных школьников задания казались адски мучительными. Так, класс предпочел пробежать двадцать кругов по большому спортивному залу, чем размяться пять минут.

Одноклассники громко разговаривали, задевали рукой сетку, предназначенную для спортивных игр. Учитель физкультуры наказывал виновников, добавляя в наказание по дополнительному кругу всему классу. Мы бежали и бежали…

Одна девочка, которая получила наибольшее количество замечаний, делала разминку до конца занятия. Глядя на нее, вымотанную, хотелось упасть в зале.

Весь день пребывания в школе я чувствовала слабость. После занятий отправилась домой вместе с Галкой. У ворот школы увидела Маргариту Викторовну. Было видно, что она кого-то ждала.