Мария-Луиза Франц – Феномены Тени и зла в волшебных сказках (страница 64)

Исключительную важность имеет символ яйца в алхимии. Оно приравнивается к философскому камню, ибо, как говорили алхимики, в нем содержится все, без исключения, кроме небольшого количества тепла, необходимого для развития жизни, или даже нужной температуры. Будучи самодостаточным для того, чтобы породить жизнь, оно символизирует самую сокровенную внутреннюю сущность человека, Самость, к которой ничего нельзя добавить и от которой ничего нельзя отнять. Если мы постоянно будем уделять ей внимание, она может развиться из самой себя. Эта поразительная последовательность религиозных символов, фемининных по своей сути, — именно в ней сосредоточена тайна или душа Великана.

Главный сказочный герой находит утку с яйцом в колодце церкви, стоящей на острове. Держа яйцо в руке, он угрожает великану смертью и обещает оставить его в живых, если тот возвратит к жизни его братьев и их невест. Когда великан выполняет все требования принца, наступает момент истины: быть ли герою честным, выполнить обещанное и отпустить великана, ибо тот исправил зло, которое совершил, — или же?.. Здесь вмешивается волк и велит принцу раздавить яйцо. Принц повинуется, и великан умирает.

Один из участников семинара, материалы которого легли в основу этой книги, попытался интерпретировать конец этой сказки. Он посчитал, что существуют две возможные интерпретации. Первая — с точки зрения женщины: если образ принцессы воплощает человека, то великан представляет собой бессердечную, жесткую фигуру Анимуса; ночью она выведывает у него тайну, его уязвимое место, и передает ее принцу, который служит воплощением ее позитивного Анимуса. (Я передаю лишь суть этой идеи.) Сентиментальные чувства и жалость, которые она испытывает к своему бывшему господину, представляют угрозу всему, чего она добилась, поэтому ее бывший жестокий господин должен умереть, тем самым освободив ей путь к ее настоящей жизни. Вторая интерпретация, с точки зрения мужчины, такова: яйцо представляет собой великую цель и оправдание всей жизни. Яйцо, находящееся в утке, относится к тому уровню его бессознательного, который никогда не был осознанным (его символизирует великан), представляет собой истинную цель внутреннего развития. То, что он нашел яйцо и соединился с прекраснейшей принцессой, свидетельствует о том, что под его психической «окаменелостью» имеются величайшие возможности, которые ранее рассматривались с точки зрения великана. Принцесса, как его Анима, опосредует его связь с миром бессознательного, ведет его прямо к цели — то есть к его собственной живой душе. В данном случае нахождение сердца великана представляет собой открытие для самого великана. Тогда его жизнь исчерпала себя и наступает самое время умереть, ибо, будучи каменным великаном с сердцем из камня, он не может продолжать жить.

В этом я несколько сомневаюсь, ибо вообще кажется, что такое завершение сказки происходит с точки зрения великана, а не с точки зрения принца. С точки зрения каменного великана это конец его жизни. Он сыграл свою роль, ибо теперь он стал ближе к символу церкви-утки-яйца; поэтому ему пришло время умереть. Но если взять великана как некую часть языческой, племенной души, как сущность, не являющуюся целостной, то, на мой взгляд, все оказывается значительно сложнее. Кроме того, я чувствую незавершенность, ибо вовсе не представляю, как это можно свести воедино с психологией принца, ибо в сказке его образ должен служить воплощением мужчины.

Чтобы увидеть еще более сложные моменты в этой ситуации, прежде чем обсудить ее подробно, мне бы хотелось познакомить вас с совершенно иной сказкой, противоположной по смыслу. Это литовская волшебная сказка.

Однажды в лесу дровосек рубил дрова и вдруг увидел куницу. Он сразу выронил топор, но, пытаясь ее догнать, только потерял дорогу и совсем заблудился. Когда стемнело, он забрался на дерево, чтобы переночевать. Утром он услышал, что внизу происходит ужасная драка. Посмотрев вниз, он увидел льва, гончую собаку, кошку, орла, муравья, петуха, воробья и муху [восемь животных], которые ссорились над телом мертвого лося, потому что каждый из них хотел спеть прощальную песню. Так они бранились и дрались целый день, пока, наконец, кто-то из них не заметил дровосека и не сказал, что прощальную песню споет тот, кого выберет дровосек. Спустившись вниз, дровосек немного подумал и сказал, что петь должен он сам, иначе лося так никогда и не похоронят. Все очень этому обрадовались и сказали, что за такое мудрое решение они его наградят: они подарят ему возможность превращаться в любого из этих животных, стоит ему только о нем подумать.

Итак, дровосек запел такую прощальную песню, что ему вторил весь лес. Затем он превратился в льва и скрылся в другой части леса. Там ему встретился свинопас, который горько плакал, потому что в ближайшее время Дьявол собрался съесть всех его свиней. Свинопас рассказал, что во всем виноват король, который несколько дней назад заблудился в лесу. Вдруг, откуда ни возьмись, появился странный человечек, который пообещал показать ему, как выйти из леса, при условии, что каждый день тот будет отдавать ему свинью. Когда больше не останется свиней, король должен будет отдать ему собственную дочь, принцессу.

Тогда король пообещал отдать свою дочь в жены тому, кто убьет Дьявола. «Это значит, — подумал дровосек, — что нужно поймать этого пожирателя свиней, и тогда я стану королевским зятем». Поэтому он решил сам стать свинопасом; ближе к вечеру появился Дьявол, схватил одну свинью и скрылся в лесу. Дровосек быстро погнал остальных свиней домой, сам превратился в гончую и последовал за Дьяволом. Он рассказал Дьяволу, что чуть дальше, на опушке восьмого леса, один человек хочет повеситься, но ему не хватает смелости это сделать; Дьявол заторопился получить его душу, оставил в живых свинью и бросился дальше.

На следующий вечер случилось то же самое, но на этот раз дровосек превратился в орла и стал смеяться, что Дьявол ест свинину. Он сказал, что в соседнем лесу мать утопила своего ребенка, и ему лучше бежать туда, чем есть свинью. Прежде чем бежать за ребенком, Дьявол постарался оставить себе свинью: он расщепил дуб и защемил в нем свинью, но дровосек вызволил ее и вместе с ней вернулся домой.

На следующий вечер дровосек оставил свиней дома, в свинарнике. Он решил превратиться в петуха и всю ночь просидеть на насесте, и, разумеется, в полночь явился голодный Дьявол. Но петух закричал, и Дьявол тихо убрался восвояси. Он понял, что его обманули, и очень разозлился. Он ворвался в королевский дворец и унес принцессу, вытащив ее из постели.

Король пришел в отчаяние, однако дровосек его успокоил и сказал, чтобы тот не тревожился. Он отправился на гору, куда Дьявол унес девушку, и на вершине нашел маленькую дырочку. Он превратился в муравья, сел на песчинку и соскользнул на ней вглубь горы. Там он увидел широкую равнину; тогда он превратился в муху и полетел на другой ее край, где стоял хрустальный дворец, в котором у окна сидела королевская дочь и плакала. Затем дровосек принял свой обычный облик и подошел к принцессе; та ужасно испугалась и спросила у него, как ему удалось к ней проникнуть. Она предупредила, что с минуты на минуту может появиться Дьявол, который разорвет его на части.

Прошло немного времени, и появился Дьявол, но дровосек превратился в льва и набросился на Дьявола. Между ними произошла страшная схватка, куски мяса и клочья шкуры разлетались во все стороны, но льву удалось сожрать Дьявола целиком вместе с его шкурой и шерстью.

Принцесса была вне себя от радости. Разумеется, дровосек тоже радовался, но теперь надо было придумать, как выбраться из подземелья. Они перебрали в голове все, что смогли. Наконец принцессе в голову пришла спасительная мысль: в какой-то книге Дьявола она прочла, что существует волшебное дерево, на котором есть гнездо с бриллиантовым яйцом, и если его поднять в верхний мир, то вслед за ним поднимется и хрустальный дворец.

Дровосек тут же превратился в воробья, полетел к этому дереву, вынул из гнезда яйцо и принес его принцессе. Все было сделано, но как же его поднять в верхний мир?

«Постой, — сказала принцесса, — у Дьявола есть привратник, который не может терпеть кошек. Как только он поймает кошку, то сразу же выбрасывает ее в верхний мир».

Тогда дровосек превратился в кота, взял в зубы яйцо и стал, мурлыча, тереться о ноги привратника. Тот, недолго думая, схватил кота за шкирку и потащил его вверх по очень высокой лестнице. Привратник долго поднимался по ней, пока не очутился перед огромной железной дверью. Открыв эту дверь, он бросил кота на землю и дал ему пинка. Кот полетел по воздуху и приземлился прямо у того отверстия в горе, куда вполз муравей. И как только кот снова превратился в дровосека, и тот положил на землю яйцо, тут же появился хрустальный дворец, в котором была принцесса. После этого они сыграли свадьбу и жили счастливо в хрустальном дворце.

Я не хочу разбирать подробно эту прекрасную плутовскую (trixter) сказку, но хочу показать, что далеко не всегда нужно уничтожить драгоценность, которой обладает Дьявол или злые силы. В данном случае произошло нечто более естественное, по крайней мере для юнгианца: символ Самости сохраняется, поднимается и интегрируется в реальность. Он выносится на поверхность, в сознание, а уничтожаются только силы зла, которые им владели. Это находится в полном соответствии с нашим природным чувством: если Дьявол имеет власть над центром, над величайшей драгоценностью Самости, то задача заключается в том, чтобы отнять у него этот центр. Эта задача соответствует обычному паттерну, состоящему в том, чтобы отнять у дракона жемчужину или с большим трудом отобрать сокровища у сил зла.