Мария Л – Пятеро друзей Оле Лукойе (страница 2)

Кот тем временем озадачился целью сбросить  помаду Олли на пол.

– Христиан -Теодор, ты бы оставил помаду в покое, – между делом заметила Олли.

Кот внимательно поглядел на хозяйку, но просьбам не внял- продолжил заниматься своим делом. Даже у сказочников и чародеев коты как коты- делают что хотят.

– Ах, скажи-ка мне Христиан-Теодор, – задумчиво произнесла Олли, глядя в мутное окно и уже,кажется,забыв про помаду, – Что за странность: целый день прошёл, а ни одной сказки не забрело сюда. Что бы это значило, котик?

– Мяу, – сказал Христиан-Теодор.

– Вот и я думаю, что ожидает меня сегодня вечером самая что ни на есть большая волшебная сказка. Пожелай мне удачи.

– Мяу, – снова сказал Христиан-Теодор.

– Спасибо, котик!, -Олли чмокнула кота в правые усы.

– Всё, я пошла, зонтик, за мной!– крикнула Олли, подхватывая невероятно красивый яркий зонт, так удачно падающий в этот самый момент с верхней полки.

За Олли захлопнулась дверь, «спок-спок», прозвучали ее башмаки сначала по лестнице, а потом и по асфальту. Улица стихла. Христиан-Теодор мякнул, потянулся и свалился с трюмо на пол.

– Ой, блин, вот никогда не научусь я аккуратно ударяться о землю, – сказал рыжий веснусчатый парень, поднимаясь с пола.

– В этом и прикол, – улыбнулся его близнец, влезая в приоткрытое окошко.

Он был точно такой же, как рыжий, только брюнет, и веснушки его не коричневые, а чернее чёрной ночи.

– В этом и прикол,– повторил он, – О землю никак не ударишься аккуратно, поэтому это ударом и называется.

– Хорошо тебе говорить, – хмыкнул Христиан-Теодор, – О землю-то из нас двоих регулярно бьюсь только я.

– Зато я повторяю за тобой все твои превращения и неотступно следую, куда бы ты ни пошёл и какой бы эксцентричной ведьмочке ни решил служить.

Теодор-Христиан вздохнул и улыбнулся, глядя в темное окно.

– Ай, брось!– Христиан-Теодор наконец встал с пола и отряхнулся, – Ты ведь сам решил, что в мире теней тебе не место и что ты хочешь быть человеком. Другое дело, что у природы свои законы.

Теодор-Христиан кивнул, так же задумчиво улыбаясь. Он не умел сетовать на судьбу.

– А ведь всё-таки забавно, брат,– вдруг засмеялся он, – Забавно, что она назвала тебя Христиан-Теодор. Правда же!

*здесь писатель ссылается на героев кинофильма «Тень» по сказке Ханса Кристиана Андерсона.

– Ой, да с этими ведьмами всегда так, – махнул рукой Христиан-Теодор,

выбрасывая кошачью еду в окошко и доставая из холодильника батон

колбасы, -Тем более, наша совсем зелёная. Силу свою не знает, да и себя

не особо. Но всё очень точно чувствует: и сказки свои, и друзей, и вот нас! Так что я не удивлён.

Теодор-Христиан снова вздохнул и посмотрел в темное окно:

– А я  ей удивляюсь каждый день.

И почему-то покраснел, сам не ожидал от себя. Христиан-Теодор внимательно посмотрел на брата, открыл было рот, но передумал и ничего не сказал. Просто протянул ему бутерброд с вкусной докторской колбасой. Теодор-Христиан подтвердил правильность его действий довольным чавканьем. Разговоры по душам – дело хорошее. Но говорить все умеют, а бутерброд тебе сделают только избранные.

– Слушай, – спросил он, дожевывая уже второй бутерброд, – А что ей всё-таки предстоит сегодня ночью? Чую, что-то важное, а что не понимаю.

– Ууу, брат, – протянул Христиан-Теодор, – Если уж ты не знаешь, я не знаю точно. Миру теней виднее.

– Спорный, вопрос, – хмыкнул Теодор-Христиан, – Его можно часами анализировать. Тогда пойду за ней, мало ли что.

– Иди-иди.

– А ты?

– А я здесь.

– Хорошо.

– Нет, не она, она уже тут,– сказала Олли, все вздрогнули и повернулись к ней.

– Что это с Вами со всеми?

– Ой, долго рассказывать, – махнул рукой Жорж, – Том, давай ты расскажи, у тебя язык лучше подвешен.

– Да уж, подвешен, хрен расскажешь, короче было так…

«БАМ- прам-пам!»– сказало ночное небо, освещаясь ударом молнии.

– Ой, мамочки! – Герда побежала к окну, но так и замерла вместе со всеми.

Тот самый дядечка в сером костюме уже не сидел на лавке, он удобно расположился на подоконнике их пятого этажа.

– Не ожидали! – весело крикнул он и развёл руками, прямо как клоун-конферансье. Неожиданный гость сильно изменился – издали он казался простым обывателем, невнятным серым служащим с округлым лицом и боками, лет 40-45. Сейчас же это был молодой человек лет 25-30, поджарый и дьявольски весёлый. Лицо казалось незапоминающимся, но его преображали глаза. Тёмные, пронизывающие, этакие сверла, не рентген. Рентген слишком ласков. Такие ребята играют в кино экзорцистов или даже наоборот. Их надолго запоминаешь, увидев в транспорте, но лицо воссоздать в памяти почему-то не можешь. Не похож он был на того дядю на лавке, несчастную жертву молнии, неудачный пример Мики и подзащитного доброй Герды, но костюм тот же. Да и не осталось у ребят сомнений, что это он.

– Приветики! – прокричал он тем же клоунским голосом и это было страшно- уж очень большая разница между внешностью и тоном.

– Слышь, дядь, ты кто?– спросил Жорж, довольно возмущённо.

– О, Жорж первым подал голос, Жорж первым подал голос! -с той же клоунской улыбкой пропел незваный гость, – Я-то думал, кто первый, а это ты! Удивил.

Поджарый спрыгнул с подоконника на пол, а ребята (все кроме Люси), резко сделали шаг назад.

– Коллеги! – гость печально  заломил руки, – Неужели Вы меня боитесь?!  Это так печально!

– Что тебе нужно? – спросил Том, выходя на первый план.

– О, дорогой Том, как я рад тебя видеть! – продолжал отчаянно гримасничать поджарый, – Милый Том, великий рыцарь, приветствую! И тебя приветствую Люси, и тебя, малышка Герда. И тебя, дорогой Мика!

Незваный гость обвёл взглядом комнату. Его чёрные глаза замерли на секунду, встретившись с глазами Олли. Ей он раскланялся, кажется,уже менее шутливо.

– Приветствую тебя, Великая сказочница Олли, а для друзей просто – Оле Лукойе, верно?

– Откуда ты…, – начал Мика.

–… знаю как вас зовут? – закончил за него поджарый, – А может я ещё много чего знаю? Например, правильный ответ на твой вопрос, как же он звучал?

Странный гость нетерпеливо поклацал пальцами в воздухе, словно был у него невидимый гаджет со всеми ответами. Потом резко улыбнулся, подняв палец вверх:

– А может и нет никакой кармы?

– Откуда ты знаешь, о чем мы разговаривали? – упрямо спросил Том, – Ты сидел далеко на лавке, ты не мог нас слышать.

Поджарый состроил уморительную рожу:

– Том, ты как всегда логичен. В этом твоя сила, но в этом же и твоя слабость. Давай узнаем другую точку зрения. Что скажешь, Олли?

 Олли внимательно наблюдала  за странным гостем с момента его появления. Наконец, она сказала:

– Ты похож на злого волшебника, но ты не он. Ты нечто загадочное, чему я не могу подобрать слова. Но больше всего ты, конечно, похож на волшебника.

Поджарый хмыкнул:

– Приятно лицезреть иной угол мышления. Подобрать слова не можешь – это верно, это очень точно, милая Олли. Я,может, и волшебник, но вот кто вы шестеро, об этом вы не задумывались?

– Что ты имеешь ввиду? – нахмурился Том.

– А разве вы сами не замечали, что вместе вы сильнее? Вместе вам лучше, поэтому вы и видитесь чуть ли не каждый день? Хотя с чего бы? Ведь вы все такие разные. А ещё, когда вы вместе, начинают твориться разные странные вещи: то Мика придумает странную игру, в которой все выигрывают, хоть по правилам это нереально, то зажигалка у Люси загорается сама собой, то вдруг вы находите на привычной улице старое здание, которого вчера ещё не было. Странно, не так ли?