Мария Кай – Цена за общество (страница 16)

Свежая выпечка пахла настолько аппетитно, что я не удержалась и засунула одну целиком в рот. Когда я увидела как наставница аккуратно управлялась с вилкой и ножом, то почувствовала себя неуклюжей. Я взяла вторую булочку и начала ее нарезать, стараясь повторить изящные движения.

– Тишина, – сказала наставница. Ее голос был таким мягким, что мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она обращается ко мне. – Тишина в еде говорит о тебе многое.

Я подняла глаза от тарелки и встретила ее пристальный взгляд, изучающий меня. Я тихо проглотила застрявший в горле кусок и стала жевать медленнее, стараясь не издавать никаких звуков.

– Не переживай, у тебя будет много времени и завтраков, чтобы научится.

Очередная ледяная стрела холодного взгляда пронзила мое тело, когда я со звуком отпила чай из кружки.

Это был первый урок, который я ощутила не просто на словах, а в виде мурашек, пробегающих по спине каждый раз, когда смотрела в ее глаза.

Пытаясь справиться с нарастающей неловкостью, я сделала глубокий вдох, потянулась за яблоком и постаралась спросить как можно непринужденнее:

– Простите… Эм… я не расслышала вашего имени. – Мой голос прозвучал тише обычного и, казалось, что весь зал слышал, как громко стучало мое сердце.

Я замерла, ожидая резкого ответа, но вместо этого услышала спокойное:

– Серена Уайт.

Это вызвало новую волну мурашек. Все, чего хотелось в это мгновение – исчезнуть. Чтобы никто больше не смотрел на меня так пристально.

Мы продолжили завтрак в молчании, и теперь каждое мое движение было продиктовано осторожностью. Я не видела Кейси из-за широкой колонны. А так хотелось посмотреть родные глаза и почувствовать хоть каплю утраченного тепла. Сердце сжималось из-за нарастающей между нами дистанции.

После завтрака Серена рассказала, как будет проходить обучение. Общие занятия потока, такие как история, математика, языки, литература, музыка – казались стандартными и предсказуемыми. Удивили новые предметы: искусство совершенства и силовая атлетика. Если с первым все было понятно, нас готовили к реальной жизни с мужчиной, то зачем нам заниматься атлетикой, вызывало вопросы. Все же мы будем парой, а не спортсменами на соревнованиях.

Новость о совместных занятиях с другими Академиями, например, уроки танцев с кадетами из Военного сектора, заставила меня напрячься. Но больше всего тревожили индивидуальные занятия с наставницами. Похоже, это будет не самое веселое и беззаботное время.

– Не стану врать, что вам будет легко. – Серена говорила сухо, а ее лицо оставалось спокойным и безучастным. – Вы слышали правила. Если из вашей группы хотя бы половина дойдет до первого Бала, это будет уже неплохо.

Последние слова прозвучали как приговор.

Медальон на ее груди замигал. Серена замолчала, сморщила лоб и накрыла его ладонью, будто ей стало неприятно или даже больно. Я увидела в ее глазах беспокойство, но она быстро вернула маску безразличия.

– В шесть жду в библиотеке. Заберите учебники у администратора. Она расскажет, как найти библиотеку. – Наставница быстро встала и, уходя, равнодушным тоном бросила: – Не опаздывайте и приведите себя в порядок.

Серена скрылась за колонной, оставив меня с кучей вопросов и тревожных мыслей. Я посмотрела на Аманду, а та лишь пожала плечами и продолжила жевать бутерброд с маслом.

Весь оставшийся день мы провели в комнате. С каждым часом вместе, Аманда нравилась мне все больше. Ее молчаливая ненавязчивость позволяла расслабиться. Я несколько раз перечитала расписание занятий на следующий день, разложила учебники на столе и наблюдала, как за Куполом плыли серые облака. Если бы Кейси была рядом, она наверняка предложила бы поиграть в ее любимую игру – «угадай какую фигуру я вижу в небе». Я никогда не попадала, потому что не отличалась развитой фантазией.

Солнце уже заходило, комната наполнилась теплым желто-оранжевым светом, и тогда я услышала голос Аманды:

– Как тебе Серена? – она спросила тихо, будто невзначай, и продолжила писать в тетради.

Я бы хотела сказать, что ее глаза вызывали мурашки, что меня обдавало волной ужаса в ее присутствии и что я не представляла, как проведу с ней ближайшие два года. Но вместо всего этого выдавила:

– Ничего такая, – стараясь придать голосу как можно больше непринужденности.

Аманда отложила тетрадь и, слегка нахмурившись, сказала:

– Тали, я могу быть тихой, но я не глупая. Я видела, как ты впала в ступор на церемонии посвящения и сегодня утром, когда объявили нашего наставника. Не прошу рассказать все, но если от этого будет зависеть наша жизнь в Академии, мне нужно знать, что происходит.

Аманда говорила искренне. Впервые за долгое время мне захотелось довериться. Пусть не полностью, но хотя бы частично.

– Иногда… я выпадаю. Это происходит в моменты сильного эмоционального напряжения. Я не контролирую себя, могу отключиться и не помнить некоторых событий.

Я замолчала, чувствуя как к горлу подступает ком.

Я не осмелилась упомянуть про голоса, которые звали меня, и про страх, что я сходила с ума.

Кивок Аманды был почти незаметным, но взгляд говорил, что она все поняла.

– И что мне делать в такие моменты? Мы теперь до восемнадцати вместе. Живем в одной комнате. Я должна знать, как тебе помочь.

Мне стало по-настоящему тепло от ее слов. Аманда говорила без претензий и осуждения, с настоящей заботой. Я почувствовала тепло, что-то сродни доверию.

– Просто позови меня по имени, – ответила я. – Обычно это помогает вернуться.

Она слегка улыбнулась.

– И это помогает вернуть память?

– Да.

Я улыбнулась ей в ответ.

Аманда задумалась:

– И давно с тобой такое?

– Сколько себя помню. Лет с четырех точно. Обычно Кейси всегда рядом в такие моменты и проблем не было. Но…

Я не закончила, потому что мысль о том, что Кейси здесь нет, снова обрушила на меня волну тоски. Чтобы не утонуть, я решила сменить тему:

– Ты переживаешь о брате?

Аманда застыла и посмотрела на рамку с фотографией на тумбочке. Карие глаза наполнились той же грустью, что и в первый день, когда ее привели в наш класс. Она сидела на подоконнике и часами смотрела на ворота.

– Да. Ему сейчас непросто. Меня нет рядом, чтобы поддержать.

Я поняла, что затронула что-то болезненное, и решила продолжить обсуждать Серену.

– А тебе как Серена?

– Думаю, нас ждет интересное обучение. Серена одна из лучших выпускниц Академии.

Я в недоумении посмотрела на Аманду.

– Ты ее знаешь?

– Мой брат рассказывал. Вернее, – Аманда замялась, словно подбирала нужные слова, – его знакомая, которая училась вместе с Сереной, говорила про нее. Серена из семьи, близкой к Магистериуму. Стала наставницей сразу после Бала и преуспела в этом. Все ее ученицы обрели пары. Никто не вернулся обслуживать Основной сектор.

Последние слова Аманда произнесла с явным отвращением. Ее лицо исказила кривая усмешка.

– Обслуживать Основной сектор? – переспросила я, не совсем понимая, о чем идет речь.

– Если не дойдешь до первого Бала или не будешь успешной на нем, тебя могут вернуть в сектор, откуда ты родом.

Меня удивило даже не то, что рассказала Аманда, а то насколько много она знала об Академии, обучении и том, как все устроено.

Нужно разобраться в том, что здесь происходит. Почему так важен первый Бал? Почему возвращение в свой сектор считается таким страшным? Мне там было хорошо. Я бы с радостью вернулась на любимую барахолку к Бордару.

Вспомнив старика, я достала из тумбочки мешочек с двумя розовыми жемчужинами. Хотела подарить одну Кейси перед церемонией, но мысли тогда были заполнены другим: образ девушки, падение и рука со шрамом, что накрывала мою.

Глава 10.

Я сидела на подоконнике, разглядывая кроны деревьев, на которых вот-вот распустятся первые почки. Часы показывали без пяти шесть, а значит я уже опаздывала на встречу в библиотеке. В груди неприятно сжалось. Страх того, что Серена может быть недовольна, не отпускал. Проклиная себя за промедление, я поспешила на поиски библиотеки.

Она находилась в отдельном крыле школы и, чтобы туда попасть, пришлось знатно побегать по коридорам. Я уже несколько раз разозлилась на себя, что сразу не пошла с Амандой.

Открыв двери, в нос ударил застарелый запах старых книг, и я сразу почувствовала какое-то внезапное ироничное спокойствие – среди такого количества книг, кажется, невозможно быть одинокой.

В прошлой школе библиотека выглядела весьма скудной. А здесь стеллажи упирались в потолок и были до отказа забиты самыми разными книгами в цветных обложках. Внутри царила темнота, лишь пара ламп на столах освещала помещение.

Заметив в углу шевеление, я подошла к стойке, за которой сидела пожилая женщина. Она настолько погрузилась в книгу, что даже не пошевелилась, когда я робко попыталась привлечь ее внимание. Я хотела попробовать еще раз, но вдруг почувствовала легкое прикосновение к плечу. Я резко обернулась и увидела Аманду с охапкой книг.

– Она плохо слышит. Это бесполезно. – Кивнула она в сторону библиотекаря. – Пойдем. Серена зла, как черт.

Я глубоко выдохнула, будто это могло помочь снять напряжение предстоящей встречи и, перехватив часть книг, пошла за Амандой в глубь библиотеки.