Мария Карташева – Штопая сердца (страница 38)

Один из подручных Ковбойкина подвёз Глафиру к ателье свадебного платья, где работала звонившая, и остался на улице. Глаша, сверившись с адресом, вошла в увешанное зеркалами и белыми кринолинами пространство, огляделась и увидела, как ей навстречу, сияя улыбкой и плавно переступая ногами, вышагивает продавец.

— Вы знаете, я с ходу могу определить, какое платье девушка ищет для своего торжества. Вот вы точно хотите что-нибудь лаконичное, неброское, но вместе с тем элегантное и уникальное. Я угадала?

— Вы знаете, я об этом как-то не думала…

Женщина подняла ладонь и проговорила:

— Ни слова более, пойдёмте, я покажу вам великолепные экземпляры. Они точно сядут на вашу фигуру, подчеркнут все достоинства и скроют некоторые упущения природы. Ну что, готовы?

— Да, — кивнула Глаша. — Я готова, чтобы поговорить с Елагиной Алевтиной. Я из следственного комитета.

— С Алей? — удивилась женщина. — А что случилось?

— Я думаю, если она захочет, то сама расскажет, — сказала Глаша. — Она мне этот адрес назвала.

— Да, конечно. Идите, пожалуйста, прямо через этот проход, — она указала на продольный коридор, сплошь уставленный манекенами в платьях и увешанный большими фотографиями счастливых невест. — Там увидите, дверь с надписью «Мастерская».

— Спасибо.

— Кстати, обратите внимание на три последние модели в ряду. Это как раз ваш вариант, — эхом прозвучали вслед уходящей Глаше слова женщины.

— Даже если я решусь выйти замуж, то это точно будет какая-то погоня с перестрелкой, — буркнула девушка.

Отыскав, наконец, Елагину, Глафира поколебалась несколько секунд, потом вздохнула и положила перед женщиной фотографию.

— Я приношу свои извинения, но вам придётся посмотреть на фото и опознать человека, изображённого на нём.

— Что значит опознать? — снимая с шеи размотанную ленту сантиметра, спросила женщина.

— Алевтина, — Глафира вздохнула, — простите, как вас по отчеству?

— Неважно, не привыкла я, всю жизнь Аля, — женщина потрясла головой. — Девушка, объясните мне, что происходит?

— Скажите, пожалуйста, вы узнаёте человека на фотографии?

— Ну да, — с запинкой проговорила Елагина, — только он странный какой-то.

— Кто это?

— Сусликов Николай Васильевич. Муж мой. Ну, бывший, — Аля повертела фотографию в руках. — Но по бумагам мы ещё женаты. Так-то мы уже два года не вместе, но я его поддерживала.

— Не так давно мы нашли тело Николая Васильевича, — проговорила Глаша.

— Умер, что ли? — подняв наполнившиеся слезами глаза, спросила Елагина.

— Я не могу сейчас утверждать, что это именно он. Алевтина, скажите, пожалуйста, мы можем с вами проехать на опознание?

— Ой, — женщина трясущейся рукой налила себе в стакан из графина воды. — Ой, в морг, что ли?

— Да.

— Ну конечно, если это необходимо. А я-то думаю, запропал совсем, — Аля стала суетливо собираться, брала в руки предметы со стола, потом возвращала их обратно, взяла телефон и глянула на Глашу. — Можно, я мужа с собой позову? Мне страшно одной очень. Ну, в смысле, моего… гражданского мужа.

— Конечно. Спокойно собирайтесь. Я подожду.

Когда заплаканная женщина села в машину, Глафира протянула ей салфетку и проговорила:

— За сопровождающим нужно заезжать?

— Нет. Он приедет на место, только адрес скажите, я ему скину, — набирая в телефоне надиктованный адрес, Алевтина качала головой. — Я же и не разводилась с ним специально, чтобы меня всегда пропускали, если что.

— А что, если что?

— Ну, понимаете, у него было биполярное расстройство. В очень лёгкой форме. Да мы не из-за этого разошлись. Просто уже не было ничего, только родственная привязанность, — Аля помолчала. — Он мне месяца два назад позвонил и сказал, что едет на какое-то инновационное лечение. Я тогда сильно забеспокоилась. Просто Коля так хотел избавиться от заболевания, что на лету хватал любую шарлатанскую ересь. Но, — она судорожно вздохнула, — он уверил, что ему порекомендовал всё это доктор из диспансера, и я успокоилась. Но прошло много времени, Коля на связь не выходил, я и пошла в клинику, — уронив последние слова, она замолчала. — А я ведь как чувствовала, всё время сердце не на месте было.

Закончив скорбные дела в морге, Глафира проводила Елагину и её нового мужа на улицу и вернулась в кабинет Нинель Павловны, которая гневно распекала Визгликова.

— Стас, скажи мне, я похожа на реактивный самолёт? Вы заваливаете меня работой, будто я ваш персональный судмедэксперт. А это не так, у меня и кроме вас полно практической, руководящей и научной работы. Я понимаю, что всем нужны результаты, но ты позволяешь себе уже чересчур похабничать! — от крика Нинель Павловны трещали даже стены.

— Что случилось? — одними губами спросила Глаша у Погорелова, сливавшегося со стеной в коридоре.

— Не знаю. Но Визгликов откликался: значит, ещё жив.

— Как думаешь, входить туда опасно?

— Ну, рискни, — ухмыльнулся Погорелов. — Тогда тебя не только Нинель, но и Визгликов в порошок сотрёт.

— Не, мне и так по жизни приключений хватает, — сказала Глаша.

А в кабинете продолжалась выволочка Стаса на высоких тонах, и только когда Нинель Павловна прервалась, чтобы выпить воды, Стас заметил:

— Я, Нинель Павловна, могу и дальше слушать ваши чудные гневные трели, но хотелось бы узнать, в чём повинна моя голова?

— Ты издеваешься? — рявкнула женщина, рухнув на стул.

Колёсико у многострадального кресла подломилось, Визгликов увидел, как за столом стремительно исчезает изумлённое лицо заведующей судебно-медицинским моргом и услышал грохот.

— По-моему, врукопашную пошли, — заметил Погорелов. — Пора спасать, — сказал он Глаше и распахнул дверь.

Насилу подняв и освободив барахтающуюся и застрявшую в стуле Нинель Павловну, Визгликов и Погорелов рухнули на диван, а Глаша суетилась, наливая воду и доставая салфетки.

— Как вы? — с тревогой спросила девушка.

— А как ты думаешь, как я в моём возрасте, с моей комплекцией и самомнением, после того как рухнула и жопой в стуле застряла? — шумно хлебая воду, передразнила Глашу заведующая. — Ну, это меня Всевышний наказал. Видимо, старею. Молодёжь на пятки наступает. Вот, — она, всё ещё тяжело дыша, кинула на стол отчёт. — Это токсикология по Марку.

— Вам просто отдохнуть нужно, — сказала Глаша.

— Да где? Летать не могу, давление. Поезд долго, и как-то не моё это — ехать несколько суток в одном помещении с живыми незнакомыми людьми.

— Приезжайте к моей бабушке на дачу. Там очень здорово.

— Нет, Глаша, мне ваши, — Нинель Павловна запнулась, — прекрасные лица и здесь надоели. Я поеду к подруге, у неё милейший дом недалеко от города, но на природе. В конце августа распределю все дела по коллегам и забуду обо всех вас на некоторое время.

— Нинель Павловна, можно я вас из мира мечты верну в суровую реальность? Вы можете мне по-простому сейчас всё объяснить? — спросил Стас, показывая женщине папку.

— Могу. Я, честно, даже несколько удивлена, что столько следователей и оперативных сотрудников не заметили, что у них в отделе работает наркоман со стажем. Стас, он давно и прочно, судя по состоянию внутренних органов и по результатам анализов, сидел на кокаине. Ну и, судя по всему, ему ввели для надёжности многоуровневый препарат. То есть действие самого сильного ингредиента пролонгируется последующими. Слышала, называют такой коктейль «Дорога к праотцам». Я думаю, более точно скажу через несколько дней, там очень сложная и дорогостоящая процедура.

Выйдя из морга в крайней задумчивости, Визгликов присел на лавочку и несколько минут молчал, а Погорелов и Глаша стояли рядом и ждали, когда Стас обратит на них внимание. Заговорить с Визгликовым после той выволочки, что ему устроила Нинель, не решался никто.

— Ладно. Погорелов, двигай опрашивать местное население по поводу стоматолога, что по фене ботал на месте происшествия.

— Хорошо, Стас. Тогда до вечера. Я по карте посмотрел, там рой пчелиный.

— Лети, собирай мёд, пасечник.

Визгликов некоторое время смотрел вслед уходящему Погорелову, потом перевёл взгляд на Глашу.

— Может, нужно ехать к Вилкину? — несмело спросила Глаша.

— Нет его, — пожал плечами Визгликов.

— В смысле? — не сразу поняла Глаша.

— Несколько дней назад товарищ Вилкин взял билет на самолёт и рванул в красивейший город Ростов-на-Дону. И там, я полагаю, слился с пейзажем.

— А вы откуда знаете? — недоумённо проговорила девушка.

— Потому что, товарищ Польская, вы удивитесь, но кроме вас в отделе ещё есть сотрудники, и мы все работаем. Так вот, небезызвестный вам персонаж Кирилл выяснил все необходимые подробности за несколько минут, — Визгликов хлопнул себя по коленям и встал со скамьи. — И правда, бросить всё к чёртовой матери. Поехать туда и свалить на берег большой и красивой реки.