Мария Ирисова – Опальная принцесса (страница 4)
— Не волнуйтесь, леди Вилая, — говорю тихонько, — они сами не рады будут, что меня из глуши выдернули. Обещаю!
— Ох, Вержик, — наставница погладила меня по щеке, затем еще раз крепко обняла и отступила.
Жители Ловецка добродушно выкрикивали пожелания на дорожку.
— Вержаночка, желаю чтоб коровы всегда доились, а пироги не подгорали! — кричала в след наша соседка.
А мне прям жуть как любопытно сделалось, кого ж она под коровами подразумевала? У нас такой живности никогда не было.
— И чтоб все ваши принцы были красивыми, но не слишком умными — а то скучно будет!
— Ага, а завистники пускай каждую минуту спотыкаются, но не падают! Будет с кого посмеяться!
Народ в Ловецке, хороший, а воображение какое, м-м-м, любой столичный позавидует. Я помахала рукой на прощание и направилась к экипажу. Ступаю плавно, грациозно и совсем не спешно, а пирожки из корзиночки так пахнут, что стражи всей оравой нарабатывают косоглазие.
Экипаж папенька прислал самый обыкновенный, да и лошади явно не из королевской конюшни. Небось заботится о том, чтобы мое прибытие во дворец осталось незамеченным. Собирается обставить все так, будто я всегда там жила.
Ну-ну, посмотрим что у него получится.
Дверцу предо мной распахнул сам капитан Гравис и улыбнулся во весь рот,
— Милости просим, леди Вержана.
Как лаконично мне дали понять, что о титуле больше никто в отряде не знает и на период путешествия я всего лишь — леди, а не ваше высочество.
Глаза мужчины то и дело сползали в сторону лукошка с пирожками.
— Будем рады путешествовать вместе с вами.
— Я тоже рада… — нырнула в нутро экипажа и закончила: — как петух в своем курятнике при виде другого петуха!
— Ваше поведение возмутительно! — раздался голос из соседней скамьи. — Вы ведёте себя, как деревенская девчонка, а не как принцесса!
Обалдеть! Мне еще и попутчица полагается, щедр батюшка, как барсук по весне.
Дамочка в сером, муслиновом платье, разглядывает мою скромную персону с особенным осуждением. Таким ядовитым, что аж воздух в экипаже позеленел. Лицо незнакомки испачкано белилами, волосы благочестиво собраны под сеточку из шелковых ниточек, а в глазах — небеса. Ни дать ни взять придворная дама на выгуле. Рядом с ней я выглядела самой бедной родственницей.
— Прежде чем делать замечания — представьтесь!
Дамочка подавилась новой колкостью и нехотя растянула губы в улыбке, правда от такого оскала меня передернуло.
— Мелисса Реймс, графиня Ривейтон, к вашим услугам. Я — дуэнья, мне приказано сопровождать вас.
Невольно улыбнулась, мысленно отметив построение фразы. Видите ли, ей приказано, а вот кем непонятно, про короля то она умолчала. Значит что? Соглядатай или это снова моя излишняя подозрительность разгулялась?
— Сопровождайте, раз уж велено, — я поерзала и постаралась удобнее сесть на жестком сиденье.
Компаньонка сварливо поджала губы. Ишь какая цаца! Сама небось с детства в каретах и путешествует, привыкла, сидит выпрямившись, будто жердь проглотила, а я в такой повозке впервые.
Можно было зеркально отразить позу дуэньи, но собственный комфорт я ценила больше, а потому поерзав еще чуток заняла удобное положение. Щелкнули вожжи, всхрапнули лошади, и мы поехали.
Домочадцы и жители Ловецка еще долго махали руками мне вслед.
Затем дорога свернула и родной поселок скрылся из глаз.
Закрыла глаза и раздраженно выдохнула, вот надо ж было этой процессии так не вовремя заявиться! Подождали бы седмицу, ну может две. Я бы денежки за свои зелья выручила и унеслась бы в Виттенбург. Теперь придется сидеть тут и делать всем нервы.
Коварная мысль словно котенок закралась в голову: “Интересно, что будет если я потеряюсь в пути?”
— Ваше высочество, осмелюсь предложить вам книгу?
Голос компаньонки заставил вынырнуть из размышления и глянуть, вдруг она там чего-нибудь интересное предлагает. Книги-то я люблю. И что?
Из бархатной сумочки показался потрепанный учебник с заголовком «Закон Божий».
Это она так поиздеваться решила? Помниться лет шесть назад один только вид талмуда повергал меня в ужас, ибо леди Вилая пользовалась этой писаниной в качестве наказаний и заставляла заучивать текст главами. Шкодничала я часто, соответственно книгу знала назубок, правда был и положительный момент — после тренировок леди Вилаи, алхимические рецепты запоминались слету.
— Всю жизнь мечтала почитать сей труд на семисот страниц!
Компаньонка расплылась в улыбке, а я ответила ей цветущим оскалом, дуэнья почуяла подвох, бровки нахмурила, губки поджала, но в чем дело скумекать не успела.
— Предлагаю скрасить путь, леди Реймс. Открывайте талмуд и начинайте читать вслух. Я бы с радостью сделала это сама, но вчера лекарь строго-настрого велел не напрягать зрение. Так что полагаюсь на вас.
Дуэнья замялась, лик ее потемнел, чело нахмурилось, а небеса в очах налились грозовыми тучами.
Сижу и наблюдаю, как скоро молнии посыплются или еще чуток подстегнуть придется. Если опять с нравоучениями полезет, честное слово, прикажу читать книжицу стражникам вместо сказок перед сном. Вряд ли солдат проймет слово Божье, а вот благообразная дамочка достигнет новых высот в науке — срамословия.
Леди Реймс вздохнула, открыла талмуд и начала читать:
— Все, что мы видим: небо, солнце, луну, звезды, облака, землю…
— Громче, вас совсем не слышно!
Придворная дама зубами скрежетать умеет не хуже голодного зайца.
— На которой мы живем, воздух, которым дышим, — и все, что на земле: траву, деревья, горы, реки, моря, рыб, птиц, зверей, животных, и наконец, людей, то есть нас самих…
— А где интонация? Мелисса, вы меня заинтересовать пытаетесь или убаюкать?
На этот раз зубной скрежет прозвучал особенно громко.
— Все это сотворил…
— Чего это вы дышите так грозно? Да еще и зубами скрипите! Вдох-выдох и спокойствие!
Она чуть не зарычала и таким взглядом меня удостоила, что теперь и к черту в пасть заглянуть нестрашно. Улыбаюсь, знаю — на разгневанных людей, улыбка действует, как красная тряпка на быка.
— Ваше высочество, попрошу не перебивать!
— Перебивать, да ни в коем случае, я просто вношу ясность!
Мордень леди сделалась алой, даже белила не спасали. Казалось, из ушей вот-вот дым повалит. Она сжала пальцы в кулаки.
— Какое невежество! Устыдитесь, ваше высочество, где ваши манеры! Чем занимались ваши учителя? Глядели на сторону? Вы же принцесса Витании!
Шутить и ерничать перехотелось, я смерила леди Реймс неприязненным взглядом. Не хватало еще чтобы какая-то старая дева критиковала моих наставников. Леди Вилая может и не идеальная наставница, но благодаря ей я знаю четыре языка, разбираюсь в географии и арифметике, а сколько она историй рассказывала, легенд и преданий, просто не сосчитать.
В ненастные дни вся детвора Ловецка собиралась у нас возле очага, чтобы послушать байку от Вилаи. Рассказчица садилась в старинное кресло, потом некоторое время смотрела на пламя, собиралась с мыслями, а мы ждали, затаив дыхание. Когда она начинала рассказ, ее голос становился мягче и ласковее. В детстве мне казалось, что в ней живет два разных человека. Однажды я поделилась наблюдениями с крестным, тот не стал высмеивать предположение и отнесся к фантазиям совершенно серьезно, даже сыскал возможность заглянуть к нам в поместье. Оказалось, ничего мистического в моей преподавательнице нет, просто Вилая мастерски владеет голосом, от этого я еще сильнее зауважала наставницу. Жаль, что ей запретили ехать со мной во дворец.
Вынырнув из воспоминаний, вновь посмотрела на леди Реймс.
— Мое никудышнее воспитание, как вы выразились — это недостаток, который можно легко побороть. А вот ваш тяжелый характер проблема, куда более сложная и требующая внимания… Сколько займет дорога до Фланфорда? Дней десять, двенадцать?
— Девять… И я не понимаю, о чем вы, ваше высочество?
— Книга в ваших руках, говорят она учит смирению и что немаловажно — терпению.
— И что?
— Учитесь, — улыбнулась дамочке. Леди хлопнула глазами, — я желаю услышать вечером пересказ, — чуть помедлив подарила аристократке медовую улыбку: — дословный.
По лицу собеседницы стало ясно, я нажила врага. Дама сурово поджала губы, захлопнула талмуд и воззрилась на меня.
— Да, будет вам известно, что я фрейлина ее Величества и подчиняюсь только ее приказам!
Наконец-то дамочка показала зубки. Ничего мы тоже не пальцем деланные, леди Вилая, растолковала мне придворную иерархию, так что я позволила себе облокотиться на спинку лавки и подарила дуэнье счастливую улыбку.
— А где же она? Что-то я не вижу здесь ее Величество Иоланту…