Мария Ирисова – Опальная принцесса (страница 38)
— Эх, услада женских глаз, любовалась бы и любовалась, — протянула сеньорита воительница.
Вечером она даже бронелифчик сняла, осталась в дорогущей вышитой шелковыми нитями рубашке, вот только менее внушительной быть не перестала. Даже супруга старосты иноземку по дуге обходила и косилась с опаской.
Лаура тоже не отставала от своей телохранительницы и с ехидной улыбкой разглядывала полуголого Рустама.
— Баня! — простонал Джереми и навострил пятки туда.
Шаг второй и я заступаю наглецу дорогу.
— Куда?! В грязной одежке-то? И вообще вас, Джереми сюда не звали!
Граф был готов меня прибить, ведь я стояла на пути к вожделенной бане и сдвигаться в сторону совсем не собиралась. До сих пор в голове полыхали его слова про то, что весь Радужный лес спалить видите ли нужно! Ух, как вспомню кровь кипит, а гнев белый свет перекрывает.
— Мне что прямо тут раздеться? — спросил Барлоу.
— Вам отправляться туда, где вы о постое договорились! Тут мест нет!
— Не буду я в храм жаловаться! — присмирел граф.
— Ясное дело, — фыркнула в ответ. — Вам за поклеп такой штаф выдадут…
Джереми зыркнул на меня недовольно, потом покосился на Рустама, ухмыльнулся во весь рот и выдал новую глупость:
— А еще я никому не скажу, что монах Рус — фальшивка.
— Да, кто вам поверит! — возразила я, вот только в тот же миг мне на плечи легли горячие ладони. Затем Конкрадов бесцеремонно подвинул меня в сторону.
— Поспорили и будет, пусти человека помыться, не доводи до крайностей!
— Ах, он еще и добрый! — Мелиса ручки вместе сложила и щеку ими умилительно подперла, а глазки блестят так подозрительно… Хм, будто она его сейчас на плечо закинет и в спаленку умыкнет.
Джереми пользуясь моментом прошмыгнул в помывочную и так дверью хлопнул, что чуть косяк не разворотил.
— Вот зачем ты вмешался? Я бы его выгнала, он хотел на бесноватых в храм накляузничать. И радужный лес считает напастью, а еще мечтает сжечь!
В ответ на мою возмущенную тираду мне прилетел щелбан в лоб, не больно, но очень обидно.
— Опущу тебя с небес на землю, в королевстве много таких. И спорить с ними бессмысленно. Человек боится всего, что не понимает, природа у нас такая.
— И все равно Джереми не прав!
— Да, и он сам это понял, более того. Как думаешь почему он такой грязный явился?
Развожу руками, мне откуда знать.
— Похоже он тоже лопатой знатно поработать успел…
— Э-э-э, а как ты это понял?
В ответ он лукаво улыбнулся и развел руками. Мол сама догадайся! Вот ведь прохиндей!
Мужчина, тем временем, перевел голодный взгляд на стол, каких-то особых изысков там не наблюдалось, но рагу пахло вкусно. Миг и Рустам уже на лавке восседает, рядом с сеньоритой-воительницей, будто волшебным образом туда перенесся. А еще рагу в тарелку накладывает и всем барышням улыбки расточает.
— Вержик, давай поужинаем, а? Я так проголодался! — миролюбиво предложил Конкрадов и даже на улыбку для меня расщедрился.
Не успела я и слова сказать, как второе пустующее место заняла Мелиса. Пришлось моему высочеству тесниться на самом краю лавки. Что ж в тесноте да не в обиде, а еще тут рядом такие колбаски вкусные лежат и все мне.
Сидим мы, значится, ложками работаем, даже языки почесать некогда и тут дверь скрипит. И что?
Да, хоть бы кто-то обернулся. Следом послышались босые шаги и возле стола возник Джереми, выкупанный, распаренный и полуголый.
А мы с девчонками колбаски наворачиваем, сырком закусываем и в сторону голопопика не смотрим, от слова совсем. Ладно-ладно, причинное место Джереми банным полотенцем обернул, а то сразу бы на обвинение в неподобающем поведении нарвался и пошел бы обратно под дождь.
Сопение становится громче, мест на лавке нет, да и подвигаться никто из нас не спешит. Пихаю Мелису в бок и кивком прошу подвинуться. Как ни крути, но нам с графом еще долго в одном направлении ехать, поругаться мы всегда успеем.
Барлоу уселся подле меня и что вы думаете? Тут же руку к моим колбаскам потянул. Мы так не договаривались! Подныриваю по его загребущие пальцы и хвать самый большой кусочек.
Джереми сопит, но молчит, тянется к сыру, но я опять успеваю раньше.
— Леди Вержана, вы с таким успехом ни в одно платье не поместитесь!
— Платье ерунда, его расшить можно. А вот если вы в доспехи не влезете, что тогда делать будем? Вон там рагу! — указываю взглядом на большую кастрюлю, где съестного на донышке осталось.
Джереми качает головой и высыпает себе остатки угощения. Без возмущения и пререкания. Ничего себе, да он почти шелковый.
Не успела я обрадоваться, на лицо графа полыхнуло всеми красками недовольства. Чего это он?
Оборачиваюсь и что я вижу, Мелиса в полудреме положила голову на плечо к Рустаму. Вся такая миленькая, сопит себе тихонько.
— Вот ведь, как можно быть такой беспечной? — пробормотала под нос и легонько потрясла дуэнью за плечо.
В тот же миг она встрепенулась и посмотрела на меня осоловевшими глазами.
— Я не сплю, я…
— Цыц! — шикнула на нее и взглянула на Рустама, ну он как бы сидел так, что за него глаз цеплялся. — Рус, сделай доброе дело, отнеси ее в спальню?
Конкрадов подарил мне такой выразительный взгляд, что в пору было грузить Мелису к себе на спину и ишачить.
— Лучше это сделаю я! — вскочил со своего места Джереми.
— Сидите, а то ваше рагу совсем остынет! — я споро пресекла порыв Барлоу. — Лучше, я сама побеспокоюсь о своей дуэнье.
Все, в ее глазах красавицы тоска и разочарование. Более того, кажется, вот-вот слезы покатятся по щекам леди Реймс.
— Пойдем, — хватаю девушку за предплечье и силком увожу в комнату, где нам отвели местечко для ночлега. — Мелисса, что происходит?
— О чем вы? — она наивно хлопает своими длинными ресницами.
— Ты с купца глаз не сводишь? А теперь и вовсе спать на нем удумала. Тебе напомнить, что это — мезальянс, по меркам высшего общества.
— Но он такой… Такой… Сама не понимаю, что со мной. Наверное, я влюбилась, — она трепетно вздохнула и прижала ладони к щекам, а там розовые грезы проплывают.
Сижу и глазами хлопаю, только этого мне не хватало. И что делать? Влюбленная девица пуще злодея, никогда не знаешь, что стукнет ей в голову.
Вдруг Мелисса замерла, а затем порывисто ухватила меня за руки и воззрилась взглядом побитого щенка.
— Ваше высочество, прошу вас, помогите мне.
Если бы стояла, то непременно бы упала, услыхав подобное.
— Что ты такое говоришь?
— Ну, как-то так выходит, что вы постоянно рядом с ним. С моим очаровательным, милым и добрым Рустамом. Прошу, берите меня с собой повсюду? А уж я своего счастья не упущу! Мне безразлично, что другие подумают! Даже если наш брак не одобрят…
— Погоди-погоди брак?
— Ну, да, как честный человек он должен будет на мне жениться.
— После э-э-э… — нет я, конечно, знаю, что происходит в спальне между мужчиной и женщиной, но планировать это вот так, как по мне, неправильно. — По-моему, ты слишком торопишь события, кроме того, Рустам не относится к высшему сословию, а у простых людей порядки другие. И то, на что ты уповаешь, может закончиться всего одной ночью для тебя и позором на всю семью! Хватит разговоров, ложись спать и подумай о моих словах.
Дуэнья нахмурилась и буркнула:
— Я от своих намерений не откажусь.
— Воля твоя, а сейчас спи! — советую ей и тушу единственную свечу в комнате.
Возвращаюсь и плюхаюсь на скамейку возле Рустама. Сижу и молча гляжу, как мужчина с наслаждением пьет квас, большими глотками, будто сейчас знойное лето.