Мария Ирисова – Опальная принцесса во дворце (страница 2)
Впрочем, неудивительно, лели попала во дворец лет пять назад. Была осень, поздний вечер… Адель промокла из-за непогоды, прическа выглядела неопрятно, про дорожное платье и говорить не стоит. Вот в таком виде она и попалась Марианне на глаза. А вторая принцесса быстро окрестила ее мышью и велела всегда носить коричневый или серый, мол такой цвет ей к лицу.
Зато теперь в бирюзовом, девушка выглядела неотразимо, словно аквамарин вычищенный от грязи.
Когда рядом с четвертой принцессой выстроился целый ряд сияющих, некогда отверженных женщин, Люсия почувствовала прилив ликующей, почти безумной надежды. "Вержик сделала это... Даже сидя в башне под замком, она сделала это для меня".
Девушки все прибывали. Люсия даже не представляла, что во дворце столько аристократок, которых заставили уйти в тень по надуманным поводам или просто из зависти.
Вержик сама того не понимая нанесла болезненный удар по самолюбию старших принцесс. Уязвила и унизила, сравняв с полом. И все это случилось даже без ее личного присутствия? Вот как она такое вытворяет?
Тот волшебник-крестный, о котором говорила Вержана он ведь далеко, а чудеса вот они даже руку протягивать не надо.
Не успела Люсия задуматься над возможностями опальной сестренки, как в зал впорхнула Марианна, голубое платье, напоминало топаз или кристаллик льда. Золотые украшения с крохотными бриллиантами играют бликами. Пышная юбка занимает столько места, что подойти к принцессе на расстояние руки просто невозможно.
— Где музыка? — капризно спрашивает сестра наследницы престола. Затем окидывает взглядом зал и немеет, наткнувшись на новообретенную свиту Люсии.
А все почему? Мариана блекла. Рядом с этими яркими, уверенными в себе женщими ее привычная кукольная красота казалась безжизненной и безвкусной. И самое ужасное — она это видела по глазам окружающих.
Естественно второй принцессе такой расклад не понравился. Взбешенный взгляд ощутили все! Будто в зале холодом повеяло, ледяным.
Аристократы напряглись. Агнес и вовсе смотрела на младшую осуждающе.
Люсия хмыкнула. И с чего вдруг столько почестей? Можно подумать, Мариана богиня сошедшая с небес. Почему остальных должен заботить комфорт взбалмошной эгоистичной девчонки? Ладно бы она была королевой, а так…
Четвертая принцесса расправила плечи. За ее спиной свита, теперь ей есть кого защищать!
Чутье не подвело, Мариана подхватила все свои юбки и ринулась в нападение, во всяком случае выражение лица свидетельствовало об этом.
Четыре шага до столкновения, три… Озноб пробрал до самых пяток! Но Люсия позволила себе лишь сделать вдох! Старания Вержаны не пропадут в пустую!
Один… Мариана открыла рот, но проявить свою гадкую натуру не успела.
— Ваше высочество! — раздалось со спины с легким галисийским акцентом.
Люсия обернулась и узрела принца Рикардо. Судя по всему он вошел через другой вход. Откуда только узнал о нем?
Наследник Галисийского престола сегодня выглядел неотразимо. Нет, он и раньше был хорош собой, но сегодня будто особенно старался и готовился к встрече. Бордовый камзол с золотой отделкой, шелковая рубашка. Парень словно даже крепче стал, приятный глазу силуэт с широкими плечами вырисовался. Хотя до этого был скрыт под десятком рубашек. Но главное — одежда принца совершенно не сочеталась с нарядом Марианы. Можно даже сказать конфликтовала.
— Благодарю за приглашение на этот вечер, — изрек принц и протянул руку для приветствия.
Люсия подчинилась традициям, дотронулась до ладони принца. Тот едва уловимо коснулся ее руки губами. И в этот момент что-то зацепило внимание четвертой принцессы, какая-то делать царапнула будто когтем.
И дело не в том, что приглашение принцу девушка не отправляла. Тут что-то другое?
— Надеюсь витанские развлечения придутся вам по вкусу, — в тон принцу молвила Люсия и улыбнулась.
Парень рассеяно кивнул, а его карий взгляд скользил по лицам придворных. Будто искал кого-то. Улыбка сошла с лица младшенькой, она посторонилась.
— Прошу!
Принц Рикардо кивнул и пошел вперед, а за ним обнаружился Тео. Спрашивается, что он делает в свите галисийского принца? Или это рыжий проныра привел сюда иноземного гостя? Весьма вовремя надо признать.
Тео сделал шаг к Люсии взглянул насторожено.
— Надеюсь, я вовремя? — и столько тревоги пряталось на светлым взглядом.
Люсия невольно вспомнила слова Мелиссы, что Тео заставили подружиться с ней, а потом заставили бросить. Но ведь то время, которое они провели вмести до сих пор отзывается теплом в душе, даже не смотря, на обиду.
Люсия протянула руку наследнику герцога.
— Вы, как никогда вовремя, лорд Тео…
Парень завис. Может от улыбки, а может от теплой интонации, которая впервые за долгие годы прозвучала в голосе четвертой принцессы по отношению к нему. Парень порывисто поймал ладошку Люсии и сжал в руках. Будто опасался, что она отвернется или снова спрячется за колкими фразами.
— Хочешь остаться… — голос девушку подвел, прозвучал слишком хрипло, выдавая тревогу, — рядом… Со мной?
Теодор расцвел, а рыжие волосы словно вспыхнули яркими искрами.
— Больше всего на свете, — и в его глазах она наконец увидела не долг, не принуждение, а ту самую искренность, которую так боялась потерять.
Собственная обида, что тяжелой глыбой льда заковывала сердце, вдруг дала трещину. Люсия с удивлением осознала, что улыбается в ответ. Захотелось сжать его теплую ладонь и она наконец позволила себе это сделать.
— Да, не подведешь, — кивнула принцесса, спокойно и уверено. — Потому, что я не позволю!
Тео — просиял. Короткая фраза означала многое. Принцесса готова оставить обиды в прошлом и двигаться вперед вместе с ним. Рука об руку.
Взгляд девушки неожиданно зацепился за фигуру Мигеля. Сегодня друг принца старался держаться в стороне. Странно и подозрительно. Обычно деятельный нрав тянет парня на подвиги. Однако он скромно стоит возле входа, а синие глаза оценивающе скользят по фигурам красавиц из свиты Люсии. И ладно бы там мелькало просто восхищение, как красивой вещью. Но нет Люсия отчетливо видела проявление мужского интереса. Вот это как раз и царапнуло сознание, последнее время Мигель смотрел так внимательно лишь на Вержану, а остальных будто не существовало.
Догадка вспыхнула в голове, молнией пронеслась и сложилась как картинки пазла.
— Быть не может… Или может?
Люсия оглянулась на принца, потом снова на Мигеля. Лукавая ухмылка расцвела на ее лице, потом дернула спутника за локоток и решительно скомандовала:
— Пойдем-ка со мной! Надо кое-что проверить!
Глава 2. Разозлил волшебника — крепись
Король вернулся в свой кабинет, раздраженно скинул мантию и ринулся к столу. Открыл верхний ящик, сдвинул кипу ненужных бумаг и отыскал свое сокровище — чуть выцветший портрет синеглазой красавицы. Девушка так мило улыбалась, разглядывая маленький букет фиалок, что у короля защемило сердце.
Именно такой Гретхен видели художники в первые дни пребывания во дворце. Более поздние портреты испорчены налетом официоза и статуса. Мужчина провел пальцем по щеке девушки на рисунке, словно хотел дотронуться до румянца.
— Столько лет прошло, — протянул король и сгорбил спину.
Он помнил девушку с портрета живой, веселой, задумчивой, а порой даже сердитой. Каждая эмоция на ее лице до сих пор бередила сердце.
— Наша дочь утверждает, что моя любовь — приворот. Но… Так сложно в это поверить. Зачем? Кому это могло понадобиться?
Король откинулся на спинку кресла, вздохнул и поморщился. Душу грызло непривычное чувство, подобное он уже испытывал много лет назад. В тот треклятый день, когда велел Гретхен уехать в летнюю резиденцию. Злость рвала душу пополам и решение он принимал с горяча.
Сейчас король, будто снова наступил на те же грабли и они хорошенько треснули по лбу, даже заставили чувствовать себя виноватым.
— Эмбер… — монарх потер лоб.
Лишиться герцогини означает потерять контроль над целым регионом. Королевство, итак, в упадке, если начнется грызня за власть, вся Витание рискует утонуть в крови.
Девушка с портрета улыбалась мило и безмятежно, только на дне синих глаз будто затаилось лукавство.
“Ты боишься потерять крестницу, но не боишься потерять дочь!” — горело во взгляде Гретхен.
— Вержана, упряма, изворотлива и совершенно неуправляема! Зачем ты только увезла ее в захолустье.
Улыбка на лице девушки на миг, будто бы стала плутовской.
“А чтобы она выжила, — словно воочию услыхал король. — Здесь, при дворе, из нее вылепили бы такую же куклу, как остальные!”
— Неправда! — крикнул он, вскакивая с кресла.
Ответом служила тишина, мерзкая и сопоставимая только с холодным склепом. Монарх сгорбил спину. Еще раз провел пальцем по щеке нарисованной красавицы и бережно спрятал драгоценность в ящик. Вздохнул, а на душе стало только гаже и тяжелее.
Долг отца так тесно переплелся с королевским. Отпустить Вержану означает лишиться поддержки Истрийского княжества, а она сейчас нужна позарез. Да и куда подастся опальная королевская дочь? В глухомань? В нищету? Разве такого заслуживает дочь от любимой женщины? Даже выдать ее замуж за местного аристократа будет весьма проблематично. Король может надавить, но всем понятно, как будет относиться к Вержику семья новоиспеченного супруга.
Король провел рукой по бороде. Зря он столько лет пренебрегал ею.