Мария Ирисова – Опальная принцесса и запретный лес (страница 18)

Непостижимый тип, мы в таком переплёте, а он до сих пор ни разу не отругал меня. Протягиваю руки, чтобы опять ему плечи растереть.

— А я в пятнадцать из дома сбежал… В армию… — прозвучало над ухом, едва перекрывая рёв ветра.

Пятнадцать? Вспоминаю ловецких мальчишек — да они ж в таком возрасте совсем нескладные и как щепки. Дунь — перешибёшь.

— Какая там армия… — буркнула и на князя покосилась, а тот в ответ пожал плечами.

— Сила внутри бушевала… Я боялся причинить вред, — опять на грани слышимости. Успокаиваться болтовня мало помогала, но лучше так, чем заниматься самоедством.

Лес безумствовал, и нет возможности его утихомирить. Только ждать, пока буря утихнет. Это что ж лесу такое сделали, почему он чародеев ненавидит…

— И что, взяли? — спрашиваю, а мороз уже буквально кожу жжёт.

— Пять раз выгоняли! — признался князь.

А я обалдела — вот это настырство, мне до такого расти и расти.

— Только я ж мечтал быть как отец — стражем истрийских границ… На шестой раз приняли!

Вот теперья заметила несостыковку, его отец... Он ведь тоже должен быть князем при чем тут страж? Или как раз тогда в Истрии династия сменилась?

— Ты не должен был стать князем, да? — предположила тихонько и по-новому взглянула на мужчину. Такой большой, сильный, на вид словно камень… Но никак не могу отделаться от ощущения, что в груди у князя трещина, а может, вообще дыра сквозная.

Следом взгляд цепляется за кольцо. Мерзкая вещица, она с каждой минутой раздражает всё сильнее.

Грохотнуло так, что уши заложило, а в небе что-то шваркнуло, вокруг стало светло как днём. Защитный круг из деревьев сжался, светящаяся сфера пошла рябью. Я пискнула и обняла князя, забыв обо всём.

Ледяная рука легла на спину, вызывая полчище мурашек, а следом опалило желание убраться подальше — я ж будто с каменной глыбой обнимаюсь. Только князь держит крепко, словно пытается согреться моим теплом.

Порывисто дёрнулась, но голос разума возобладал, и я осталась. Заодно принялась ему спину растирать.

— Княжеский венец признал именно меня, а не наследника первой династии Ярослава… — поведал, а его дыхание обжигало ухо. — Теперь весь истрийский двор негодует: я — полководец, и, по мнению многих, мне не место на троне. — Голос упал до хрипоты.

— Венец выбрал? — картинка не желала складываться в голове.

— В нём фейская магия… Так что да!

Я отодвинулась совсем чуть-чуть, чтобы видеть лицо Александра. Тот мрачно улыбался, а глаза полыхали огнём, казалось, он сбросил опостылевшую маску воспитанного лорда и показал настоящего себя — оскал воина, не раз глядевшего в лицо смерти.

— Отец занимал трон всего год… Потом заболел… Хворь сожрала его за два месяца. — Александр сцепил зубы так, что желваки выступили, секунда — и на хмуром лице расцвела кривая ухмылка. — Вскоре вся политическая ахинея свалилась на меня.

Стало и смешно, и горько. Мы такие разные, но оба совершенно не стремимся к власти, а та исподтишка норовит свалиться… Кирпичом на голову.

По телу пробежала дрожь, и я невольно прижала ладони к груди.

— Напугал? — маска добропорядочного лорда снова улеглась на лицо Александра. — Я не хотел… — признался, а сам плечами повёл, а губы-то до сих пор синюшные.

Мотаю головой — в конце концов, я разъярённому чародею в глаза смотрела и даже мордень пыталась расцарапать, чего мне князя бояться?

— Давай я ещё разотру, — и указываю на его плечи.

Мужчина кивает едва уловимо, даже капельку недоверчиво, будто вместо безобидной принцессы сидит тёмный фейри. Под цепким взглядом неуютно, кажется, князь пытается заглянуть прямо в душу.

«Ага, с демонами познакомиться? Давай-давай, мы с радостью! — заявил голосок из темноты».

«Молчи и не отсвечивай! — мысленно велела я тем самым демонам и давай дальше князя жмакать».

И его согрею, и сама подвигаюсь, а заодно дурные мысли голову терроризировать не будут. Ага, размечталась — переживания атаковали и жалили ничуть не меньше, чем мороз.

— Чего носом шмыгаешь? — заметил князь, а следом мимоходом до щеки дотронулся. — Опять глупости надумываешь? — буркнул раздосадованно, кажется, мои слёзы его напрягали сильнее магической бури. — Знаешь, аномалии больше двухсот лет.

— И что? Радужному лесу еще больше…

Князь мотнул головой.

— Лес за это время ни разу не показал, насколько он умный. А с тобой заговорил чуть ли не с порога… Думаю, он тобой заинтересовался, как только ты зелье применила.

— Говорю же, от меня сплошные неприятности…

— Наоборот, — мотнул головой Александр. — За час рядом с тобой я узнал больше, чем в летописях понаписано. Ты лесу понравилась, он даже защищает тебя. Если бы не деревья, вьюга разнесла бы щит… — князь улыбнулся и в сердцах сознался: — Да и вообще, как принцесса, ты рушишь все мои представления о знатных барышнях.

Выдал комплимент он, правда какой-то странный. Но я всё равно улыбнулась — приятно, Сандр не осуждал, не ругал, а поддерживал… Как Добриэль.

Грудь сдавило ощущение, что я обманываю хорошего человека. Следом на душе гадко сделалось.

— Тоже мне нашёл знатную барышню, — фыркнула. — Я — воспитанница чародея, а лес у вас милый… — сказала и взялась разминать другое плечо.

— Из нас может получиться хорошая парочка! — рассмеялся Александр, и это выглядело невозможно. В метре бушует смертоносная волшба, сам князь выглядит полузамерзшим, но сидит и хохочет. Ненормальный!

Только от его смеха тревога отступила, будто осознала, что такого человека даже самый лютый мороз не одолеет.

— Грубоватый вояка и княгиня-зельевар… Совет будет в шоке! — выдал Александр.

Я замерла.

Просто у меня культурный шок случился. После всего, что я тут натворила, он до сих пор допускает мысль о женитьбе… на мне? Как так? Ему острых ощущений не достаёт или что?

Князь запинку заметил и сразу взгляд на меня скосил — внимательный такой, с толикой подозрения.

— Судя по лицу, наш союз тебе не по душе, — серые глаза блеснули сталью, напоминая, что рядом со мной не какой-то мальчик, а целый истрийский владетель. Мужчина прищурился, буквально впиваясь в меня взглядом. — Или дело в галисийском наследнике? Данияр докладывал, что у него к тебе чувства…

Сердце ёкнуло. Теперь сквозь налёт вежливости со мной говорил не князь. Нет, рядышком с посиневшими губами сидел боец, который на опасность реагирует единственно возможным способом — избавляется от неё. Одним росчерком, а вернее — одной молнией.

Холод сжал плечи, удавкой сдавил шею. Если я сейчас скажу, что симпатия взаимна… Вдруг он прикажет убить Рика? Вдруг из-за умения договариваться с аномальным лесом я стала ценным активом, который Александр желает получить любой ценой?

Ехать в Галисию я не хочу! Но и выходить замуж за князя — тоже! Как и откровенничать с ним касательно чувств. И тут мой взор зацепился за треклятую подвеску с кольцом. Злость — дикая, иррациональная — захлестнула с головой. Я рванула цепочку, притягивая князя к себе так резко, что он чуть не ткнулся носом в моё лицо.

Хочет откровенности, посмотрим, насколько он сам к ней готов.

— А это? Что? — рявкнула, не сдерживаясь, и снова дёрнула, да так сильно, что Александр поморщился. — Чьё это кольцо? Почему ты носишь его на груди, как талисман? И при этом размышляешь о… нас? Лучше поведай, где твоя настоящая невеста?

Глава 10. В поход за волшебством

Агнес мяла ладошками подол простого платья и пыталась понять, как она вообще согласилась на эту авантюру. Всего лишь наведаться в гости к организаторам гулянки, то есть к фейри!

К фейри! Которых никто, кроме Вержаны, не видит.

Сумасшествие чистой воды. И оно бессовестно набирало обороты.

А всё началось невинного восклицания младшенькой:

— Я знаю, кто нас проведёт! — заявила и умотала.

Куда? Конечно же в башню Вержаны. У неё даже ключи от двери нашлись! Кронпринцесса двинулась следом, но на пути её обогнал Риккардо, да так прытко, будто надеялся там Вержану встретить.

Башня пустовала.

Агнес переступила порог и огляделась. Раньше это место выглядело пустынным, грязным и пугающей, словно пристанище призраков. Вержана и тут приложила руку — помещение изменилось до неузнаваемости. Стены стали светлыми, добавилась мебель, на пол улеглись ковры, а воздух наполнился сладким ароматом карамели и яблок.

Уютно, даже хотелось задержаться, только не отпускало ощущение чужого взгляда в спину.

Думаете, на преображении странности закончились? Если бы.

В комнате лежали яблоки, буквально повсюду. Красивые, наливные, алые, и такие спелые, что захотелось схватить и попробовать. Кронпринцесса потянулась за угощением, но Эмбер перехватила её руку.

— Не советую… — качнула головой она, а узрев недоумение Агнес, расщедрилась на пояснение: — это угощение для фейри.

Тут есть фейри? Мурашки стаей пронеслись по спине, заставили поёжиться. Вдруг у Вержаны тут какой-нибудь цербер сидит. Облизывается…