Мария Ильясова – Начало перемен (страница 6)

– Я помню, – ответила она, и в ее глазах я снова увидел ту дерзость, которая меня так раздражала, и одновременно, так притягивала, не давая мне покоя.

Я посмотрел на нее, и я не понимал, что происходит. Я пришел ее отчитать за возможные ошибки, а вместо этого я начал ее хвалить. Я пришел ее контролировать, а вместо этого я начал за ней наблюдать, как зачарованный.

Я понимал, что она влияет на меня, что она меняет меня, что она заставляет меня чувствовать то, что я давно не чувствовал, пробуждая во мне какие-то давно забытые эмоции. И это меня одновременно пугало, потому что я боялся потерять контроль, и, в то же время, непреодолимо притягивало, заставляя меня желать чего-то большего.

Я не мог больше здесь оставаться, потому что чувствовал, что теряю самообладание. Я понимал, что должен уйти, что должен вернуться к своей работе, что должен взять себя в руки, пока не наделал глупостей.

Я развернулся и, не говоря ни слова, пошел обратно в свой кабинет, стараясь скрыть от нее свое замешательство. Но, закрывая за собой дверь, я не мог перестать думать о ней, чувствовал ее присутствие рядом, словно она была частью меня. Я понимал, что она что-то во мне изменила, что она вошла в мою жизнь, и я не знаю, что будет дальше. Эта мысль одновременно пугала и заставляла сердце биться быстрее.

После того как я вернулся в свой кабинет, я попытался сосредоточиться на работе, но мои мысли все время возвращались к Арине. Я не мог выбросить ее из головы. Я все время вспоминал ее лицо, ее глаза, ее уверенность.

Я решил переключиться на дела. Я открыл свое расписание и просмотрел встречи на сегодня. Меня ждал напряженный день, и я должен был забыть о своих чувствах и сосредоточиться на бизнесе.

Я увидел, что через пятнадцать минут ко мне должны прийти важные клиенты. Мне нужно было подготовиться к встрече и проконтролировать, чтобы все было идеально. Я привык к порядку и пунктуальности, и я не терпел никаких ошибок.

Я позвонил Арине и, стараясь придать своему голосу как можно больше строгости, сказал:

– Арина, зайди ко мне.

Через несколько секунд она уже стояла у двери моего кабинета. Она была такой собранной и серьезной, и я не мог скрыть своего восхищения.

– Да, Марк Волков? – спросила она, глядя на меня прямо в глаза.

– Через пятнадцать минут ко мне придут важные клиенты, – ответил я, стараясь сохранить свой обычный деловой тон. – Твоя задача – встретить их, проводить в переговорную и предложить напитки. Ты поняла?

– Да, Марк Андреевич, – ответила она, не отводя от меня взгляда.

– И помни, – добавил я, стараясь ей это хорошенько внушить, – я не терплю ошибок. И если ты что-то напутаешь, у тебя будут проблемы.

– Я все поняла, – ответила она, и в ее глазах я снова увидел ту дерзость, которая меня так раздражала.

– Хорошо, – сказал я, стараясь скрыть свое раздражение. – Можешь идти.

Она вышла из моего кабинета, и я наконец смог вздохнуть свободно. Но, признаться честно, я почему-то начал переживать. Я понимал, что я возложил на нее большую ответственность, и я не знал, как она с ней справится.

Я хотел, чтобы она меня впечатлила, я хотел, чтобы она показала себя с лучшей стороны, я хотел, чтобы она стала незаменимой. Но я также боялся, что она разочарует меня, что она сделает какую-нибудь ошибку, что она покажет себя слабой и неуклюжей.

Я понимал, что мои чувства к ней были какими-то странными и противоречивыми. Я одновременно раздражался и восхищался ею, я одновременно боялся и желал ее, я одновременно хотел ее контролировать и защищать.

И эта борьба внутри меня меня почему-то забавляла. Я понимал, что я изменился, что я стал другим, что я больше не такой, каким был раньше. И все это из-за нее.

7.Арина

Когда Марк, через своего помощника, вызвал меня в свой кабинет, я почувствовала легкое напряжение, словно перед экзаменом. Я не знала, чего от него ожидать, что на этот раз он придумал. Может быть, он снова будет меня отчитывать за какую-нибудь мелочь, может быть, он захочет меня испытать на прочность, может быть, он просто захочет посмотреть на мою реакцию, на то, как я поведу себя в той или иной ситуации.

Я вошла в его кабинет и, стараясь сохранить спокойствие, как будто ничего не происходит, посмотрела ему прямо в глаза, не опуская взгляда и не проявляя ни капли страха. Он был серьезен и собран, как всегда, и я понимала, что это не просто разговор, а какое-то задание, проверка моих профессиональных качеств, некое испытание, которое я должна пройти с честью.

– Через пятнадцать минут ко мне приедут важные клиенты, – сказал он, глядя на меня с каким-то вызовом, словно бросал мне перчатку, словно говорил: "Ну, посмотрим, на что ты способна". – Твоя задача – встретить их у входа, представиться, проводить в переговорную и предложить напитки. Ты поняла, что от тебя требуется?

Я кивнула, понимая, что он хотел проверить меня, что он хотел посмотреть, как я справлюсь с этим заданием, насколько я быстро смогу адаптироваться к ситуации и не растеряюсь ли.

– Да, Марк Андреевич, – ответила я, стараясь не показать своего волнения, сохраняя уверенность в голосе.

– И помни, – добавил он, стараясь меня запугать, словно маленький тиран, – я не терплю ошибок, даже самых незначительных. И если ты что-то напутаешь, если проявишь некомпетентность, у тебя будут серьезные проблемы, я тебя уверяю.

Я усмехнулась, не сдержав саркастической улыбки. Он всегда пытался меня запугать, он всегда пытался меня контролировать, как марионетку, но я не собиралась ему поддаваться, становиться его бессловесной игрушкой.

– Я все поняла, – ответила я, не отводя от него взгляда, не показывая, что его угрозы меня как-то пугают. – Могу идти? Или, может быть, вам нужно что-то еще?

Он кивнул, и я вышла из его кабинета, чувствуя, как меня переполняет решимость, словно я готова свернуть горы. Я хотела доказать ему, что я не просто какая-то секретарша, что я сильная и независимая женщина, что я способна справиться с любой задачей, какой бы сложной она ни была. Я хотела показать ему, что он ошибался, недооценивая меня, и что я еще докажу свою ценность.

Я посмотрела на часы и поняла, что у меня есть всего пятнадцать минут, чтобы подготовиться к приходу клиентов. Я быстро просмотрела свои записи, запомнила имена клиентов и их предпочтения в напитках. Я также убедилась, что переговорная готова к приему гостей.

Я чувствовала, что меня переполняет какое-то странное волнение. С одной стороны, я боялась провалиться, боялась сделать ошибку, боялась разочаровать Марка. Но с другой стороны, я была полна решимости показать себя с лучшей стороны, доказать всем, что я достойна этой работы.

Когда клиенты пришли, я встретила их с улыбкой и с уверенностью. Я проводила их в переговорную, предложила напитки и, убедившись, что все в порядке, оставила их одних.

Я села за свой стол и, стараясь успокоиться, глубоко вздохнула. Я понимала, что я справилась с первым заданием, что я смогла показать себя с лучшей стороны. И это меня одновременно радовало и пугало. Я не знала, что ждет меня впереди, но я была готова к любому испытанию.

После того, как я проводила клиентов в переговорную и убедилась, что они устроились, я вернулась на свое рабочее место. Я почувствовала облегчение от того, что смогла справиться с первым заданием, но в то же время меня охватывала какая-то тревога. Я не знала, что будет дальше, и эта неопределенность меня пугала.

Я села за свой стол и принялась перебирать свои записи, стараясь сосредоточиться на работе. Но мои мысли все время возвращались к Марку. Я не могла перестать думать о его пронзительном взгляде, его строгом тоне, его сдержанной силе.

Я понимала, что он следит за мной, что он наблюдает за каждым моим шагом, что он ждет от меня какой-то ошибки. И это меня одновременно раздражало и заводило. Я не хотела, чтобы он видел меня слабой, я не хотела, чтобы он думал, что я не способна справиться с этой работой.

Я старалась сосредоточиться на своих обязанностях, но мне это плохо удавалось. Я не могла выкинуть из головы Марка и все, что произошло за последние сутки. Я вспоминала его помощь в парке, его заботу, его резкие слова и приказы. Я не понимала, что он на самом деле ко мне чувствует, и это меня почему-то волновало.

Я посмотрела на часы и поняла, что прошло уже почти полчаса. Марк все еще не выходил из своего кабинета, и я начала беспокоиться. Я не знала, что он сейчас делает, я не знала, доволен ли он моей работой, я не знала, ждет ли он меня или уже забыл обо мне.

Я старалась не думать о плохом, старалась сохранять спокойствие, но внутри меня все кипело. Я чувствовала себя, как на пороховой бочке, готовая взорваться в любой момент.

Я не привыкла к такому ожиданию, я не привыкла к такому напряжению, я не привыкла к таким чувствам. Я понимала, что моя жизнь кардинально изменилась, что я больше не могу жить так, как жила раньше, что я должна приспособиться к новым условиям, что я должна бороться за свое место под солнцем.

Я посмотрела на толстовку Марка, которую я небрежно оставила на спинке своего стула. Я взяла ее в руки и почувствовала, как меня охватывает какое-то странное чувство. Я не понимала, что это, но я знала, что это связано с Марком.