Мария Хомутовская – Учитель (страница 20)
Иногда я думал о мальчике. Он был верным помощником, но лишь до тех пор, пока не достиг своей цели. Он знал, что король обманет, и сбежал. Сложно обвинять его в этом, но меня не оставляло чувство, что он мог, если бы захотел, избавить меня от последствий моего великодушия.
Но самой страшной была мысль, что волчонок околдовал меня, что на самом деле не было предательства Геллы, а Сай хитростью заставил меня отдать кристалл королю ради собственной цели. Сохранить баланс, например.
Даже физические неудобства не причиняли мне таких страданий, как эти разъедающие мысли. После целого дня в кандалах всё тело наливалось болью, я не чувствовал рук. Голод мучил меня, но ещё больше — жажда. Как ни печально это признавать, но я с нетерпением ждал вечернего визита короля, который одним взмахом руки возвращал меня к жизни.
Не думаю, что он мучил меня нарочно, но даже если бы захотел, то не смог бы придумать пытки хуже, чем это жалкое существование. И она не имела конца. Часы складывались в дни, дни — в недели… Сколько времени пройдёт прежде, чем я буду молить Альберта о смерти?
В тот день, когда я сбился со счета времени, дверь, как обычно, отворилась, и показался король. Лицо его было мрачнее тучи. Следом за ним в темницу робко вошла Беата. Вот уж кого я точно не ожидал здесь увидеть!
Она обвела взглядом каменные стены с единственным факелом, а затем посмотрела на меня. Губы её задрожали.
Неужели я так плохо выгляжу? А как же чудодейственное колдовство её отца?
— Логард, моя дочь хочет поговорить с тобой! — объявил король, встав у стены, как страж.
Но Беата только смотрела на меня глазами испуганной лани и молчала. Наверное, ей понадобилась большая смелость, чтобы явиться сюда, но теперь её запасы истощились.
Я провёл языком по пересохшим губам и произнёс:
— Чем я могу быть полезен, Ваше высочество?
Однако она явно не в силах была что-то сказать. Тогда Альберт взял дело в свои руки.
— У моей дочери появились магические способности, Логард. И ей нужно научиться ими управлять. А поскольку появились они из-за тебя, то придётся тебе помочь ей в этом.
— Вы весьма своеобразно просите о помощи, Ваше величество, — заметил я. Но направленный на меня взгляд Беаты поражал в самое сердце.
— Это не просьба, Логард! Не забывай, что твоя участь может стать ещё хуже! — рявкнул король.
Мне всё это не нравилось. Глупая девчонка не понимает, что творит! Обращаясь ко мне за помощью, Беата даёт мне шанс сбежать отсюда. Шанс, который я не могу упустить! Но воспользоваться её наивностью во второй раз будет уже слишком…
— Уверен, у вас много талантливых магов в услужении. Почему бы не обратиться к ним? — холодно поинтересовался я у короля.
— Я так и сделал, — недовольно ответил тот. — Но безрезультатно.
Готов признать, во мне проснулось любопытство. Почему придворные маги не смогли обучить принцессу? Что за необычными способностями она обладает?
— Я создала радужный щит, когда спасала тебя, — вдруг произнесла Беата. — Ни с кем другим у меня этого не получилось.
Я покосился на Альберта. Он стоял, сжав губы, всем видом выражая неудовольствие.
— Я не могу пользоваться магией, как видите. Вот если бы ваш добрейший отец спустил меня вниз…
— Ни за что! — отрезал король. — Будешь говорить Беате, что делать. Приближаться к ней я не позволю!
Я задумался. Всё-таки это занятие лучше, чем предаваться отчаянию в мыслях о погибшей жене.
— Видимо, выбора у меня нет, — подвёл я итог.
Альберт зло глянул на меня:
— К сожалению, и у меня тоже!
Я только усмехнулся. Беата неуверенно опустила глаза.
— Расскажите мне о своей силе, Ваше высочество, — попросил я.
Глядя куда-то мне под ноги, принцесса поведала, как создала вокруг меня щит, а позже случайно спалила жилет короля.
— И прежде такого не случалось?
Она покачала головой.
— Думаю, Ваше величество, — вновь перевёл я взгляд на Альберта. — Пришла пора вспомнить, кем была мать Беаты.
Король изменился в лице. Даже в скудном тюремном свете было видно, как оно вытянулось, опустились уголки губ, прочерчивая у рта глубокие складки.
— Да, мы не вступали в брак, — резко, с вызовом произнёс он. — Но она не была ведьмой. Ни тёмной, ни светлой.
— Я слышал, — начал я, чувствуя, что ступаю на тонкий лёд. — Что она принадлежала к древнему народу…
— Пустые слухи! — перебил меня король.
Наши взгляды скрестились. Его ясно давал понять, что ещё слово — и мне конец. Но почему? Не хочет говорить при дочери?
Краем глаза я наблюдал за принцессой, но на её лице отражалось лишь тревожное ожидание. Ни любопытства, ни предвкушения. Она знала правду о матери.
Пришлось мне надавить на больное:
— Вы хотите помочь Беате или нет?
Загнанный в тупик король, глубоко вздохнув, сдался.
— Даже если предположить… — он с трудом выдавливал слова, будто давным-давно упрятал все мысли о бывшей возлюбленной на самые задворки памяти. — Эльфы всегда хранили свои секреты от людей. Об их магии нам ничего не известно.
— Кроме бессмертия, — рассеянно вставил я.
Перемена была стремительной: лицо Альберта, бледное и скорбное, вдруг скривилось и налилось краснотой.
— Да, ты наверняка много знаешь об этом! — рыкнул он.
Я в удивлении уставился на него.
— О чём вы?
— Бессмертие! Разве среди тёмных магов не ходят легенды о нём?
Но я продолжал недоумевать. Похоже, старый король совсем выжил из ума.
— Кровь эльфов! — вскричал Альберт.
И я наконец вспомнил!
Давным-давно в библиотеке отца я нашёл любопытную книгу. Её автором был тёмный маг, имени которого я уже не вспомню. В книге он описал самые тёмные и жестокие ритуалы, какие испробовал. Необратимые превращения людей в животных, скрещивание видов, эксперименты с кровью. От некоторых его фантазий даже у меня мурашки отвращения ползли по коже. Среди прочего он писал о свойствах крови эльфов. Он взял давние слухи о том, что она может помочь обрести бессмертие, и придумал особый обряд. Ему не хватало лишь проверить его на практике…
Уголки рта Альберта вновь опустились вниз и слегка подрагивали.
Картинка сложилась. Излишняя опека Беаты. Преувеличенная ненависть ко мне. Исчезнувшая без следа эльфийка.
Возлюбленную короля убил какой-то тёмный маг.
Не думаю, что книга существовала в единственном экземпляре. Тёмные маги делились знаниями друг с другом — ведь кроме нас никто не исследовал особенности нашей силы. Возможно, обряд испробовал сам автор, или кто-то столь же жестокий и безрассудный.
Несмотря на то, что читал книгу ещё ребенком, я уже тогда увидел изъяны ритуала. Даже если принять сомнительную идею держать в заточении какого-то эльфа, связанного обрядом, и необходимость постоянно пить его кровь… Чтобы тело мага её приняло, ему пришлось бы изменить себя с помощью заклинаний с весьма туманными последствиями. И всё равно: как только эльф умрёт, маг тоже умрёт. Никто в здравом уме не станет заниматься этим!
— Я не верю в эти легенды, Ваше величество, — сказал я.
— А я не верю тебе! — рявкнул Альберт. — На сегодня достаточно!
И он, схватив дочь за руку, буквально утащил её из подземелья. Едва дверь за ними захлопнулась, как я глухо застонал — король позабыл применить заклинание, поддерживающее во мне жизнь.
Последующие посещения Беаты и короля были не так интересны. Я заставил его раздобыть книгу про бессмертный народ, убедив, что мне нужно больше информации. Поскольку сам я не мог, Беата читала её вслух, а я комментировал те или иные главы, стараясь выудить сведения о магических способностях эльфов. В основном там были сказания и легенды, не представляющие никакой ценности, кроме художественной. Слушая их, Альберт откровенно скучал и через полчаса уже начинал клевать носом. А продолжалось это действо не менее часа.
Принцесса сперва смущалась и отмалчивалась, но вскоре осмелела и стала охотно включаться в разговор, поддерживая или оспаривая мои предположения. Не знаю, что ею двигало: желание обуздать свою силу или глупая влюблённость, но в её суждениях я видел пытливый ум, которого не замечал прежде. И хотя я был сух и груб, стараясь не давать ей ложных надежд, мы легко находили общий язык.
В один из таких визитов король замешкался на пороге. Перед ним появился белый шар. Мне не было слышно, о чём они говорят, но последние слова Альберта я разобрал:
— Я буду через четверть часа.