Мария Геррер – Затмение и любовь (страница 36)

Она задумалась и молчала несколько минут.

– Я нахожусь на распутье, поймите меня…

– Да, я все понимаю. Барон завидный жених – молод, красив, безумно богат.

– Нет, дело не в этом. Его красота и богатство последнее, что меня интересуют.

– Простите, не хотел вас обидеть, – Жан-Пьер осторожно взял девушку за руку, но та так же осторожно высвободила ее. – Я прекрасно понимаю, что простому преподавателю не сравниться с блестящим аристократом.

– Повторяю, дело не в этом, – она была очень расстроена. – Он мой жених. Или, по крайней мере, был им.

– Но вы же ничего не помните.

– Да, но я давала ему слово. Хотя барон обещал мне его вернуть, однако он так несчастен… И очень подавлен. Мне кажется, если я откажу ему, он умрет от тоски или даже застрелится.

– Не думаю. Он же в своем уме. Или, кроме всего прочего он еще и неуравновешен психически? – не удержался от едкости Жан-Пьер.

– Да вы сама доброта, – усмехнулась девушка и сердито набросила на плечи кашемировую шаль, зябко закутавшись в нее. – Не ожидала от вас такого ядовитого замечания.

– Люди в здравом уме не кончают жизнь самоубийством, – извиняющимся тоном произнес молодой человек. – Я не имел в виду ничего дурного, просто констатировал факт.

– Фон Берг не сумасшедший. Так что, пожалуй, барон не застрелится. Вы меня успокоили, – теперь ее голос звучал уже без раздражения. – Просто мне показалось, что вы хотите очернить барона в моих глазах.

– Нет, ничего подобного я не хотел. Признаю, я не прав и повел себя как мелочный эгоист. Фон Берг мне очень не нравится, и я говорю о нем недопустимые вещи. Это глупая ревность. Так нельзя. Забудьте о том, что я только что сказал. Это было отвратительно.

– Так-то лучше. И довольно о фон Берге. Мы уделили ему достаточно времени и едва не поссорились из-за него. А я этого вовсе не хочу.

– Посмотрим книги, которые я вам сегодня принес? Сонеты Петрарки с иллюстрациями Густава Доре, – сменил тему разговора Жан-Пьер. – Прекрасный мастер, тонко чувствующий поэзию эпохи возрождения.

– С удовольствием. Это намного приятнее и интереснее.

Жан-Пьер достал из портфеля две книги небольшого формата.

– Двухтомник. Новое издание, и качество печати просто великолепно.

Екатерина с интересом начала перелистывать страницы:

– Это и правда, прекрасно! Как точно передано настроение сонетов. Доре прекрасный художник и необыкновенный гравер.

– Хотите, я почитаю вам сонеты на итальянском?

– Да, очень хочу. Это такой мелодичный язык.

– Какой прочесть?

– На ваш выбор. Я доверяю вашему вкусу.

Жан-Пьер загадочно улыбнулся, полистал книгу и начал читать нараспев и с чувством. Екатерина без труда поняла, что речь идет о страстной, и возможно, безответной любви.

– Очень красиво и очень печально. А теперь переведите! – тоном королевы приказала она.

– Нет, не сегодня, – покачал головой молодой человек.

– Почему?

– Я прошу вас позволить мне прийти к вам послезавтра. Тогда я и переведу этот сонет.

– Загадочно… Но я всегда рада вам. Так зачем спрашивать моего позволения? – она кокетливо смотрела на Жан-Пьера. – Что вы еще придумали?

– Хочу подарить вам необыкновенный вечер. Романтичный и красивый. Я прочту стихи. Мы будем наслаждаться легким итальянским вином и спелыми персиками. Я знаю одну лавку, там продают необыкновенно ароматные персики. Равным им нет во всем мире. Или, по крайней мере, в Риме.

– Как заманчиво! Но, судя по всему, ваши планы идут дальше?

– Да, я хотел бы предложить вам прогулку по ночному Риму. Послезавтра состоится городской праздник. Чему он посвящен, я так до конца и не понял. Но будет необыкновенный фейерверк. Поверьте, ничего подобного я не видел ни в Париже, ни в Берлине, ни в Вене. Год назад я был потрясен этим грандиозным зрелищем. Но предполагаю, что эта прогулка вряд ли возможна.

– Увы, – вздохнула девушка. – Мне не позволено выходить с виллы. Барон по-прежнему опасается, что покушение на меня может повториться. Хотя я так не думаю. Если бы кто-то действительно хотел убить меня или причинить вред, он мог бы подкупить кого-то из слуг.

– Возможно, слуги очень преданы фон Бергу. Но пусть месье Изварин сопровождает нас. Вдвоем мы сможем при необходимости защитить вас. И ему, возможно, тоже интересно посмотреть на эту красоту, – Жан-Пьер с надеждой взглянул на Екатерину.

– Да уж, очень романтичная прогулка у нас получится, – рассмеялась девушка. – Только его нам и не хватало. Лучше посидим в гостиной, там он, по крайней мере, не появится, пока вы у меня в гостях. Я попрошу его не мешать нам. Господин Изварин более деликатный человек, чем барон. Он понимает мое состояние.

– Это делает ему честь. Я готов сидеть в гостиной. Где угодно, если вы будете рядом. Ну что, согласны провести со мной длинный романтичный вечер? Возможно, вы сможете принять решение о своей дальнейшей судьбе.

– Я догадываюсь, чему на самом деле будет посвящен этот вечер, – девушка покраснела, смутилась, но не смогла спрятать улыбку. – Вы очень милый. Пусть будет по-вашему. Я принимаю ваш подарок. Уверена, вечер получится необыкновенным.

Глава 24

В Италии почти каждый день – какой-то праздник. Четырнадцатого сентября в Риме отмечался очередной из них. Утром этого дня почтальон доставил срочную телеграмму из Флоренции для синьора Изварина.

Егор вошел в библиотеку. В уголке на диване, забравшись на него с ногами и уютно завернувшись в кашемировую шаль, сидела Екатерина. Она читала сонеты Петрарки на французском.

– Доброе утро, Егор, – поздоровалась девушка, оторвавшись от чтения.

– Доброе утро, Екатерина Павловна, – кивнул ей в ответ Егор. – Срочная телеграмма из Флоренции. От Генриха Александровича.

Он протянул девушке бумагу:

– Фон Берг в беде и нуждается во мне.

– Да? – вскинула брови девушка. – Неужели? Кто бы мог подумать?

Она пробежала телеграмму глазами:

– «Срочно приезжай. Случилось непредвиденное. Я ранен. Екатерину с собой не бери, для нее это опасно».

– Мне надо ехать.

– Ну разумеется. Едешь прямо сейчас?

– Конечно, возьму деньги, паспорт и на вокзал.

Девушка поднялась с дивана и вышла из комнаты. Егор отправился собираться. Через несколько минут они встретились в гостиной. Екатерина вручила Егору саквояж:

– Здесь все, что тебе нужно.

Она проводила его до дверей и замерла на пороге, глядя на залитую солнцем площадку перед домом. К порталу лихо подкатил роллс-ройс. На этот раз за рулем автомобиля сидел шофер, служивший в поместье. Он должен был отвезти Егора на вокзал и вернуться обратно.

Девушка помахала рукой Егору:

– Удачной поездки.

Она вернулась в дом, плотнее запахнув на себе шаль. Екатерина прошлась по комнатам. Присела к роялю в гостиной и заиграла «Вечернюю серенаду» Шуберта. Ее тонкие пальчики уверенно порхали по клавишам. Задумчивая и немного печальная мелодия щемила душу и дарила надежду. Девушка закрыла рояль.

Чем бы еще заняться, как скоротать время? Она поднялась на второй этаж и зашла в кабинет фон Берга. У него на письменном столе лежало ярко-красное яблоко. Екатерина взяла его, задумчиво повертела в руках и поднесла к лицу. Она глубоко втянула в себя сладковатый аромат. Красивое, и как чудесно пахнет! Барон говорил, что очень любит яблоки… Девушка с аппетитом откусила кусочек сочного плода и с удовольствием проглотила его. Она уселась на край стола, машинально взяла книгу и полистала желтые пергаментные страницы. Латынь. Что-то про борьбу с ведьмами. Готический шрифт давался ей нелегко, от него рябило в глазах. Екатерина захлопнула фолиант и с наслаждением доела яблоко.

Ближе к вечеру должен прийти Жан-Пьер. Такой приятный молодой человек. Наверняка обрадуется, что и Егора не будет на вилле. Возможно, признается в любви. Или не решится? Скромный, не очень сдержанный, но ненавязчивый. В общем, милый. Даже слишком.

Жан-Пьер появился позже, чем обещал. Солнце уже клонилось к горизонту.

– Задержали в университете, – извинялся он с порога, порывисто входя в холл и целуя девушке руку.

Жан-Пьер принес корзинку с бутылкой кьянти, бархатными персиками, шоколадом и пирожными. Все это великолепие украшали цветы дикой орхидеи.

– Да мы этого за неделю не съедим! – рассмеялась девушка.

– Можно пригласить месье Изварина. Пусть разделит с нами ужин. Он мне нравится. Правда. Возможно потому, что он не ваш жених.

– Да, он оценил бы кьянти, – улыбнулась Екатерина, разглядывая замысловатую бутылку. – Но его срочно вызвал барон. Так что на вилле месье Изварин появится в лучшем случае только завтра утром. Думаю, нам не стоит ждать его возвращения. Пойдемте в столовую и приступим к трапезе. Прикажу накрыть нам стол. Персики и правда великолепны.