Мария Фирсова – Останемся врагами (страница 8)
За ночь снега навалило по колено, кругом пробки были, техника не справлялась. Я нервно курил, наворачивая круги возле служебной тачки, ожидая, когда эти двое появятся. Прошло всего-то несколько минут, а мне казалось – вечность. Они тянулись, как горячая карамель, раздражая, доводя до нервного тика.
- Ты чего такой злой-то? - поинтересовался Борька, усаживаясь в автомобиль.
Я только зубы стиснул, не желая что-либо объяснять, тем более при Кузнецовой. Но мой товарищ читать между строк не умел, потому не пожелал заткнуться, а начал тему развивать. Бля, я чуть ручку двери не оторвал от злости. Меня внутри разрывало, еще и Алинка, нет бы молча сидеть, всячески подыгрывала Борису.
- Ничего, все в порядке, - рыкнул я, делая вид, что пейзаж за окном очень меня интересует.
- Наверное, ночь выдалась бессонной, - внесла свою лепту Алинка, ехидно хмыкнув, - совесть мешала спать.
Борька на мгновение замолчал, переводя взгляд с Кузнецовой на меня. А я думал лишь об одном – ей конец. Вот еще одно слово, один намек, и наплюю, что мы здесь не одни. Схвачу за шкирку и… Что «и» придумать я не мог. Точнее были варианты, конечно, но все они казались неподходящими в данный момент.
- Хм, что случилось такого, чего я не знаю?! - с любопытством во взгляде пробурчал Борька.
Не было сомнений, что этот черт в покое меня теперь не оставит, допытываться будет, весь мозг искрошит, но своего добьется.
- Да все прекрасно. Ужин вчера был семейный, - отмахнулся я.
- Ах, ну да, - закивал тот, как болванчик, - свадьба же на носу.
Кажется, от его слов икнула Алинка. Представляю, как ей хотелось сказать все, что она обо мне думает, но, пожалуй, отложим этот разговор до лучших времен.
- О, Глеб Константинович, вас поздравить можно?! А мальчишник будет?!
- А ты желаешь принять участие?! - хмыкнул я, поворачиваясь к ней.
Алинка насупилась на миг, а потом руки на груди скрестила и посмотрела так, что пот холодный прошиб. Нет, точно язва. Как Славка только справляется с этой дикаркой?! Видимо, не очень, раз она такая мегера!
- А я б не отказался, - засмеялся Борька, - прости, Аль, но ты б стала украшением любого мероприятия.
- Ага, поэтому мы с собой ее и таскаем, - не удержался я.
- Прекрати. Бубнит, как дед старый. Глеб, ты к своему тридцатнику стал совсем невыносим!
- У него кризис, - брякнула Кузнецова, цокнув языком.
А я некстати вспомнил, как вчера этот самый язык с нежностью ласкал мой рот, и стало не по себе. Прикрыл веки, выдохнул, только помогло слабо. Холодный душ бы сейчас или снег за шиворот, чтобы наверняка.
Интересно, а она спокойно ночью спала? Ее взволновал вчерашний поцелуй?
Обругал себя в итоге за дурацкие мысли. Мать же вашу, прав Борька, возраст уже не тот, чтобы голову херней забивать такой. Но как бы не старался – ничего не выходило. Проклятая девчонка! Настоящий яд!
- Аль, а пойдем в кино в выходные? - не унимался Борька, нагло подкатывая к ней, забыл, наверное, кто числился у нее в дружках.
- Ну, - протянула она сначала, добавив через несколько секунд: - Пойдем.
- А как же Славка? - нахмурился я, обведя ее взглядом. Даже обалдел сначала, услышав положительный ответ Кузнецовой. Вот так дела! Это Оползневу она собралась рога наставить?!
- Ну у кого-то тоже есть невеста, - растянув губы в улыбке, выдала она язвительно, явно собираясь затянуть петлю на моей шее.
Глава 7. Алина
Мне казалось, что я сошла с ума. Просто съехала с катушек, лишившись разума, совести и прочих чувств. Разве так можно? Можно реагировать на чужого мужчину настолько остро?! Ну где это видано, чтобы мое тело так откликнулось на прикосновения Глеба?! Я ненавидела себя, свою слабость и в то же время всячески пыталась не выдать восторг. Как ж он хорош – этот мерзкий тип! Эти руки, губы, глаза… Ага, особенно губы. Скольких же девушек этот паразит перецеловал за все свои годы?! Боже, бедная моя Танька. Если бы она только знала…
Я прикусила губу, рассматривая сквозь окно автомобиля белые хлопья. Они кружили в свете уличных фонарей, а в салоне было тепло и уютно. Играла тихая музыка, Славка что-то бубнил над ухом… Отчего-то его голос вводил в дрему, а еще не хотелось поддерживать разговор. Я только кивала в нужных местах, создавая видимость, что мне дико интересна тема тачек, белковых коктейлей и прочей ерунды.
На самом деле, я размышляла, как себя вести теперь с Глебом. Держать дистанцию или… Хотя какое «или», он терпеть не мог меня, я – его, все взаимно.
- Ты грустная какая-то, - делая тише музыку, настороженно произнес Славка.
- Устала просто. Кто-то спать будет до обеда, а мне пахать под начальством твоего будущего родственника.
- Да ладно тебе, - парировал Оползнев, к моему счастью ничего не замечая, в том числе и то, что остаток вечера мы с Глебом даже парочкой фраз не перекинулись. - Он нормальный парень.
- Он мой куратор, - прошипела я, скидывая ладонь Славки со своего колена.
Тот нахмурился, фыркнул и попытался снова вернуть руку на прежнее место.
- За дорогой лучше следи, - шикнула я зло, не желая говорить о Лаврове.
Лишь единственное упоминание о нем подталкивало к самобичеванию, стыдно было перед сестрой в первую очередь, словно я предала ее. Хотя Танька подобного явно не заслуживала. Пусть я и смеялась над ее переживаниями, казавшимися мне такой глупостью, но противное ощущение комом застряло в горле.
- Бука, - потрепал Славка меня по голове, как нашкодившего щенка, - Алька, ну кончай дуться, чего ты взъелась?
- Ты преувеличиваешь, - отмахнулась я, уставившись вновь в окно.
- Это все от недотр…
- Заткнись, - проскулила в ответ, не дав Оползневу закончить фразу. - Ты же знал, что Глеб Константинович… - всплеснула я руками…
- Знал, знал, что он типа твой начальник.
- И какого тогда не сказал?
- А чтобы это изменило?!
Хм, хороший, конечно, вопрос! Чтобы изменилось?! Да я просто не пошла бы на этот ужин, вот и все. Если уж, зная, что сестра сходит до сих пор с ума по нему, и все равно флиртовала с ним, то... вопрос Славки логичен. Ответ был мне известен, только признаваться самой себе паршиво было.
- Давно они с твоей сестрой вместе?
- Да, года два где-то, - пожал Славка плечами, зачем я только завела эту тему. Схватиться б за голову, а лучше бы приложиться о стену, глядишь все б там встало на свои места. - Слушай, может, махнем вчетвером на дачу в выходные? Шашлыки, баня…- воодушевился Оползнев.
Мой парень, сам того не подозревая, загонял меня в тупик. Какая дача?! Да мне взгляда достаточно на этого прохвоста Лаврова, чтобы забыть собственное имя. Нет, все развлекательные мероприятия, где существует вероятность остаться один на один с Глебом, строго запрещены. Пока дурь из головы не выйдет вся. Кажется, пора было занимать очередь за сестрицей и начинать запасаться носовыми платками, потому как бессонные ночи страданий по смазливому красавцу мне обеспечены.
А стоило вспомнить, что утро уже близко, так вообще тоска напала. Едва не всхлипывая, я заламывала собственные пальцы, краем глаза поглядывая на Славку. То ли у него координаты сбились, то ли он просто расслабился, но даже в ус не дул. Обычно Оползнев был крайне ревнив. Мог закатить сцену на пустом месте, а тут как-то пропускал мимо все. Это удивляло и одновременно радовало.
- Когда увидимся? - приобняв меня на прощание, поинтересовался он.
Снег опускался на его плечи и волосы, а я, нарочно растягивая время, смахивала хлопья, чувствуя, как они растекаются водой между пальцами.
- Слав, не знаю, правда. В выходные, - замялась, поджав губу, - может, к родителям рванем с Танькой, а то она всю плешь проела, что дочь я нерадивая.
Оползнев кивнул, понимая, что спорить с сестрицей моей бесполезно. Там аргументы берутся, как из черной дыры, и Славкин дар красноречия как-то быстро исчерпывался.
- Хорошо, - выдохнул он, прикусывая мою нижнюю губу.
Я запустила пальцы в его влажные волосы, привстав на носочки, и зажмурила глаза. Старалась дышать ровнее, а сердце заныло по известным причинам. Обманывать плохо, обманывать близких – преступление. Хотелось сказать «прости» Славке, но знала, что он не поймет, а объяснять придется до бесконечности. И выхода не будет: либо сознаваться в грехе, либо придумывать небылицы. Не готова я была к искренности, потому предпочла роль плохой девочки, врунишки и стервы.
А утром этот… Черт, я даже задохнулась от возмущения, тая, как наст под мартовским солнцем, от взгляда Лаврова. Он так старался не обращать на меня внимания, но я отчетливо слышала, как он скрипит зубами, нарочно шелестя бумагой.
Еще и Борька потом начал провоцировать, предлагая сходить с ним в кино. Чувствовала каждой клеткой, как зол Лавров, но сдержаться не могла, потому подыгрывала с радостью Борису. Пусть побесится, ему полезно!
- Вот, - поддержал меня Борька, - сначала свадьба, потом дети… семейная трясина засосет. Ты, кстати, - обратился он ко мне, - замуж не собираешься?!
- Хм, - поскребла я в макушке, - не задумывалась, конечно. Но это будет мило, правда, Глеб Константинович, представляете, мы с вами породнимся?! У меня еще и сестра есть, между прочим! - выдала я, довольно улыбнувшись.
Пусть проглатывает, старший лейтенант! Неприятно, да?! А вот нечего было приставать к девушкам, которые находятся в отношениях! Горькая пилюля досталась Глебу, и по его лицу было заметно, что он почти готов вытолкать меня на ходу из тачки.