Мария Фирсова – Останемся врагами (страница 16)
- Не бойся меня, - прошептал в каком-то бреду, крепче прижимая ее спиной к своей груди. Руки бесстыдно блуждали по женскому телу. Лаская, поглаживая. Стянул с нее пальто, проник под свитер ладонями, проведя ими по плоскому животу.
- Я не боюсь, - с придыханием ответила она, дрогнув, словно птица в силке.
- Врешь ведь, - усмехнулся я, - вижу, что хочешь, но…
- Нам нельзя, - весьма здравую мысль озвучила Кузнецова, только поздно уже было.
Я терся пахом о бедро Алины, показывая насколько сильно она меня завела и, если сейчас в кабинет ввалится кто-то, вряд ли это могло меня отрезвить. Одурманенный желанием, я позабыл все на свете. Ну, хоть дверь закрыл и то молодец.
- Почему? - полушепотом произнес, теряя голову.
Вот уж идиот, глупее вопроса, конечно, придумать не мог.
- У тебя, кажется, есть невеста, - ехидно фыркнула она в ответ, вцепившись пальцами в мою кисть.
- Если ты считаешь, что это будет моим антидотом против тебя, то зря. Алинка, - прорычал сквозь зубы, разворачивая ее к себе лицом.
Какие же глаза у нее красивые. Глубокие, живые. Сколько там в них всего. Моря бушуют, наверное. Не стал долго думать, впился поцелуем в вишневые губы, плюя откровенно на все вопли здравого смысла. Чертовка! Она хоть понимала, что со мной делает?!
Не оттолкнула. Ответила на поцелуй, да с какой страстью. Сама тянулась, повисая на моей шее. Руки поглаживали ее спину, водя пальцами по позвоночнику. Я ощущал подушечками мурашки на коже Алины, и не мог сдержать радости внутри. Дурак, возможно, но мне так хорошо было в этот миг, рядом с этой врединой.
- Глеб, - попыталась она прервать поцелуй, видимо, понимая, что становится в помещении очень горячо. Воздух накалялся, мы плавились от желания, но она была не готова сделать этот последний шаг к безумию.
- Глеб, - повторила Кузнецова, - прекрати, мне вообще-то надо тебе кое-что сказать.
Я оторвался от ее губ, но еще продолжал удерживать. Какие разговоры, черт тебя возьми, крошка?! Да я думать мог лишь об одном и явно не о посторонних вещах.
- О чем? Ты, кажется, уже все сказала, Славка хочет разворошить мое грязное белье. Да на здоровье, может, что и отыщет.
- Тебя это вообще не волнует? - изогнула она бровь, поражаясь, насколько мне может быть все безразлично.
- Мне плевать. Честно. Скелетов в шкафу у меня особых нет. Бывшие подружки?! И что? Что они могут рассказать? О том, как им понравилось стонать подо мной или что у меня большой член?! - хмыкнул я, делая глубокий вдох.
Алина, похоже, смутилась, опустив взгляд в пол, но тут же собралась и снова посмотрела так, что аж все внутренности перевернулись.
- Ну мало ли, - наконец-то пожала она плечами, - может, и о подружках, может, о семье…
Семье… слово-то какое. На миг, на ничтожную секунду где-то кольнуло. Противно так, мерзко. Сжал зубы, чтобы не выдать себя ничем, но мысли уже вернулись к событиям того времени, о котором бы хотелось забыть навсегда.
Воспоминания, словно фотокарточки в альбомах, всплыли перед глазами, заставляя сжимать челюсть. Стало до одури мерзко от этой грязи. Почувствовал себя ничтожеством, нулем. Так хотелось забыть все, и ведь удалось на какой-то период, но черт дернул Кузнецову заговорить о семье. Да уж, лучше иметь сумасшедшую сестрицу, чем отца дегенерата.
Сцепил руки в замок, сгорая от желания ничем не выдать в себе слабость, а в душе, будто брешь появилась. Думал, что давно переболел, забыл все. Но нет же, временами противно ныть начинало под ложечкой.
- Все в порядке? - взгляд Алинки был встревоженным.
Она прикусила нижнюю губу, внимательно разглядывая меня. Хм, волнение?! На меня еще никто, кажется, так не смотрел. Вожделение – да, немая просьба в глазах, чтобы быстрее трахнул – да, а вот так вот не было. Даже Дашка и то никогда настолько не волновалась, когда разговор касался чего-то важного. Хотя нет, вру, волновалась, но там больше упор был на ее собственные интересы.
- Да, в полном, - кашлянув в кулак, пробурчал я, обходя письменный стол.
Кузнецова подошла ближе, скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на меня.
- И что это значит?
- Что? - изогнула она брови дугой.
- Ты чего-то ждешь, - усмехнулся в ответ.
- Если думаешь, что продолжения, то нет. Увы, - развела эта гордячка руками.
- Тогда к чему такой взгляд?
- Ты везде ищешь второе дно.
- Работа такая – никому не верить.
- Тяжелая жизнь, однако. Но мне не нравится то, что происходит.
- А что-то происходит? - ехидно поинтересовался я, выводя ее на эмоции.
- Вот это все, - окинула взглядом помещение Алина, - твои импульсы в мой адрес.
- Еще скажи – покушение на девичью честь, - засмеялся я, вгоняя Кузнецову в краску.
Господи, она, что цену себе сейчас набивала или как?! Я вообще-то старался не думать, что они зажигают там с Оползневым наедине, иначе это грозило мне тем, что останусь без зубов, сточу их нахрен в крошку. Бесился иногда так, стоило представить подобную картинку. В голове шуметь начинало, а я вставал под холодный душ ночами, вырываясь из плена сладких снов. Надо же было так пошутить судьбе, столкнув меня с этой язвой.
- Идиот, - пробурчала она, плюхнувшись на стул.
- Я тебя тоже очень, - подмигнул ей игриво.
А все-таки нравилось мне, как она реагировала на мои слова. Этот элемент игры заводил не на шутку, и вновь мысли потекли в горизонтальном направлении. По спине скатились капельки пота, а я только кулаки сжал сильнее, стараясь переключиться на что-то менее эротичное, чем ее губы.
- Алин, есть темы, вход на которые закрыт. Для всех, - сурово произнес я, сканируя ее взглядом. - Не потому что ты такая, а потому что там неинтересно, сыро и страшно.
- Да ты мастер метафор, - выдала она, вздернув хорошенький носик вверх.
- А ты заноза в одном месте. Даже не знаю, благодарить ли Оползнева, что подсобил с тобой, или захотеть удавиться.
- Ну, выбор есть всегда, - пожала плечами Алинка.
- Хочешь, договорюсь с ним, и он тебе практику сразу закроет, не нужно будет приходить, - откинувшись на спинку кресла, выдал я, при этом откровенно блефуя, нет, я не мог позволить себе лишиться удовольствия лицезреть ее мордаху каждый день.
Алинка привстала со своего места, наклонилась над столом, буквально перегнувшись через него, и уставилась в мои глаза.
Вау, детка. От такого взгляда мурашки побежали по всему телу. Да, сколько же в ней огня и страсти. Запретный плод, мать его. Как бороться с самим собой?! И не проиграть в этой битве?! Я не знал решения, честно. Мне нравилось быть рядом с ней, провоцировать, задевать, получая ответную реакцию. Но долго это не может продолжаться. Скоро чертова свадьба, да и практика у Алинки закончится через два месяца.
- Нет уж, - медленно и с расстановкой произнесла она, испепеляя меня взглядом, - такой радости я тебе не доставлю. Придется потерпеть, - облизнув губы, добавила Кузнецова, - может тебе травок каких попить, чтобы нервы не шалили?!
- Не нарывайся, - процедил сквозь зубы, готовый вот-вот вскипеть.
- И что ты сделаешь? Вновь начнешь и не закончишь? - фыркнула она, вновь возвращаясь на свое место.
Я едва ли не сгреб ее в охапку. Нет, она сама напрашивалась на продолжение, но чертова работа… Как-то из головы вообще вылетело, что мы должны заниматься делами, а не словоблудием.
Дверь в кабинет распахнулась, оставалось лишь радоваться, что это не случилось десятью минутами раньше. На пороге возник хмурый Оползнев и мы тут же с Алинкой притихли, как полевые мыши.
- Сиди, - взмахнул он рукой, обращаясь ко мне. - Не будем время тратить на заморочки. Бери Алинку и дуй к Шарову.
- Зачем? - округлил я глаза. Просьба будущего тестя была довольно неожиданной.
Кажется, некто Шаров – информатор, проживающий на отшибе где-то, и контакт всегда с ним имел именно Анатолий Михайлович. И это заявление немного сбивало с толку. Зачем к нему ехать я даже предположить не мог, тем более с Алинкой. Вот уж ее только там и не хватало.
- Дело важное, и направить я могу только проверенных людей. Заберешь у него кое-что и вернешься. Слушай и запоминай, в силу обстоятельств, два раза я повторять не буду.
Оползнев приблизился, а я навострил уши. Алина тоже вся в слух превратилась. Впивалась жадно глазами в наши фигуры, и я мог эту девчонку понять, ведь для нее это все, как приключение. Интересное, захватывающее, я даже немного ей завидовал. Мой-то дух авантюризма, кажется, давно иссяк, а у этой куклы все еще впереди. И сейчас она походила на любопытного ребенка. Я слушал Оползнева, а сам краем глаза то и дело ловил ее выражение лица. Забавная. Губы поджала, в руках блокнот теребила, а на щеках румянец играл. Чистая все-таки душа, наивная в чем-то.
Я внимательно выслушал Анатолия Михайловича, кивнул и принялся собираться. Дорога предстояла не близкая, да еще и по такой погоде, конечно. Даже хотел поговорить с ним, может, не стоит все-таки тащить с собой Алинку, но Оползнев был категоричен.
- Мне так спокойнее будет, если вы вдвоем. Тем более, поедешь в гражданском, ее представишь, как свою девушку.
Я едва ли не присвистнул, а Алинка, кажется, икнула.
- Видимо, все серьезно.
- Ты даже не представляешь себе насколько, Глеб. Потому прошу тебя именно. Давай, поезжай. Будь аккуратен, - добавил он, мазнув взглядом по Алине. Она стушевалась на мгновение, но потом расправила плечи и приняла важный вид.