Мария Ерова – Академия в Тридевятом царстве, или Понаехало тут попаданок! (страница 20)
— Не в этом дело, — уклончиво ответил парень. — Я до сих пор уверен в этом. Вот только…
— Да что ты меня пугаешь?! — вновь перебила его Маруся. — Ещё скажи, здесь чудовища водятся! Колодцы с водой стерегут, да наглых студентов и абитуриентов от них отгоняют…
Но словно в ответ на её слова, из глубины подвала послышался какой-то гул, который с каждой секундой всё приближался.
Мамочки!
Марусе очень хотелось завизжать от страха, но природная гордость не позволяла ей это сделать. Но вскоре она забыла и о гордости, и о своём крайне неустойчивом положении на жиже, что была разлита тут повсюду. Потому как вскоре из ближайшего поворота она увидела, как прямо на них несётся огромный червяк, размером в диаметре с вековое дерево, а длиной… А тут уже не до подсчётов было!
И она всё-таки завизжала. А Елисей, уже по привычке дёрнув её за руку, что-то закричал, призывая к спасению, но из-за рёва почти настигнувшего их чудовища она не расслышала, что именно. И вскоре оно их настигло…
Маруся зажмурила глаза, увидев в последний момент перед собой безглазую конусообразную голову и овальный рот, полный мелких и острых зубов.
Кажется, это был их с Елисеем бесславный конец…
Глава 31
И всё же в последний момент девушка вспомнила, что ещё не успела исполнить заветную мечту своей жизни — выйти замуж. А потому, мастерски изогнувшись, как учили на курсах самообороны, она залепила в предполагаемый лоб чудища пяткой, да так сильно, что оно в недоумении отшатнулось.
Елисей, тоже не растерявшись в нужный момент, кувырком откатился в сторону, тем самым выигрывая время для одного из них — теперь перед слегка оклемавшимся после удара гигантским червяком встал выбор, кого из них двоих сожрать первым. Он заводил ноздрями, то в одну, то в другую сторону, не зная, кому отдать предпочтение, ведь Елисея, в качестве готового блюда, было гораздо больше. Но мясцо Маруси, наверняка, было нежнее и сочнее.
— Он нас не видит! Только чует! — прошептал Елисей, воспользовавшись заминкой.
— Сама вижу! — чуть раздражённо ответила девушка. — Он же слепой! Ну, или у него глаза на другом месте…
— Это ещё каком? — удивился парень.
— На том самом! — не стала вдаваться в подробности девушка. А вместо того начала шарить глазами в поисках того, что бы им могло помочь справиться с этим кольчатым.
Меж тем червяк продолжал делать свой сложный выбор, периодически раскрывая свой овальный рот то в сторону Маруси, то в сторону Елисея, но всегда в последний момент останавливался, словно не решаясь довести дело до конца.
«Это он так и с голодухи помереть может», — подумала девушка, наблюдая за душевными стенаниями сложного выбора громадного червяка. И даже в чём-то ему посочувствовала, вспомнив, как в последний раз так же металась в бутике между красным и чёрным коктейльными платьями для вечеринки в честь дня первокурсника. А денег тогда было только на одно…
Но вскоре кольчатый разгильдяй, пораскинув своими скудными мозгами, всё же решил напасть на Елисея, наверняка поразмыслив, что сначала нужно устранить более существенную угрозу. А Марусю оставить на потом, так как выглядела она явно слабее, хоть и первой из них двоих пошла в атаку, зарядив ему пяткой в лоб.
Ох, и зря он так решил! Ох и зря!
Ведь Маруся была робкой и беззащитной, когда дело касалось её самой. Но ведь эта ползающая сосиска покусилась на святое — на реального претендента в её женихи! А этого девушка стерпеть не могла. И в тот момент, когда червь, сделав выпад, набросился на Елисея, она с диким криком прыгнула на него, да так удачно, что оказалась верхом на склизкой противной спине своего противника.
Тот не ожидал, ну вот вообще! Он так завопил, забрыкался, заорал, что забыл о своей жертве и, развернувшись, куда-то помчался, унося Марусю на себе.
Всё это произошло настолько быстро, что и Елисей не сразу отудобил. Он было бросился за ними следом, но, поскользнувшись уже, наверное, в тысячный раз, растянулся на грязном зловонном полу, в бессилии заколотив по нему руками. То, что он так бездарно потерял девушку пусть и в неравном бою, заставило его засомневаться в собственной силе и удали, и на душе кошки заскребли. Но сдаваться сейчас он не имел права. Кто же Марусю будет защищать? Кто из лап, тьфу ты, колец или как там это у червяков называется, будет вытаскивать?
Побарахтавшись ещё немного в «грязевой ванне», Елисею всё же удалось твёрдо встать на ноги. Волочить же их было чрезвычайно тяжело, и всё же он не сдавался, еле-еле пробираясь в ту сторону, куда червяк утащил Марусю. Елисей и думать не хотел, что его боевая подруга уже стала лакомством для этого чудища — всё же девица была боевая, такой и подавиться труда не составило бы! И всё же он переживал. Ведь не просто подругой она ему стала, а практически невестой! Хоть и целоваться пока с ним отказалась. Но, если подумать, он её понимал! Куда с таким в любовь играть, что даже от какого-то чудовища-червяка Елисей защитить её не смог! Девушки на сильных смотрят, да смелых, а он… Эх!
Продолжая заниматься самобичеванием, парень продвигался так шаг за шагом, пока не наткнулся на…
Это место показалось Елисею оазисом среди пустыни! Вернее, вполне себе даже приличным бассейном с чистой водой, пальмами по краям, камушками и морским песком, возле которых не было даже намёка на вонючую жижу, в которой он пребывал по крайней мере ближайшие полчаса. А из него, взирая томным взглядом, смотрела на парня девица-красавица, с белой как парное молоко кожей, тёмными, как ночь, длинными волосами и глазами цвета морской бирюзы, настолько прекрасными, что на время Елисей позабыл обо всём на свете.
Коралловые губы её растянулись в томной улыбке, ресницы вздрогнули, словно мотыльки, а сладкий голос ласково произнёс:
— Не поможет ли мне добрый молодец в беде моей нечаянной? Не разрубит ли оковы, что держат меня здесь, вдали от дома и от родины?
Пленённый её речью, начал забывать Елисей обо всём на свете. Он медленно, с глуповатой улыбкой на губах, поплёлся к этой красавице, не думая сейчас ни о чём, кроме как о том, что помочь надо этой несчастной, обездоленной девушке, попавшей в беду. Девица же, поправляя на обнажённом торсе две большие раковины, заменявшие ей всем известный женский аксессуар одежды, продолжала мило улыбаться. И даже зловонный запах, исходивший от Елисея, не смущал её. Как и его — острые зубки, едва видневшиеся в полуоткрытом рту девушки, ни о чём Елисея не предупреждали…
Едва он приблизился к ней, как она протянула ему руки, на запястьях которых, в действительности, были защёлкнуты кандалы. Елисей, вспомнив о наличии богатырского меча на своём поясе, тут же достал его, замахнулся, и разрубил тонкую цепь, что не давала свободы рукам водяной прелестницы.
Благодарностью ему была улыбка и последовавшая сразу же за ней мёртвая хватка, на первый взгляд слабых, да тонких рук, что с не дюжей силой, не всякому богатырю данной, потянули его на дно того самого бассейна. А перед самым его лицом возникла зубастая разинутая пасть той самой прелестницы, которую он освободил несколько секунд назад.
Глава 32
— ААААААА! — как оглашенная орала Маруся во весь голос, совсем не гордо восседая на своём кольчатом «скакуне», который, если и имел слух, то после такого должен был уже оглохнуть.
Нёсся он с потрясающей скоростью, так, что даже перемазанные жижей волосы Маруси раздувались на ветру аки фата невесты. Вот в такую переделку она ещё, конечно, не попадала!
Но, как бы не было страшно девушке, она со всех сил вцепилась ему в склизкие бока, боясь сорваться на полном ходу, справедливо полагая, что, если её не размажет по каменным стенам подвала, то чудище, вернувшись за таким лакомым кусочком, обязательно сожрёт.
Маруся не знала, сколько бы ещё длились её незапланированные скачки на разросшимся на казённых харчах дождевом червяке, если бы не счастливый (или как на это посмотреть) случай. На одном из крутых поворотов девушку внезапно качнуло так, что она не удержалась, отправившись в свободное падение и приземлившись прямиком в какой-то водоём, спасший её от серьёзных травм.
Плюх!
Но вот кто её бы спас от ненасытной глотки кольчатого переростка?!
«Ну, хоть помоюсь перед смертью» — подумала она, ныряя поглубже.
Но в тот же миг, как только голова её погрузилась под воду, взгляд Маруси встретился с другим взглядом, таким же напуганным, но в то же время рассерженным. Весь зелёный — с головы до ног, даже волосы отдавали этакой зеленцой, что их запросто можно было спутать с водорослями.
Маруся, задержав дыхание, с интересом рассматривала это создание, которое, приложив длинный перепончатый палец к своим губам, призывало её к молчанию. Но, как бы девушка не старалась продержаться подольше, всё же вечно под водой находиться не могла.
Вынырнув, чтобы набрать в грудь побольше воздуха, она с неприятным удивлением отметила, что кольчатый уже рыщет по берегу в поисках её персоны. И ей пришлось вернуться обратно, к зелёному.
Тот и с места не сдвинулся, всё так же испуганно таращась на неё. «Ихтиандр», что ли?» — подумала девушка, однако, не слишком веря в это предположение. И тут ей опять пришлось вынырнуть, чтобы пополнить запасы воздуха.
На этот раз ей повезло меньше, потому как овальная пасть разинулась прямо над ней, едва она высунулась из воды. Ретироваться пришлось молниеносно. К счастью, червяк почему-то опасался лезть в воду, но и сидеть в качестве золотой рыбки, которую вот-вот пустят на ужин, Марусе надоело.