Мария Ермакова – Золушка вне закона (страница 19)

Божок снисходительно качнул на нее рогом полумесяца и, гнусно хихикая, потер ладошки.

Волшебница вспомнила про «Взор», потерянно висящий где-то в Лихой, вернулась к нему и заметила один из патрулей, упомянутых Дикраем. Два воина затаились за поваленным сосновым стволом, изображая молодую поросль. Надо признать, ветками они укрылись умело, и если бы не красноватое свечение, которым заклинание окрашивало теплокровных, Вителья ни за что бы их не разглядела! Но вскоре конспирация была нарушена: у обоих шайлу неприлично громко заурчали животы. Дозорные стыдливо переглянулись и… совершенно не по-шпионски ломанулись в разные стороны, истерично дергая пряжки ремней.

Вита поспешила переместить «Взор». В поле зрения оказались Яго и Дикрай, принявший облик барса. Застигнутый коллективным несчастьем патруль был ими аккуратно обезврежен: смерть настигла дозорных в самом неприглядном виде, который только можно было себе представить!

Из балки послышалось мягкое «Кр-кр-кр» лесного ворона.

– За мной! – приказал Йожевиж, держа молот наизготове. – И чтобы ни звука!

Вита строго посмотрела на излучавшего довольство Кипиша. Заметив ее взгляд, негодник беззвучно прокричал «Йа-ху!» и затанцевал толстым пузцом.

Странный сладковатый запах, которым начала наполняться балка, спугнул аромат утренней свежести. Вита, догадавшаяся о его природе, морщила нос и помалкивала, чтобы не засмеяться в голос. Остальные настороженно вертели головами, но пока ничего не поняли. Общее настроение выразил Дробуш, лаконично пробурчавший:

– Пахнет – фуй!

Один из шайлу выскочил наперерез, но вовсе не для перехвата лазутчиков. В данный момент он перехватывал спадающие штаны и спешил найти удобный кустик подальше от напарника. Судьба была жестока к нему: встретившись с молотом Йожа, страждущий без движения опустился на землю, трогательно белея задницей.

– Хусним, что вообще происходит? – бросив на него изумленный взгляд, шепотом спросил у Виты Йожевиж.

Та глазами указала на Кипиша, а затем выразительно прижала одну ладонь к животу, а другой зажала нос.

Настороженность в глазах мастера Синих гор сменилась восхищением.

– Хаос среди людей! – затрясся он в приступе беззвучного смеха. – Ну да, кишки – они как раз примерно посередине человеков находятся!

В балке под победоносный аккомпанемент урчания внутренностей и других звуков, для описания которых Вителья не могла вспомнить ни одного приличного слова, раздавались тревожные тихие голоса. Лагерь зашевелился, превращаясь в муравейник, обитатели которого спешили оккупировать окружающие кусты.

Несколько шайлу все же заметили лазутчиков и попытались их остановить. Но в ходе атаки резко развернулись и с той же скоростью ринулись обратно, держась за животы и призывая на помощь соратников.

Йожевиж хохотал, утирая слезы концом бороды, и никак не мог успокоиться, но не забывал вовремя помахивать молотом и следить за Виньо, отменно управлявшейся с луком. Яго и Дикрай шли чуть впереди, подобные двум ипостасям смерти – черной и белой. Более милосердная Вителья оглушала нападающих короткими воздушными ударами, носящими название «Кулак ветра», и одновременно следила за «Взором», пущенным вкруговую. Взглянув на божка, она отметила, что тот подрос еще на половину ладони. Дробуш непрестанно чихал, злился и внимательно смотрел под ноги – шансы наступить в естественные продукты вражьей жизнедеятельности стремительно повышались.

Вита не заметила, в какой момент оборотень по приказу Ягорая скрылся в зарослях, потому что шайлу пытались атаковать без перерыва. Однако цели удавалось достигнуть немногим. Суровые воины, привыкшие отказывать себе в пище и отдыхе в угоду погоне, не могли справиться с болезненными судорогами в собственных животах и еще более неприятными последствиями этих судорог. Но постепенно сформировалась группа человек в десять, более крепких то ли духом, то ли внутренностями. Высокий и худой предводитель шайлу оказался среди них. Немного придя в себя, они начали преследование, когда Яго со спутниками уже добрались до выхода из Лихой. Едва Вита сообщила о погоне, вожак приказал перейти на бег.

– Принять бы бой, а? – предложил Йож, воинственно размахивая молотом.

– Отведем их подальше от лагеря! – ответил Ягорай. – Кто знает, когда остальные начнут приходить в себя.

Когда миновали небольшой ручей, полный мелких острых камешков, Йожевиж оглянулся на Виту и с улыбкой провозгласил:

– Добро пожаловать в Ласурию, Зоя!

На глазах девушки показались слезы – видела бы ее в эту минуту мама! Волшебное чувство свободы, как тогда, когда Ожерелье признания спало с ее шеи, заставило сердце биться быстрее.

Шайлу настигали: то ли стремились побыстрее разделаться с жертвами, чтобы наконец расслабиться под кустиками, то ли догадывались, в чем, точнее в ком причина неприятного недомогания.

– А куда мы бежим? – заинтересовался Кипиш. Отцепил с одной из цепочек маленькую пилочку и принялся в полете полировать ногти. – Кто-нибудь знает?

– Нет времени посмотреть карту, – ответил ему Яго.

Вита, которая уже начала задыхаться от быстрого бега, с негодованием заметила, что голос у черноволосого даже не сбился!

– Я не помню этих мест… – заметил Йожевиж. – В тот раз мы правее шли?

– Похоже на то, – кивнул вожак. – Вон, просвет между деревьями. Давайте туда – примем бой на открытой местности!

Позади слышались азартные вопли разъяренных шайлу.

– Красиво поют! – заметил Дробуш, до этого момента топавший молча.

Компания выскочила из леса и оказалась на широком тракте, прямо посередине армейского обоза из четырех телег. Во главе обоза гарцевали на прекрасных лошадях гвардейцы в мундирах разных цветов.

Обе группы замешкались. Затем гвардейцы пришпорили лошадей и окружили «хорьков». Один из офицеров – высокий, статный, темноволосый – окинул их внимательным взглядом, на мгновение задержав его на лице Ягорая. Вита отметила, что они смотрят друг на друга так, будто видятся не впервые.

В этот момент из леса выскочили преследователи. Разгоряченные собственным состоянием и погоней шайлу не успели оценить ситуацию и с ходу врубились в ряды ласурцев.

Офицер резко выпрямился. Вита краем глаза успела заметить, как из кармана его мундира вывалилось в придорожную пыль нечто круглое и блестящее. Это была какая-то безделушка – то ли портсигар, то ли шкатулка, и Дробуш наступил на нее, не обратив внимание.

Повинуясь жесту офицера, гвардейцы вступили в бой с шайлу, будто забыв об остальных нарушителях границы.

– Зоя… – позвал ее Яго. – Зоя, быстро!

Она оглянулась. Ягорай взлетел в седло одной из запасных обозных лошадей, которую привела Виньо, едва началась суматоха. Гномы сидели на второй, а тролль уже улепетывал в сторону ближайшего леса со скоростью породистого скакуна и грацией бегемота. Остальные присоединились к нему, оставляя за спиной шум приграничной потасовки.

Лошадей и тролля гнали, если можно так выразиться, до самого вечера – по звериным тропам, через поваленные деревья и буераки настоящей ласурской чащобы. Когда наконец спешились у небольшого озерца, Вителья с любопытством огляделась. Местный лес сильно отличался от полных зелени и золота крейских рощ. Деревья здесь казались выше и массивнее, их кроны – гуще, а иглы многочисленных сосен – длиннее и толще. После солнечного дня в воздухе стоял смолистый запах, а от воды, кое-где уже прихваченной льдом, не пахло тиной.

– Займитесь лошадьми, – приказал Ягорай.

– А ты куда? – Вита коротко взглянула на него и отвела глаза, удивляясь самой себе. Раньше боялась вздохнуть рядом с этим головорезом, а теперь от беспокойства не может найти себе места, когда он уходит!

Йожевиж, с трудом сгрузившийся с лошади, подошел, разминая короткие ноги, и остановился рядом, прислушиваясь к разговору.

Яго помолчал, явно раздумывая, стоит ли говорить.

– Рай должен был прихватить Фарки, – поморщившись, все-таки признался он.

Синих гор мастер потемнел лицом и пробурчал под нос что-то дурное. А Вита подумала, что черноволосый всегда умудряется уместить в короткую фразу столько смыслов, что дальше можно и не спрашивать!

– Теперь мы можем отдохнуть, – сменил тему вожак. – Готовьте ужин и ложитесь спать. Завтра спим до последнего. А через два дня уже будем на хуторе Михо.

«Спим до последнего!» – передразнила его про себя волшебница. А кое-кто спать вообще не будет! Запустить, что ли, следом за ним «Взор», чтобы не переживать? Идея!

Когда Яго ушел, Вита выпустила заклинание.

– Охочусь я! – заявил тролль и со скрипом потер ладони, будто они были из старого дерева, а не из камня. – Много мяса – сердцу радость!

– У тебя есть сердце, каменюка? – тут же пристал к нему Кипиш. – А почки? А печень? А этот… как его… гипофиз?

– Сам ты пипофиз! – обиделся тролль и сбежал от полоумного в лес.

– Виньо, поищи корешков и грибов каких, – попросил Йож, – горсть пшена осталась, сварим хоть супу! После этакой гонки желудок внутри тела катается, как солнце по небосклону! Надо бы его утяжелить!

Гномелла улыбнулась, прихватила лук и тоже отправилась в лес. Кипиш рванул за ней, бросив через плечо:

– И я охочусь!

Гном посмотрел на Вителью:

– Как разделимся, госпожа волшебница? Кому-то надобно лошадьми заняться, а кому-то – кострищем.

– Давай я – лошадьми! – предложила та, догадываясь, что невысокий мастер длинноногих животных побаивается.