Мария Ермакова – Пять сердец Сопряжения. Том 1 (страница 47)

Изабелла тяжело вздохнула и показала кулак обоим – тайерхогу и фриммцу.

– Я вообще молчу! – хмыкнул Виллерфоллер.

За час до времени ужина в комнату вернулся фон Рок, неся пакет с логотипом известного тайшельского дома моды.

– Собирайся, – он протянул пакет Изабелле. – Здесь все необходимое.

– Ты в этом уверен? – лукаво улыбнулась она, забирая пакет, отправляясь в ванную комнату, чтобы переодеться и гадая, какое платье выбрал для нее Джей.

Впрочем, его вкус она знала, поэтому не удивилась, обнаружив очень дорогой наряд предельно простого кроя. Золотистое, на тонких лямках, с неглубокими вырезами спереди и сзади, оно село идеально по фигуре, а его оттенок прекрасно подчеркнул нежный цвет кожи кальмеранки и натуральную яркость ее волос. Памятуя, что с новым начальником Джея она еще не знакома, Изабелла убрала локоны в тугой, почти официальный пучок, надела изящные туфельки и довольно оглядела себя в зеркале. Ничего лишнего! Статусно. Сдержанно. Стильно. Она обожала Джея!

«Эта растянутая хламида тебе к лицу, Белк!..»

«Какого дьявола ты нарушил мои традиционные шесть часов сна?»

«Имей совесть, рыжая, я вообще не спал!»

«Почему?»

Воспоминание ожгло, словно чужое дыхание – шею. Дыхание, вызывающее мурашки по коже, вдоль позвоночника, вниз… Изабелла прикрыла глаза и стиснула зубы, пытаясь справиться с охватившим ее желанием. Будь ты проклят, Демпси Монтегю, будь ты проклят!

Дэль, сидя у зеркала, щебетала как птичка. Собиралась на свидание. Поклонников она меняла, как перчатки, что не было удивительным для такой экзотической красавицы, однако предпочитала тайшельцев.

«Их мир представляется мне самым правильным из пяти, – как-то сказала она Белке, – будто все остальные испачканы в грязи, а этот сияет белым мундиром! Как бы я хотела жить в нем, ловить восхищенные взгляды великолепных тайшельских самцов, чувствовать себя желанной…»

Она не оставляла попыток обратить на себя внимание Анджея, но Изабелле казалось, что теперь это происходит машинально. Дэль нуждалась во всеобщем обожании, как она, Белка, в спокойном одиночестве. Поиграв с поклонником, фриммка бросала его и снова отправлялась на охоту.

– Ночуешь одна! – предупредила подруга, поднимаясь и кидая на себя довольный взгляд в зеркало. – Не забудь повторить координаты завтрашнего рекурскросса, иначе ректор снимет с нас по три шкуры. С каждого!

Белка вздохнула.

– Ой, не переживай за нашего Джея! – усмехнулась фриммка – за годы, проведенные в Фартуме, обе научились понимать друг друга без слов. – Фон Тарс найдет, за что снять шкуру и с него, хотя Анджей до сих пор не рекурсант и, скорее всего, им уже не станет.

– Не смей так говорить! – возмутилась Изабелла. – Просто его время еще не пришло!

– Мы в начале пятого курса, детка, – пожала плечами Дэль, – а Джей перевалил двадцатидвухлетний возраст, так и не рекурсировав! Мне кажется, это говорит само за себя.

– Это ни о чем не говорит! – кальмеранка вскочила с кровати, на которой лежала. – Я сама испытала Прорыв совсем недавно!

– И сколько тебе лет? – прищурилась фриммка.

Белка с такой силой сжала пальцы, что едва не разорвала трансир надвое. Он не знала, сколько ей лет! Могла предположить, что около двадцати, но даже в метрике, выправленной в магистрате Сальваоресом Кудраем, в графе «дата рождения» стоял прочерк, а фамилия Лакрими была не чем иным, как фамилией того самого почтенного горожанина, у которого маленькая воровка когда-то выкрала глиняную вазу с цветочками на ободе. Беронец позволил себе пошутить.

– Ты можешь быть гораздо младше, чем думаешь о себе, – пожурила Дэль и направилась к выходу из комнаты. – А вот Джей знает свой возраст. И остальные знают, включая ректора.

Когда она вышла, Белка швырнула трансир на пол. Ее трясло от возмущения, но сильнее всего расстраивало то, что подруга, с ее трезвым взглядом на жизнь, могла быть права!

Окружающее пространство поплыло…

Кальмеранка поспешила взять себя в руки и сделать несколько дыхательных упражнений. Она уже не носила браслет-блокиратор, однако никто не отменял необходимости внутреннего спокойствия для рекурсанта.

Спустя несколько минут Изабелла подобрала трансир и, вернувшись в постель, уставилась в потолок. Для Джея невозможность рекурсии станет ударом.

«Спаситель, помоги ему! Прошу, нет, умоляю!»

Впервые она просила не краюхи хлеба и теплого ночлега, не крепости руки со смертоносным лезвием для Беронца, не о сдаче зачета или экзамена. Впервые просила не за себя, а за кого-то, и это отозвалось неожиданной болью в сердце. Они уже восемь лет вместе, в Фартуме, бок о бок. После выпуска Изабелла и остальные отправятся на ББО, чтобы вернуть Унии долг, но как это можно сделать без Анджея? Такое просто невыносимо представить! Так же невозможно, как невозможно понять, что ждет ее дальше с… Демпси Монтегю.

После того, что случилось в лазарете, оба избегали друг друга, делая вид, что ничего не происходит. Может быть, Монти ждал от Изабеллы первого шага, ведь он сдержал слово, не пойдя дальше в их отношениях, поскольку не получил от нее внятного «да». А может, уже потерял интерес к девчонке, с которой все было так сложно?.. Случись подобное, Белка вздохнула бы с облегчением. Пусть ее влекло к нему, как ни к одному мужчине в жизни, пусть чего-то не хватало, когда она не слышала его хрипловатого голоса, – она бы справилась! Ведь она не мотылек, что летит на огонь, позабыв об опасности!

Темно, тепло, уютно… В последние несколько лет для Изабеллы не было лучшего места во вселенной, чем их с Дэль комната. Когда подруга уходила, Белка любовалась отсветом Млечного Пути, падающим на подоконник из-под шторы, наслаждалась тишиной и ощущением безопасности. Чувством дома, которого у нее никогда не было.

Она сама не заметила, как уснула. Разбудил ее стук в дверь. Зевая, потягиваясь и оправляя любимую растянутую футболку, Изабелла открыла дверь.

И ее словно окатило холодной водой.

За порогом стоял Монти со своим обычным, ироничным, выражением лица. Лишь его глаза горели странным, жадным блеском. Оглядев девушку с ног до головы, он усмехнулся:

– Эта растянутая хламида тебе к лицу, Белк!..

– Какого дьявола ты нарушил мои традиционные шесть часов сна? – хрипло спросила она, собираясь захлопнуть дверь у него перед носом.

Но он придержал створку:

– Имей совесть, рыжая, я вообще не спал!

– Почему?

– Тебе честно ответить или соврать? – поинтересовался Монтегю, легко отодвигая ее в сторону вместе со створкой и входя в комнату. – А где Дэль?

– Вышла в купальню, – солгала Белка, опасаясь отходить от входа.

Самое главное – не коснуться парня, потому что эти прикосновения имеют над ней какую-то колдовскую власть, заставляя забывать обо всем!

– Все-таки Фартум любит девчонок больше, – рассмеялся гость, подходя к окну и отдергивая штору. – Каждый раз отмечаю, что у вас и интерьер интереснее, и вид из окна лучше!

– Монти! – Белка начала злиться.

Он развернулся и миролюбиво поднял ладони. Мерцающий звездный свет очертил его фигуру, подчеркнул рост и ширину плеч, но лицо было скрыто в тени.

– Так сказать правду или соврать? Твой выбор?

– Я вообще не хочу ничего слушать! Давай ты просто уйдешь?

– Белк, что ж ты такая упертая, а? Сколько шагов навстречу тебе мне нужно сделать, чтобы ты перестала вести себя, как идиотка?

– Планида Спасителя, да что ж это такое! – воскликнула она. – Монтегю, просто-оставь-меня-в покое! Понял? Проваливай!

Словно сам Млечный Путь толкнул Монти в спину, ощутимо придавая ускорение. Через мгновение Изабелла оказалась прижата к захлопнувшейся двери его телом.

– Да не могу я оставить тебя в покое! – заорал землянин прямо ей на ухо. – Думаю о тебе, понимаешь ты или нет? Спать не могу!

Она со всего размаху ударила его кулачками в грудь.

– Не кричи на меня!

– Тебе со мной было хорошо, я знаю! – продолжил он на повышенных тонах. – Отчего ты бежишь? Если я тебе противен – так и скажи! Но, черт возьми, я знаю, что это не так!

– Это так! – прошипела Белка, пытаясь сдвинуть его с места. Рекурсировать ей отчего-то и в голову не пришло. А тепло его тела медленным, но неуклонным ядом вливалось в ее жилы, заставляя кровь шуметь в ушах, биться в сердце и колотиться внизу живота.

– Кому ты врешь? – крепко взяв ее за плечи, он сильно тряхнул ее. – Почему ты врешь? Какого черта ты врешь мне, Изабелла Лакрими?

Ее ноги подкосились. Тепло его дыхания скользнуло по щеке, его аромат коснулся ее ноздрей, заставив их дрогнуть, как у дикого зверя, почуявшего добычу. Она вцепилась в его пальцы – то ли освободиться желала, то ли более крепких объятий… Как вдруг в дверь сильно постучали и послышался голос Джея:

– Белка, у тебя все в порядке?

– Джей, у нас все в порядке! – ответил за нее Монти. – Мы разговариваем. О личном.

– Открой дверь!

– Приходи потом!

– Открой, Монтегю – это приказ!

Демпси выругался и повернул ручку. Но еще до того, как она совершила оборот, фон Рок ворвался в комнату и увидел Изабеллу, прижатую землянином к двери, увидел ее пальцы, вцепившиеся в его, и шальные серые глаза.

– Ах ты, подонок! – излишне спокойно сказал тайшелец и бросился на Монти.

Белка с ужасом наблюдала, как они, сцепившись, покатились по полу.