Мария Ермакова – Ласурские хорьки (страница 33)
– Плохой человек этот господин Атрон!
Кипиш, который на завтраке не присутствовал, объявился одним голосом:
– Дома сидеть не будем! Куда отправимся?
– Давайте навестим наших гномов? – предложила Вита. – Я скучаю!
– И я! – неожиданно признался Дробуш.
В воздухе возникла старуха, почесала в затылке и недовольно призналась:
– Я тоже! Куда идти‑то?
– Понятия не имею! – растерялась девушка. – Это Яго у них был, а мы‑то еще не ходили!
– Меня просите! – раздулся месяц до полной луны. – И будет вам адрес!
– Кипиш‑всевидящий, – взмолилась Вителья, – приведи нас к дому Йожевижа, Синих гор мастера, и его невесты!
– Следуйте за мной! – кокетливо подмигнула черноволосая красотка и полетела к выходу из дома, правдоподобно виляя бедрами.
Вителья схватила плащ, переобулась и поспешила за божком.
Нужный дом располагался на границе квартала Мастеровых и квартала Пресветлых башмаков, на второй линии в кольце других строений. Рядом разлилась огромная лужа, по берегам поросшая осокой, в которой плавали утки и гуси, а на мели валялись, будто затонувшие королевские галеоны, две упитанные свинюшки.
Йож с молотком в руках сидел на крыше, бо́льшая часть которой зеленела свежей черепицей. Из печной трубы, наскоро выведенной в форточку, шел дымок. Вкусно пахло оладьями и грибной запеканкой. Открылась дверь, и на укрепленное свежим брусом крылечко вышла… девица в меховых сапожках и расстегнутой куртке, надетой прямо поверх традиционной гномьей домашней туники – длиной по колено, щедро украшенной яркими аппликациями. Рыжие волосы солнечным ореолом обрамляли ее неказистое курносое лицо, которое светилось таким неизбывным счастьем, что у Виты заныло сердце.
– Зоя! – обрадовалась гномелла и кинулась с крыльца в объятия волшебницы. – То есть, – она церемонно поклонилась, – прошу меня простить – Вита! Дробушек! Кипиш! Как я рада вас видеть!
– Други! – приветственно потряс молотком Йож. – Я сейчас! Спущусь только!
– Заходите в дом! – пригласила Виньовинья. – Угощу вас морсом и оладушками!
– Буду к пиру! – кратко ответствовал божок и с подозрительно благостным видом улеветировал к балдеющим свиньям.
Войдя в дом, Вита с интересом огляделась. Скудная обстановка комнаты состояла из большого стола, пары свежеструганных скамей, старой печи с новыми трубами и огромного двустворчатого шкафа, видимо, оставшегося от прежних владельцев. У входа, на самодельном верстаке были свалены многочисленные инструменты. Напротив через приоткрытую дверь виднелась почти пустая комната с большой кроватью.
– Присаживайтесь, гости дорогие! – хлопотала гномелла, расставляя глиняные тарелки и миски, снимая с печки чайник и водружая его на стол. – Рассказывайте, как у вас дела?
– Виньо, я приземлился благополучно! – сообщил со двора Йож.
– Ужасно боюсь, – шепотом пояснила гномелла, – что он сверзнется с крыши. Поэтому он мне отчитывается!
– Лучше скажи, – скрывая улыбку, спросила Вита, – ты ходила в школу целителей?
Виньовинья неожиданно помрачнела.
– Не хватает ей денег на обучение, – пояснил вошедший Йожевиж. – Цены в этом году подняли… – Он обнял подругу обеими ручищами и крепко встряхнул. – Ну ничего! Нам бы на первый год наскрести, а там она себя покажет, и, глядишь, платить не придется! А может быть, ей даже королевскую стипендию дадут!
Гномелла тут же зарделась:
– Ну ты скажешь тоже, Йож, стипендию!
– Дадут! – уверенно кивнул тот. – Ты же у меня талантливая!
Вителья хотела поддакнуть, но визг всполошенных свиней резко нарушил тишину, и она уже ничего не могла сказать, да никто бы и не услышал.
– Пируем? – спустя пару минут появился донельзя довольный Кипиш и уселся во главе стола на сам, собственно, стол.
Пока Виньо раскладывала еще теплые оладьи, наливала из крынок в миски сметану и мед (божок затребовал себе отдельную посуду, полную им до краев), Вителья раздумывала, чем может помочь подруге.
В Ласурии, в отличие от того же Драгобужья, где студенты оплачивали все годы учебы, существовала так называемая первично‑тестовая система обучения. За первый год платили все без исключения, затем тех, кто демонстрировал постоянно высокий уровень знаний и готовность их получать, освобождали от оплаты. С третьего года обучения лучшим ученикам выплачивалась королевская стипендия в размере среднего жалованья обычного подмастерья, однако для ее получения студент обязан был устроиться в одно из рекомендованных городских заведений. Студентов Высшей целительской школы ждали места младших помощников целителей в больницах Вишенрога.
Дочь Цехового старшины Виньогрета, несомненно, была талантлива и жаждала учиться. Что же касается денег…
– Вита, – позвал ее Кипиш, – ты хочешь, чтобы я нашел Яго и Дикрая?
Волшебница изумленно посмотрела на него. Божок читал даже те мысли, которые еще не были осмыслены!
– Чего ты удивляешься? – кошачья морда с блаженным выражением лакала мед из миски. – Наша с тобой связь крепнет. Ты учишься верить в меняу, я – понимать твои тайные желания. Да, и еще! Нас опять никто не слышит!
– Найди их, – попросила Вителья, – и спроси, можем ли мы подарить долю, от которой ты отказался, Йожу с Виньо?
– Я их лучше сюда притащу, – решительно отставляя миску, заявил свирепый воин. – Давненько не собирались вместе!
Во главе стола образовалась пустота. «Давненько» – означало всего лишь пару дней. Наслаждаясь восхитительно нежной оладьей, Вита невольно порадовалась тому, что божок тоже привязался к ним. Ко всем!
От неожиданного громкого хлопка над ухом она чуть не подавилась. На ее плечо тяжело оперся ошеломленный Дикрай, босой и с голым торсом, покрытым капельками пота. Ягорай, одетый с иголочки, оказался у окна. Его рука привычно искала рукоять меча у пояса, но не находила.
– Беспокоятся! – хмыкнул тролль, оглядев вновь прибывших.
– Эй, ты что себе позволяешь? – возмутился оборотень. – А если бы на мне и штанов не было?
– А они тебе действительно нужны? – заинтересовался Кипиш, взгромождаясь на свое место на столешнице. – Виньо, а можно мне еще меду?
– Слипнется… – проворчал Дробуш без уточнения, за что Вита была ему благодарна.
Она встретилась взглядом с Ягораем и почувствовала радость и тепло в сердце. «Хорьки» снова были вместе!
Дикрай вернул ее на землю, по‑братски чмокнув в щеку.
– Кипиш! – подойдя к богу и угрожающе нависнув над ним, рявкнул он. – Дай страждущему одежду! Неприлично так сидеть за столом!
– Я же сижу! – возразил тот, многозначительно позвенев цепочками.
Штанов на боге действительно не наблюдалось, но украшений было так много, что они полностью скрывали божественное тулово до колен.
– Умоляю, – прорычал Дикрай совсем не просительным тоном.
Кипиш задумчиво покосился на его оскаленные клыки и обрядил беловолосого в шикарный, расшитый золотыми птицами… банный халат с капюшоном.
– Мне кажется, боги приняли верное решение, придумав использовать оборотней в войне друг против друга, – хмыкнул Яго, садясь рядом с Витой и будто случайно касаясь ее плеча.
– Чего вы там шепчетесь? – возмутился Кипиш, но спустя мгновение халат на оборотне заменила его собственная одежда.
Дикрай так двинул челюстями, будто пережевывал чьи‑то уши, и сел рядом с Йожевижем, который наблюдал за перепалкой с интересом истинного ценителя дружеских пикировок.
– Я вредный, но справедливый! – заявил Кипиш, своевольно взяв на себя обязанности тамады. – А почему нету пенного эля? Или, на худой конец, молочка?
– Борода Руфуса! – ахнула Виньо и принялась разливать по кружкам теплый морс из чайника. – Загляделась на вас и забыла совсем! Вот радость‑то – снова собраться!
– Ты откуда свалился, импозантный? – поинтересовался Йожевиж у Яго. – Я тебя впервые вижу таким расфуфыренным!
Рю Воронн мрачно посмотрел на него и ничего не ответил.
– А я был в Военном университете! – похвастался Дикрай. – Принц Аркей открыл спецфакультет для оборотней. Даже занятия уже начались!
– Там все в одних панталонах бегают? – уточнил гном под хихиканье подруги.
Пока оборотень громогласно возмущался, Вита подалась к Яго и шепотом рассказала о проблеме с поступлением Виньо в Высшую школу целителей. И выжидающе посмотрела на него, гадая – сообразит ли черноволосый, на что она намекает? Ягорай ответил ей таким неожиданно жарким взглядом, что Вите стало не по себе. Но что имела в виду волшебница, он понял и после трапезы поднял всех из‑за стола:
– Собирайтесь, прогуляемся…
– Это куда? – удивился Йож.
Яго отвел его в сторону и тихо сказал несколько слов. Гном побагровел от возмущения.
– …На свадьбу! – спокойно добавил черноволосый. – От нас всех!