Мария Ефимова – Потомок Хранителя (СИ) (страница 54)

После взаимных приветствий, Ширган продолжил:

— Для меня было бы честью приготовить для вас мой замок. Он один из самых больших в городе, места хватит на всех! Даже для драконов.

— Замечательная новость, — одобрительно загудел Гром, — мы будем рады отдохнуть у тебя до завтрашнего дня, друг.

Длинная процессия из воинов Ширгана и Грома выстроилась по бокам от путников и драконов, которые заняли собой почти всю улицу. Любопытным горожанам приходилось почти вжиматься в стены домов, чтобы не быть раздавленными под мощными лапами золотистых ящеров.

Торговая площадь, обросшая магазинами, кабаками и ремесленными мастерскими, вывела процессию к громадным стенам круглой деревянной арены, пестревшей плакатами и яркими флагами.

— Сегодня вечером будет состязание Кровавых бойцов, — весело заметил Ширган, обращаясь к друзьям, — самый тяжкий тур ежегодных состязаний! Вы прибыли очень кстати, надо заметить. Для нашего города было бы честью, если бы такие герои как вы, посетили наши игры.

— Великолепная идея! — воскликнул Гром. — Я уже и забыл об этих состязаниях в Орзандаре, но теперь — то последний тур я ни за что не пропущу! И вы тоже просто обязаны это увидеть!

Хару, поймав решительный взгляд друга, не посмел отказать.

— Ну, что ж, игры, так игры! — с улыбкой согласился ведьмак, — во всяком случае, отдохнем хоть немного от наших забот.

Остальные так же с восторгом восприняли идею, только Ирен лишь молча пожала плечами, едва окинув арену скучающим взглядом. Хару, глядя на подругу, уже в который раз заметил ее отрешенное и безразличное настроение, постепенно нарастающее с момента окончания битвы с Аскароном и Сферой. Даже сразу после смерти Адера Ирен не была такой замкнутой. На совете Союза, в Иритурне, она с открытой душой встречала старых знакомых, но после этого вдруг как — то замкнулась в себе, словно что — то осознав и решив для себя. Что — то, о чем ей раньше думать не хотелось, но пришлось. За время полета до Орзандара она не обращала на Хару внимания, и даже пару раз огрызнулась на него, когда ведьмак ее звал. Все это было крайне странно и очень волновало Хару. Пока что он решил предоставить Ирен ее мыслям, надеясь, что этот маленький отдых в богатом городе гномов развеет ее внезапно нахлынувшую печаль.

Пока Хару размышлял о душевном состоянии Ирен, длинная процессия гостей ступила на широкие и ярко освещенные улицы богатых горожан. Далее же, через несколько длинных кварталов, открылись громадные владения графов, баронов и управителей города. Замок Ширгана навис над прибывшими гостями узкими и высокими башнями, украшенными золотисто — черными флагами с изображением родовой эмблемы. Во владения Ширгана был включен обширный участок земель, располагавший на своей территории несколько рудных шахт, огромную и лучшую в городе частную бронную мастерскую, а так же ювелирные мастерские.

Хару с изумлением огляделся вокруг. Участок, принадлежавший Ширгану, был так велик, что владения соседей лишь с трудом можно было различить вдали. И единственное, что было хорошо видно практически со всех концов города — это высокие пики башен великолепного замка главного управителя Орзандара.

— Да уж! — заметил Моран, обращаясь к ведьмаку. — Этот город — само сосредоточие богатства и роскоши. Как же он смог так развиться?

Хару лишь пожал плечами, но шедший рядом Гром, услышав разговор, тут же пустился в объяснения.

— О, этот славный город построился благодаря обширной доли дохода соседнего города — Стальгорна. Стальгорн — это центр нашего ремесленного производства. Даже Орзандару с ним не сравниться, хоть и считается, что лучше частных мастеров Орзандара никого не сыскать. Однако Стальгорн не способен должным образом защищать себя. Он построен исключительно для производства, а войска Орзандара испокон веков защищают его от разнообразных напастей. За что, собственно, Орзандар и получает плату.

Пока Гром разъяснял устройство своего королевства, прибывших друзей и драконов встретили слуги Ширгана и его сестра — сильная, еще молодая женщина, с длинной черной косой. Она по — хозяйски обласкала путников, первым делом пригласив их к столу. День постепенно шел, и уже ближе к вечеру, когда до состязаний на арене оставалось еще несколько часов, друзья решили собраться в круглой гостиной замка. Разговор шел уже давно ни о чем, хотя Хару уже несколько раз пытался навести Альрута на рассказ о проклятии темных эльфов. Тот уходил от ответа, делая вид, что не замечает тонких намеков ведьмака. Остальные же даже не подозревали, к чему клонит Хару. В слова Вирджила о проклятии он никого не посвятил. Драконов же, так же знающих о проклятии, в гостиной не было, Ширган разместил их на обширной и пустой части своих владений, где уставшие существа устроили себе долгожданный отдых.

Прошел еще час, и Хару, наконец, не выдержал, решив чуть ли ни прямо расспросить Альрута обо всем. Тем более, что речь итак зашла о великолепной и слаженной атаке драконов на войска Сферы.

— Вы так необычно смотритесь вместе, — вдруг вставил Хару. Друзья удивленно воззрились на него.

— Я имею в виду Золотых драконов и темных эльфов, — небрежно закончил маг, внимательно наблюдая за реакцией Альрута. — Вы кажетесь двумя огромными противоположностями, но, тем не менее, так близки, что понимаете друг друга без слов.

— Да, это весьма странное сочетание, но красивое, — подтвердила Селена, — народы Токании мало знали о Золотых драконах и редко встречались с ними еще даже до того, как Сфера разделила их. После же, мы не видели их вовсе. Мы так же слышали о скрытном клане эльфов, живших с драконами, но никогда их не видели. Только Вирджил, как оказалось, знал о них, будучи их давним другом. И вот теперь мы узнали, что это темные эльфы! Весьма необычно.

Альрут пожал плечами, всматриваясь в собственный кубок с вином.

— Весь наш мир — это сочетание противоположностей, — туманно ответил эльф. — Мы с драконами не исключение.

Хару нахмурился, поняв, что Альрут легко ушел от ответа, так как вопрос не был задан прямо. Пора было раскрывать карты.

— Ты прав. Конечно. Но, боюсь, так было не всегда, — медленно произнес ведьмак. Ему было немного совестно лезть в чужую тайну, но он ничего не мог поделать. Случайно оброненные Вирджилом слова о проклятии всколыхнули в Хару громадный интерес. К тому же, раз темные эльфы теперь их друзья и союзники, что плохого, если они раскроют тайну своего происхождения?

— О чем это ты? — Альрут вскинул бровь и немного резко опустил кубок на стол. Темная жидкость заволновалась внутри гладких медных стенок, слегка выплеснувшись за края.

Все присутствующие недоуменно глядели на Хару.

— Хочешь сказать, темные эльфы не всегда существовали? — спросила Ирен.

— Нет, Вирджил при нашей встрече бросил пару слов о том, что, когда Сфера разделила драконов, она тогда же и наложила проклятие на эльфов, пытавшихся их защитить. Маг сказал, что я могу больше узнать у вашего народа. Мне правда было бы очень интересно узнать больше об этом… и может, мы бы смогли помочь…

— Никто не сможет! — вдруг вскрикнул Альрут, резко вскочив, так что даже тяжелое кресло со скрипом отъехало назад. Эльф прожег Хару долгим, полным злобы и горечи взглядом. Ведьмак искренне надеялся, что злится Альрут не на него. — Мы испробовали все возможные магические способы, чтобы снять проклятие, но тщетно! Боюсь, даже смерть Сферы ничего не изменит…

Темный эльф в изнеможении опустился в кресло и расправил плотно сжатые кулаки. Хару, уже десятки раз пожалевший, что затеял этот разговор, боялся задать следующий вопрос. Впервые он видел всегда спокойного и рассудительного Альрута в таком состоянии. Ведьмака кольнула жалость, и он уже почти решил оставить эту тему, как вдруг Гром задал его невысказанный вопрос.

— Но в чем же заключалось проклятие, Альрут?

— Сфера знала нашу слабость, — хрипло отозвался старейшина, — мы гордились своим происхождением и родством с Золотыми драконами и своим высоким белоснежным замком, который стоял на месте нынешнего — черного. Мы считали, что наш народ — чистое порождение светлой энергии. Мы звали себя Солнечными эльфами. Проклятие же Сферы извратило нашу сущность. Даже наша магия стала нам не под силу. Тогда мы думали, что лучше бы она убила нас. Всех до единого. Впрочем, спустя годы, мы привыкли, даже обучились новым, подвластным нам магическим приемам. Но мы никогда не сможем смириться с утратой былого величия. Даже наши молодые эльфы перенимают память стариков, их горе и жажду мести. Пусть смерть Сферы не вернет нам прежнего обличья, но мы хотим отомстить. Это наш долг. — Альрут, напряженно морщась, сжимал кулаки, дрожавшие в бессильной ярости, — Ну, а Вирджил до сих пор раскаивается в произошедшем, так как считает, что это — его вина. Мы считаем иначе. Подарить Эллемерит, как новое сердце для сына мага, было нашим обоюдным решением. Никто тогда не мог знать о последствиях.

Альрут замолчал, закрыв лицо рукам. Потянулось долгое и неловкое молчание, пока, наконец, Селена не подошла к старому эльфу. Она обняла его за плечи и прошептала:

— Мы все вместе отомстим за вашу утрату. Теперь вы не одни.

— Благодарю, — искренне отозвался Альрут, слегка улыбнувшись и заставляя себя расправить спину. — А теперь, довольно расспросов. Вы узнали что хотели, и я больше не желаю, чтобы моя история и дальше омрачала наш отдых.