Мария Дубинина – Джулиус и Фелтон (страница 19)

Джулиус слушал вполуха. Все его внимание сосредоточилось на злополучном окне, в то время как я неловко пытался успокоить женщину – впрочем, не уверен, что она нуждалась в утешении. Минуты не прошло, как она присоединилась к Джулиусу. Глупо, но, глядя на эту пару, я чувствовал себя лишним.

Настенные часы тихо шуршали, отмеряя время, оставшееся до полуночи. День подходил к концу, и я был рад, ибо в моей жизни едва ли случались такие же длинные, нервные, глупые и досадные сутки, как эти. Я успел изрядно заскучать, прежде чем услышал голос напарника.

– Я прав. Вор залез по веревке. Вот следы от крючьев под подоконником, – он указал на продолговатые глубокие царапины, заметить которые было возможно, только опустившись на колени. – Я бы рекомендовал заявить в полицию.

Я перевел взгляд на мисс Ричмонд. Она с любопытством рассматривала царапины и, казалось, забавлялась ситуацией. Удивительная женщина, просто удивительная!

– Мисс Ричмонд…

– Дафна, пожалуйста, – Дафна Ричмонд выпрямилась и решительно протянула Джулиусу изящную ладошку. – Условия сделки меняются, мистер Олдридж. Я нанимаю вас с коллегой отыскать и вернуть шкатулку.

Далее она с максимальной точностью описала пропажу, что говорило не только об отличной памяти, но и об обескураживающей, совершенно неженской внимательности к деталям, если учесть, что владелицей ценного антиквариата ей пришлось побыть весьма недолго. На прощание хозяйка все же напоила Джулиуса вином, и в начале одиннадцатого мы покинули гостеприимный дом.

С моря тянуло прохладой и запахом гнилых водорослей. Щупальца тумана серебрились в свете уличных фонарей. Я чувствовал себя одновременно ужасно разбитым и полным сил. Джулиус шагал молча и слишком быстро, на мой взгляд.

– Красивое имя – Дафна, не правда ли? В нем есть что-то французское… – протянул я, давясь рвущимся наружу зевком. – Мне нравится.

Краем глаза я наблюдал за реакцией товарища, и тот меня не разочаровал.

– Нравится что?

– Имя. Ну и сама мисс Ричмонд. Она очень красивая женщина, ты ведь тоже заметил.

– Красивая женщина – опасная женщина, Филипп. А красивая и умная опаснее вдвойне. Тебе она не по зубам.

Мне стало обидно:

– А тебе?

Джулиус невнятно передернул плечами и, попрощавшись, покинул меня, скрывшись в темноте узкого переулка. Желание пойти за ним захлестнуло меня с неожиданной силой. Какого же труда стоило мне развернуться и направиться домой, убеждая себя, что доверие прежде всего. Вот только можно ли доверять человеку, который, вероятнее всего, не доверяет тебе?

Эту ночь, несмотря на накопившуюся усталость, я провел без сна, изредка проваливаясь в беспамятство, полное темноты и беспокойных, отрывистых видений. В них я то бежал, стремясь догнать кого-то, то прятался в лабиринте из сплошных каменных монолитов. Треск будильника спас меня от утомительного полусна-полуяви. Обычно я поднимался самостоятельно, но сегодня чувствовал, что без будильника не обойтись. К тому же на этот день у меня кое-какие планы, и чем скорее я примусь за их реализацию, тем меньше вероятность испугаться и передумать.

Есть ряд профессий, принадлежность к которым открывает любые двери, – врач, полицейский или, к примеру, налоговый инспектор. На подобный случай у меня имелось не менее верное средство. Скучающая девица за конторкой с внезапно проснувшимся интересом изучила мое удостоверение специального корреспондента «Городской хроники» и, мило улыбнувшись, согласилась выполнить скромную просьбу, чему, впрочем, активно содействовала коробка шоколадных конфет – самых дорогих из тех, что я мог себе позволить. Пока служительница архива искала нужную информацию, я сидел и удивлялся про себя, насколько ненадежно охраняются конфиденциальные сведения о гражданах, если, чтобы пролистать чье-то личное дело, хватает обаятельной улыбки, просроченных «корочек» и шоколадных конфет.

– Мистер Фелтон?

Я с нетерпением откликнулся, однако меня ждало разочарование.

– Я не нашла никого, кто бы значился под именем Джулиус Олдридж. Простите.

– Этого не может быть. – Я лихорадочно соображал, что делать дальше. – Ну хоть что-нибудь?

Девушка опустила ресницы и ответила до отвращения жеманно:

– Ну если вам очень надо…

В ход пошли наличные, оставшиеся от покупки проклятых конфет. С их помощью удалось узнать, что в окрестностях Блэкпула раньше жила семья Элриджей и среди них был молодой человек с инициалами «Дж. М.». Он погиб шестьдесят шесть лет назад при пожаре. Его родители уехали из графства, и больше никто о них не слышал. Мое грандиозное расследование бесславно завершилось, так и не успев толком начаться. Некстати вспомнилось, что бабка Джулиуса родом из Ирландии. Возможно, след затерялся где-то там, и мне самому никогда не докопаться до правды.

– А я уже хотел пить чай без тебя.

Джулиус сидел на своем неизменном месте за письменным столом, где на начищенном до блеска подносе возвышались заварочный чайник, молочник и, к моему удивлению, две чашки.

– Надеюсь, ты догадался по дороге захватить пару булочек? – Он принялся разливать ароматный крепкий чай по чашкам, и я против воли разулыбался. Впрочем, с Олдриджем не стоило быстро расслабляться – этот тип легко переходил от «домашней» размеренности к едким высказываниям и поступкам и наоборот.

– Нет, – ответил я, подвигая стул. – Проспал. Выдалась тяжелая ночь.

– И впрямь было душновато. – Джулиус откинулся на спинку и блаженно втянул носом запах свежезаваренного чая. Я недоуменно воззрился на него. Ночью было на удивление холодно, кажется, даже шел снег. Приглядевшись повнимательнее, я заметил, что напарник выглядел отвратительно. Серое лицо, покрасневшие глаза, а под ними залегли фиолетовые тени.

– Ты в порядке?

– Ты так похож на моего брата, – внезапно выдал он вместо ответа и как-то странно, очень грустно улыбнулся. – Младшего…

Похоже, он действительно слегка не в себе. Я вспомнил о пожаре и закинул удочку:

– Он умер?

– Нет. Он прожил долгую и счастливую жизнь. – Глаза у Джулиуса закрывались сами собой, а он упрямо открывал их снова.

– Но ведь ты сказал – он младше? – Я определенно чего-то не понимал.

Олдридж неловко дернулся и пролил на себя несколько капель обжигающе горячего напитка, но, кажется, даже не заметил этого.

– Да? Наверное, ошибся.

Я не хотел, чтобы он останавливался, хотел, чтобы больше рассказал о себе, пусть и в полубредовом состоянии. Кстати, с чего бы, ведь накануне вечером он чувствовал себя прекрасно?

– Джулиус, что с тобой… – Взгляд мой упал на пол, туда, где из-под стола торчали длинные ноги коллеги, и я заметил нечто невероятное. То, чего никак не ожидал.

В мусорной корзине, не слишком тщательно припорошенные мятой бумагой, стояли две пустые бутылки из-под виски.

Запах алкоголя удачно маскировался ароматом чая, да и фрамуга была приоткрыта специально, чтобы проветрить помещение. Оглянувшись на диван, я убедился, что минувшей ночью на нем спали. Джулиус догадался по моему виду, что скрыть следы преступления не удалось, и с удвоенным старанием принялся дуть на чай, остужая его. Такими темпами он один выпьет весь чайник.

Жестом бывалого фокусника я, ничуть не смущаясь, извлек корзину из-под стола и поставил рядом с подносом:

– Итак, что у нас тут. – Поворошив бумаги, я вдруг узнал в одной из них карандашный рисунок – набросок пропавшей шкатулки, сделанный мисс Ричмонд. – Ты с ума сошел!

Слава богу, он не догадался порвать листок. Я расправил его и, аккуратно сложив вчетверо, спрятал в карман. Джулиус посматривал за моими действиями сквозь полуприкрытые веки. Кажется, он вот-вот заснет.

– Что на тебя нашло? – продолжил допытываться я. – Еще нет и одиннадцати часов!

Олдридж загадочно улыбнулся уголком губ. Наверное, начал пить еще вечером. Тогда тем более удивительно, как ему сейчас удается не только держаться в вертикальном положении, но и вполне связно разговаривать.

– Джулиус, ты…

– Она ведьма!

Я замолк. Мне послышалось?

– Прости, что ты сказал?

Джулиус с усилием разлепил веки и, бросив на меня быстрый, полный непонятного мне чувства взгляд, повторил:

– Она ведьма.

– Мисс Ричмонд?

– Кто?

Так, похоже, мой пьяный друг начинал терять нить беседы.

– Ложись-ка на диван. Устроим сегодня выходной. Нам же надо иногда отдыхать, да?

Я помог ему выбраться из-за стола. Перед тем как окончательно заснуть, он схватил меня за руку, притянул к себе и выдохнул прямо в лицо:

– Не верь ей. Не верь никому…

Отличный совет. Только не уверен, что смогу ему следовать.

Я сидел в кресле Джулиуса и рассматривал рисунок загадочной шкатулки мисс Ричмонд, когда в дверь постучали. К счастью, это лишь почтальон, а не очередной клиент – не хотелось бы объяснять, почему детектив, к которому они пришли, сладко посапывает на диване, по уши укрытый клетчатым пледом.

– Мистер Джулиус Олдридж? – Я представился, и почтальон разочарованно вздохнул. – Мне нужно отдать мистеру Олдриджу посылку, лично в руки. Когда он появится?

Именно этот момент напарник выбрал, чтобы с грохотом упасть с дивана. Почтальон вытянул шею, чтобы хоть что-нибудь разглядеть.

– Я передам ему посылку. Я его компаньон. Где расписаться?

Небольшой, но увесистый сверток перекочевал в мои руки. Когда дверь за любопытным почтальоном захлопнулась, в приемной показался заспанный Джулиус: