Мария Ботева – Митрополит (страница 3)
– Ты чего? Ирка, ты с ума сошла? У нас ребёнок дома! Малый! А твой митрополит больной, ну!
– Не заразный же!
Алёна останавливается у двери в подъезд, слушает разговор.
– Сегодня не заразный, завтра – чирей на заду! Нет уж! Лучше Петька на рыбалку пойдёт, а не к тебе!
– Да он поздоровее тебя будет!
– Вот уж не будет! Чернеца пригрела у себя. Да вот твоя Алёна опять какую-то дрянь тащит, ты и монаха заразишь! Жалко денег у Кулиги покупать?! Пожалела! На монаха своего! Все знают!
Ираида разворачивается, уходит в подъезд. Алёна за ней.
Юля вслед кричит:
– Челдонка!
Дома Ираида ходит по комнате туда-сюда. Алёна сидит за столом.
Ираида говорит:
– Обзывается ещё. Мы тут вообще раньше живём, чем какие-то… Челдонка! Ну надо же! Пусть только позовёт теперь меня! Пусть! В ходунках он ходит! Чё, больной, что ли? В ходунках!
– Ир, ну ты чего на дур каких-то внимание обращаешь? – смотрит на неё Алёна, – давай лучше чай пить.
– А ты не ругайся словами! В школе наслушалась про дур. Пусть сама теперь своему Саньке массаж делает!
Ираида ходит из угла в угол. Алёна идёт к печке, что-то в неё складывает. Ираида кричит:
– Алёна! Отойди от печи! Не открывай!
Алёна говорит:
– Я дрова только… Посмотри, монашека твоего трясёт, замёрз…
Даниил, похоже, простыл, его и правда трясёт. Он пытается что-то сказать, мотает головой, получается только в одну сторону, направо.
– Сейчас, сейчас… – говорит Ираида, – сейчас.
Укрывает его теплее, трогает лоб.
– Нет никакой температуры у него, – удивляется она, – холодный прямо, как стена.
– Баб, – говорит тихонько Алёна, – может, ему водки? Витальку когда трясёт, мамка ему даёт.
– А температура бывает? – спрашивает Ираида.
– Я не знаю. Мамка сразу ему водку – и всё. Помогает.
– Где я тебе водку возьму?
– Я тогда чаю поставлю.
Уходит на кухню.
Ираида смотрит на Даниила. У него закрыты глаза, он уже лежит спокойно. Ира тянется к его голове, гладит по волосам. Говорит:
– Что ж ты такой… малахольный какой-то…
4.
Валера и Ираида тащат за руки – за ноги Даниила в ванну. Алёна пытается поддержать голову, но взрослые идут быстро, девочка не успевает, голова всё время выскальзывает из рук, кренится направо.
– Несём, несём, – говорит Ираида.
И вот монах в воде. Вокруг него пена, спиной его прислонили к белой стенке ванны. Валера трёт грудь, потом спину монаху. Рядом стоят Ираида и Алёна. Алёнка говорит:
– А можно ему в воду?
Все молчат. Алёна снова говорит:
– А чирьи у него не появятся так?
– Валер, слышишь? – спрашивает Ираида, – Чирьи у него не появятся?
– Нет, – отвечает Валера, – чего бы им появиться. А вот тут, Ираида, обрати внимание, – он показывает на лопатки Даниила, – вот тут, видишь? – видишь, какая кожа? Смотри, так и до пролежней недалеко. Ты контролируй давай.
– А где ещё они бывают? Пролежни, – интересуется Ираида. Алёна внимательно смотрит, как Валера моет монаха.
– Везде, – говорит Валера, – где угодно. Давайте-ка, выйдите. Женщины.
5.
Ираида идёт по посёлку, улыбается. У всех рабочий день, и у неё тоже.
У своего дома стоит Андрей, держит в руках топор. Смотрит на неубранную капусту, задумался.
– Эй, Ираида, у тебя, чё, обед? – кричит Валя. Она вышла из дома культуры, пошла домой, – как ты монашека своего оставила?
– Спит, – отвечает Ираида.
Андрей поднимает голову, улыбается.
– Ирка, – говорит он, – поди сюда.
Когда она подходит говорит:
– Вот что, Ираида, я тебе тут сказать хотел…
– Пропьёшь, – отвечает ему Ираида, – убрал бы капусту-то, что ли.
– Да ты чё, Ирка, ты чё. Я вот чего. Слышала открытие?
Ираида говорит:
– Че-го? Какое открытие? Клуб?
– Опять ты! Провались – Андрей говорит.
– Я-то уж помню!
– Ладно. Открыли недавно геологи и терапевты: челдоны тут жили первыми! Ну?
Ираида смотрит на него, повторяет:
– Ну?
– Радуйся, челдоны тут жили первые. Поняла?
– Да я знаю. Ты хочешь-то чего?
Андрей смотрит на соседку, говорит громко:
– А потом пришли самоходы – и всё! И стали тут главными!
– Ты, что ли, главный? Капусту убери…
Ираида уходит, а Андрей смеётся ей вслед.