Мария Боталова – Созидание (страница 46)

Выходит… в попытках совладать с силой он мог узнать даже больше, чем успели выяснить мы.

– Но сила разрушения дестабилизирует все остальное. Стихии – в меньшей степени. А вот направленность магии нарастает и безумствует наравне с разрушением.

Вполне возможно. Я не могла почувствовать направленность магии в безумных богах, потому что не знаю, что она собой представляет, как отделить ее от остальных потоков магии. А в женах ее и вовсе не было – направленность, божественный талант – он присущ исключительно богам и к смертным не может перейти, в отличие от стихий и того же разрушения.

– А богини созидания сходят с ума?

– Даже если и сходят, шансов изучить это у нас не было. Ты же знаешь, – Эхран хмыкнул, – богини созидания нарасхват. Они не успевают почувствовать и толики безумия – уже оказываются замужем.

Чуть помолчав, может быть, чтобы дать мне время сжевать яблоко, Эхран продолжил:

– Моя магия не прокатывается по мирам, ее отголоски невозможно уловить. Да и разрушение во мне… я не уверен, что дело в нем. Если я схожу с ума под давлением магии – я всего лишь начинаю убивать богов. – Усмехнулся кривовато. Впрочем, «всего лишь убиваю» мне не показалось сколь ни будь забавным. – Я не разрушаю, не кидаюсь в ярости на окружающих. Я просто дико хочу выпить чужую магию и насытиться.

– На меня ты накинулся.

– Да. Я вышел из себя не столько под давлением магии, сколько в ощущении, что… снова голоден. Пока еще не безумие. Что же касается безумия… Буйная, разъяренная магия богов переходит к их смертным женам. И мне достаточно просто находиться рядом, чтобы это утоляло голод. А когда мой голод утолен, моя собственная магия спокойна и нет нужды кого-нибудь убить.

Вот оно что. Если Эхран впитывает магию жен, то они медленнее превращаются в монстров! По сути, он откачивает из них магию, тем самым замедляя процесс превращения. Ведь чем меньше в девушках магии – тем дольше они могут продержаться.

Эгран говорил, что божественная магия может находиться только в живом существе. И все же… Пожиратели могут быть живым сосудом.

А Хэрж предполагал, что я не просто так стала женой Эхрана, в этом есть некий глубинный смысл, воля Вселенной. Значит, я должна была узнать, что Эхран Пожиратель?

– Тогда зачем тебе я? Это ведь был идеальный план! Приходить в академию, впитывать магию девушек. Тем более, раз ты получал магию не напрямую от бога, в тебе не было жажды убить, выкачать до дна. И девушкам это помогало. Может, если повысить интенсивность вашего взаимодействия, можно уберечь девушек от превращения?

– Вижу, ты упорно хочешь всех спасти, – хмыкнул Эхран. – Пожирателей, обезумевших богов и превращенных девушек.

– А из монстров магию откачивать не пробовал?!

Я уже представляла Эхрана в роли этакого санитара леса… тьфу, что за сравнение. В общем, он мог бы исправить процесс. И себе помочь, и всем остальным. А если где-то есть еще Пожиратели…

О боже. Пожиратели ведь есть. Где-то на моей родной Земле! Пусть не боги, но их сила такая же.

– Все немного не так. Если я начинаю выкачивать магию – я выкачиваю ее подчистую.

– Полагаю, зверю, в которого превратилась жена, это не повредит? Или… повредит.

Я задумалась. Рисковать жизнью девчонок, которым и так уже досталось на сто лет вперед, совсем не хотелось.

– Не знаю. Не пробовал. Если ты готова рискнуть… их же тоже не жалко, да, Алена? Какая разница: жить монстром или умереть от экспериментов. – В голосе Эхрана почувствовалась неожиданная злость. Или обида? Странно, с чего бы.

– Мне твоя логика не близка, – холодно отрезала я. – Если это опасно – рисковать не будем. По крайней мере, пока не заручимся поддержкой того же Шу.

– Ты не понимаешь, Алена. Я не собираюсь вверять свою жизнь кому-либо! Ни Шу, ни другим богам. Ни твоему обожаемому Арвану, ни Эграну – я никому из них не расскажу о своей силе. И ты тоже не расскажешь.

Ах вот оно что. Опять вспомнил, с чего все началось. Хотя мне не до конца ясно, с чего началось-то… С чего Эхран вообще взял, что я сижу и размышляю, насколько «мой обожаемый» Арван лучше его?

Чувствуя, что еще немного – и мы скатимся в выяснение отношений, а это лишит меня возможности узнать остальную информацию, усилием воли взяла себя в руки.

Нейтрально заметила:

– Я всего лишь размышляю. Ищу выход, наилучший для всех, как ты заметил. В этом вся я. Но давай продолжим, я очень хочу разобраться и понять тебя.

Мои последние слова, особенно заверение, что хочу понять Эхрана, подействовали на него благоприятно.

– Я не выкачивал магию из девушек в академии. Я не прилагал никаких усилий. Вся академия жен напитана магией в огромнейшей концентрации. Концентрация столь велика, что я могу просто быть там. Эта магия течет свободным потоком, вливается в меня, насыщает. И, к тому же, магия, которая исходит от девушек, а не от обезумевших в изоляторе, гораздо более приятна.

Значит, все-таки звено с девушками не исключить. Но если хотя бы удастся уберечь их от превращения… Стоп. Для этого нужно заручиться желанием Эхрана найти выход, а он явно не хочет. Потому что никому не доверяет. И его можно понять. Ни один бог не обрадуется, узнав, что Эхран убил пятьдесят шесть сородичей. Меня саму от этой мысли передергивает. Да, чтобы справиться с эмоциями, я с головой погружаюсь в мыслительные процессы. На самом деле не самый плохой способ.

– Тогда я не понимаю. Если все было так хорошо, зачем понадобилась я?

– Риянре надоело мне помогать. Я искал иные варианты, но не находил. В академию не пускают богов, если у них нет смертной жены. А обзаводиться смертной женой я не собирался.

– Почему? Другие обзаводятся. Между прочим, ты ведь решил сделать меня своей женой, еще не зная, что я стану богиней?

– Золла была моей первой женой. Я был молод, совершил всего пару убийств и упорно боролся с жаждой чужой магии. Я верил, что это то же самое, как у остальных богов. Искал целенаправленно, с кем можно будет заключить брак. Но Золлу я искренне полюбил.

– Голод все равно пришел? Так же, как… и со мной?

А ведь я на самом деле могу повторить участь Золлы! Пока Эхран держит голод под контролем, но… но… нужно сводить его в академию жен! Срочно.

Придется пригласить его в нашу комиссию. При этом даже не обязательно рассказывать остальным, с какой именно целью.

– Да. Голод все равно пришел. Это было так неожиданно, что… я почти не понял, что происходит. А когда понял – стало слишком поздно. Опустошенная Золла рассыпалась в моих руках.

На этот раз Эхран замолчал надолго. Я не решалась прервать это молчание. И за яблоки больше не хваталась. Казалось, еще немного – и меня затошнит от избытка эмоций. Богов может тошнить? Или им чужды любые проявления телесной слабости?

– Следующей была смертная девушка. Но моя магия к ней не переходила. Мое безумие построено на диком голоде, на желании жрать чужую магию, а не выплескивать ее избытки. Наличие смертной жены ничего не изменило само по себе. Но, бывая в академии жен, я понял, что может мне помочь. К сожалению, не вызывая подозрений, я не мог использовать смертную жену слишком долго. В ней не было изменений, потому что не было моей магии. И в какой-то момент мне бы просто сказали: «Все получилось. Твоя жена не становится монстром – забирай». Потом нашим случаем, непременно, заинтересовались бы. Я не мог этого допустить. Не мог позволить исследовать ни ее, ни себя. Особенно – себя. Я разорвал брачные узы и отправил девчонку к ней домой. Для богов обставил все как несчастный случай, будто во вспышке гнева убил ее. У нас за убийство смертных не наказывают. Дело удалось замять. Позже я нашел Риянру – единственную, кому смог доверить страшный секрет. Она обеспечила мне прикрытие на несколько сотен лет. Ничего удивительного, что Риянре надоело. А потом появилась ты. Уникальный случай.

Взгляд Эхрана снова пронизывал меня насквозь.

– Я ощутил в тебе твою истинную суть. Пусть этот идиот Грас был уверен, что забрал тебя с Харрола, но я понял, что это не так. Да, Алена, я умею чувствовать магию намного лучше других. За счет того, что ее пожираю. О Церусе я узнал уже после того, как заинтересовался тобой.

– Я… Пожирательница?..

– С чего бы? Ты хоть раз чувствовала желание поглотить чужую магию?

– Нет… Тогда совсем ничего не понимаю.

– Вернемся к моему вопросу. Что ты знаешь о Церусе?

Я решила больше не таиться и сжато выдала все:

– Церус был создал семнадцать тысяч лет назад. В нем появились Пожиратели. Это были люди, но они становились все могущественнее за счет чужой магии. Боги решили это прекратить. Как именно – не знаю. Церус исчез. Но недавно… снова появился. Ах да, владельцы Церуса – де Фарваль, а я в этом мире родилась.

– Если бы не я сделал тебя своей женой против воли, сейчас бы подумал, что это был твой коварный план – добраться до сведений о Церусе, – хмыкнул Эхран.

Я настолько похожа на коварную интриганку? Мило.

– Арван знает?

– Что я с Церуса? Нет, – без зазрения совести ответила я. Арван ведь не в курсе, что мир, который я называла Землей, в божественных системах имеет название Церус. – И я бы не хотела говорить сейчас об Арване.

– Мои предки припрятали сведения о Церусе так хорошо, что о существовании такого мира не знал даже я. После всех своих поисков. Мне помогла ты. Твое появление… Увидев тебя в академии, я сразу понял, что ты другая. Не такая, как все смертные девушки. Поначалу я не мог поверить, что мне не чудится, что от тебя на самом деле веет знакомой силой.