Мария Боталова – Невеста туманного дракона 2. Предназначение (СИ) (страница 62)

Рэвал пытается сдержать солнечную магию в себе и во мне. На это тоже уходят силы. Я должна помочь. Должна что-то сделать…

– Туман, – шепчу на туманном языке, – твои дети сегодня могут погибнуть. Туман, ты их бог. Помоги справиться, помоги защититься от чужой богини.

Я произношу эти слова, не до конца понимая, чем руководствуюсь в этот момент. Запястье обжигает. Запястье, на котором Знак Судьбы! А в следующий миг и вовсе кажется, что в том месте плавится кожа.

Богиня что-то кричит, но в гуле бушующей магии не могу разобрать ее слова. Глаза Рэвала изумленно расширяются. Опускаю взгляд на его запястье. На нем полыхает голубоватый огонь!

А в следующий миг… Древний туман просыпается, услышав слова на своем языке. Кажется, будто ныряю в ледяную прорубь. Только этот холод снаружи и внутри. Как странно! Туман давно перестал быть для меня холодным. Но только не этот туман. Этот туман спал и наконец-то проснулся. Поэтому он столь холоден, глубок и всеобъемлющ.

Он не говорит, но я чувствую его. Волна понимания накрывает меня вместе с волной самого тумана.

Драконы приходят в другой мир. В этот мир. Теряют часть своих знаний. Здешние люди слишком боятся неизведанного и не готовы принять туманных драконов. Туманные драконы больше не могут связывать себя с людьми и постепенно, от поколения к поколению, становятся слабее, вместо того, чтобы приобретать больше силы.

Туман плачет, глядя на умирающих девушек. А души этих девушек не находят покоя и становятся рарнами. Несчастные души постоянно мерзнут, туман больше не может это выносить. Он отрекается. Драконы теряют силы и часть себя. Лишаются способности говорить на туманном языке и продолжают слабеть. А туман засыпает. Потому что не хочет больше плакать над загубленными душами. Потому что отворачивается от своих детей. Потому что драконы слабеют и не могут поддерживать с ним связь. Одно вытекает из другого, причина становится следствием.

Услышав человека, ставшего не рарной, а зеркалом, услышав туманный язык из уст этого человека, древний туман просыпается. И приходит на помощь.

Я больше не чувствую боли. Да и холод постепенно проходит. Мы с Рэвалом стоим в потоке тумана. Принимаем то, что исходит из его глубин. Пропускаем сквозь себя. И направляем против наших врагов. Действуем, как единое целое. Я и Рэвал. И туман.

Солнечная магия больше не рвется наружу. Она гаснет под натиском тумана и застывает. Ей здесь не место. Прочь из обители тумана!

– Ну нет… Я так легко не сдамся, – доносится еле слышный голос богини.

Руку со Знаком Судьбы снова обжигает. Вспыхивает частица божественной магии, разъедая кожу. Всплеск магии. Аданари внезапно оказывается рядом со мной и хватает за руку. Ее прекрасные глаза полыхают яростью.

– Вы уничтожили солнечную магию, но моя магия по-прежнему внутри вас!

Внезапно приходит понимание. Знак Судьбы был еще одной лазейкой для богини. Она поставила свою метку на мне, чтобы заставить отправиться в Шатьер. Чтобы я пронесла в Шатьер ее магию на себе! А через меня Аданари добралась до Рэвала, явив именно его в магическом зеркале.

Никакой совместной судьбы у нас не было. Богиня обманула. Она просто использовала нас. Поставила этот знак, чтобы на мне осталась частичка ее магии. Просто очередная лазейка.

– Я убью тебя. Ты все планы испортила, – шипит богиня.

Рэвал пытается оттолкнуть ее магией. Это даже почти получается. Но от наших рук протягивается тонкая ниточка божественной магии. Аданари злобно смеется.

– Я победила! Победила! В вас моя магия! Ваш туман не справится!

– Рэвал?.. – я поворачиваюсь к нему. Боль в руке становится все сильнее. От запястья по венам струится к локтю.

– Я пытаюсь. Пытаюсь… – сквозь стиснутые зубы рычит дракон.

Лазейка. Божественная магия, оказавшаяся в самом центре туманной. Нам ее не победить…

Я уже на грани отчаяния. Тоже пытаюсь сопротивляться. Когда усилия воли недостаточно, когда от боли с губ срывается крик, пытаюсь выдрать божественную магию пальцами другой руки.

Смех богини приглушенно разносится в тумане.

Внезапно сбоку возникает движение. Шаньга бросается к нам! И прокусывает нить божественной магии, протянутую от нас до Аданари.

– Нет, это невозможно… – потрясенно выдыхает богиня.

Но нить со звоном лопается. Боль отпускает. А иквара… прямо на глазах рассыпается в пепел. Для нее божественная магия оказалась слишком сильна.

– Шаньга! – кричу в ужасе я.

Рэвал снова бьет богиню магией. Где-то там кричит солнечный охотник. Он растворяется в тумане. Исчезает, не в силах справиться с натиском магии. А вот богиня продолжает сопротивляться.

Я не пытаюсь управлять туманом – с ним справляется Рэвал. Но, ощущая необъятную мощь, внезапно начинаю чувствовать туманных созданий. Всех созданий, всех детей тумана! И зову их на помощь.

Они налетают с разных сторон. Перетекают вместе с туманом, атакуют Аданари. Богиня кричит. Она еще могла бороться с древним туманом, но с туманными созданиями уже не справляется. Подчиняясь моей воле, создания уносят богиню на потоках тумана.

Рэвал прикрывает глаза, к чему-то прислушиваясь.

– Все. Она за пределами Шатьера. Границы сомкнулись. Лазеек внутри Шатьера не осталось, – сказал Рэвал спустя пару минут.

Мгновением позже я услышала отклик от туманных созданий. Они тоже отчитались. Вышвырнули Аданари за пределы Шатьера.

Движение тумана прекратилось внезапно. Просто раз – будто кто-то кран перекрыл. А вместе с тем я ощутила чудовищную слабость.

Кажется, мы с Рэвалом упали в обморок одновременно.

Как жаль. Значит, он не смог меня поддержать.

Не хватало еще разбить голову о каменный пол в этой пещере!

Глава 16

Открыв глаза, не сразу смогла понять, где нахожусь и что происходит.

– Ивона…

Повернула голову, встретилась глазами с Рэвалом.

– Ивона! – повторил дракон и припал губами к моим.

Не задумываясь, ответила на поцелуй. Чувства взяли верх над разумом. Какая разница, где я нахожусь? Мы в одной постели? Плевать! Я не могу не отвечать на ласку этих восхитительных губ. Поцелуй кружит голову и путает мысли. Такой горячий, такой упоительный.

Когда рука Рэвала забирается под ткань ночной сорочки… хм… сорочки… меня уже переодеть успели? Воспоминания возвращаются вспышкой. Одной, второй, третьей.

Нападение на Шатьер. Мы становимся единственной надеждой на спасение. Проходим наркаярд. Соединяемся телами и магией. Сражаемся с Аданари и солнечным охотником. Шаньга…

– Шаньга! – выдохнула я, оттолкнув Рэвала. – Шаньга умерла. Чтобы… чтобы спасти нас…

Из глаз брызнули слезы.

– Я должна увидеть ее! Увидеть на том месте…

Я соскочила с кровати. На полпути к двери Рэвал меня перехватил.

– Ивона! Пожалуйста, Ивона, успокойся. Ты не можешь бежать в таком виде. Ты… уже ничего не сможешь исправить. Шаньгу не вернуть.

Какое-то время я еще пыталась вырваться, кричала, что Рэвал должен меня отпустить. А потом уткнулась в его грудь и разрыдалась.

Бедная Шаньга! Эта мерзкая богиня использовала ее так же, как нас. А потом завладела ее разумом, заставила напасть на драконов и на меня. Но Шаньга справилась. Каким-то образом поборола внушение богини и бросилась на помощь! Спасла нас с Рэвалом, освободила от божественной магии. Ценой собственной жизни. Моя любимая, моя верная, моя самая лучшая Шаньга умерла!

Не знаю, сколько времени я ревела, прежде чем смогла хоть немного успокоиться. Может быть, просто закончились все слезы. Подчинившись Рэвалу, я отправилась в ванную привести себя в порядок. А Шаньга… она в такие моменты всегда была рядом со мной. Подстраховывала, развлекала разговорами. Теперь ее нет. Ее больше нет…

Слезы опять чуть не полились, но, видимо, и правда закончились. Только глаза стало жечь еще сильнее.

Потребовалось некоторое время, чтобы искупаться, умыться. Я делала это без всяких мыслей, просто потому что так надо. Просто потому, что если я этого не сделаю, если не облегчу свое состояние, то лишусь сознания. А этого допустить нельзя. Никак нельзя. Я должна увидеть Шаньгу. Хотя бы… то, что от нее осталось.

Но, пока обтиралась полотенцем, вспомнила еще кое-что.

Вылетела из ванной с криком:

– Рэвал!

– Ивона? – взгляд дракона изумленно прошелся по обнаженному телу.

Я лишь слегка смутилась, но мне было уже все равно. Разве можно смущаться в этот момент, когда моя верная подруга мертва? Да и после того, что между нами с Рэвалом было…

Все же прикрылась полотенцем.

– Яшанна. Лайдол, – выдавила я, не в силах подобрать слова.

– Живы, – Рэвал улыбнулся. – Им еще потребуется время на восстановление, но главное, что процесс пошел. Они больше не на пороге смерти.

– А Ошаран?