Мария Бирюза – Бриллиантовый взрыв (страница 56)

Анна оглядела холл – белые мраморные плиты, тут и там горшки с цветами и даже полосатый диванчик – все выглядело именно так, как она и предполагала, Махович с Бажовой не могли проживать в обычном доме с серыми масляными стенами. Воображение тут же дорисовало хоромы неземной красоты, которые скрывались за семью печатями.

– А у тебя случайно нет его телефона? – прошептала Анна. – Неплохо было бы позвонить и предупредить заранее.

– То, что он нас не ждет, нам только на руку, – тоном специалиста по внезапным визитам, заявил Степан. – Не успеет подготовиться.

– А-а…

«Не успеет подготовиться», повторила про себя Анна. Не нужно быть Нострадамусом, чтобы представить в красках, как поведет себя Махович, когда увидит на пороге сюрприз в виде Анны со Степаном – выгонит их вон и вся недолга.

Тем временем Степан позвонил в третий раз. Ничего.

– Пусто, – не без радости резюмировала Анна. Нет, она, конечно, очень хотела поскорее выбраться из подполья, но идея явиться без приглашения домой к Маховичу, чтобы блефовать, ей вовсе не казалась удачной.

– Подождем, – упрямо возразил Степан. Он прекрасно знал повадки такого рода людей, они никогда не спешат открывать входную дверь и вообще, никогда, никуда не спешат, нет у них на то надобности.

Считая секунды, Анна то и дело оглядывалась на лифт и примеривалась к лестничной клетке на случай экстренного отступления. На Степана она тоже поглядывала с недоверием. Ну и что, что у него водятся деньги? Это вовсе не значит, что такой респектабельный человек как Махович, пусть даже он им и прикидывается, запросто распахнет для него объятия.

– Только не вздумай дубасить кулаком, а то я уйду, – взмолилась она, вспомнив, как Степан утром ломился в офис фирмы «Мы работаем, вы отдыхаете».

– Если необходимо, то буду, – философски заметил Степан.

Тут замок неожиданно щелкнул, и дверь приоткрылась на длину цепочки. Анна замерла на месте, с трудом заставив себя смотреть прямо, а не в пол.

– Кто там? – спросил знакомый голос. – Вы?!

Цепочка звякнула, и дверь медленно открылась.

Махович удивленно уставился на Анну и несколько секунд ее изучал:

– Вы ко мне?

Сгорая со стыда, она кивнула. Изумрудный шелковый халат, замшевые тапочки, тоже зеленые, сеточка на голове, сохраняющая прическу – Андрей даже дома выглядел успешным.

– Добрый день, – пролепетала Анна.

– Добрый… – Махович подробно осмотрел ее шубу, затем скользнул взглядом по джинсам, простым сапожкам и снисходительно вздернул идеально выщипанную бровь. – Какими судьбами?

– Ну… я…

– Мы хотим с вами поговорить, – ответил за нее Степан и выступил вперед.

Только тут Махович обратил внимание на то, что она пришла не одна, и… опешил.

– Степан Александрович, – проговорил он и невольно подался назад.

– Да, Андрей, это я, – спокойно ответил Степан. – День добрый.

– Добрый…

С Маховича прямо на глазах сползли его снисходительность, напыщенность и шик, лицо сделалось заискивающим, услужливым. Анна подивилась такой метаморфозе – прям итальянская комедия масок, только вот сменил он маску или сбросил? – а заодно отметила, что вот так, по случаю, узнала отчество Степана.

– Так вы пригласите нас войти? – тем временем повелительным тоном спросил Александрович.

Махович зыркнул куда-то в сторону, и Анна уже приготовилась, что он сейчас их все-таки выгонит, но…

– Да-да! – Андрей вспыхнул, изобразив крайний восторг. – Конечно.

Степан взял Анну за локоть и, слегка подталкивая, провел в прихожую. От Маховича не укрылся этот его жест, он каким-то совершенно новым взглядом посмотрел на Анну и, удивленно хлопнув глазами, чуть ли не кланяясь, распахнул перед гостями широкие стеклянные двери: – Сюда, пожалуйста, в залу.

Они, не торопясь, прошли в просторную, обставленную с намеком на классический стиль комнату и остановились посередине, прямо на шкуре зебры.

– Кто там? – донесся из глубины квартиры недовольный женский голос.

– У нас гости! – звонко крикнул в ответ Махович.

Анна переминалась с ноги на ногу, не имея понятия, как ей себя вести, Степан же был, по обыкновению, спокоен, только лоб пересекла глубокая морщина, и профиль снова стал жестким, как на тех монетах. Она расправила плечи, стараясь ему соответствовать… получилось не очень.

– Гости? – возмутился женский голос. – Мы же никого не ждем.

Махович извинился, неохотно потрусил в коридор, и оттуда послышался громкий шепот.

– Какие доверительные отношения, – ехидно заметила Анна. – И отчество тебе, и добро пожаловать… И давно это у вас?

Степан безразлично пожал плечами.

– Понятно, – протянула Анна, хотя ей ничего не было понятно, и чем дальше, тем больше. В дверях появился Махович, уже без сеточки на голове.

– Устраивайтесь пока на диване, а я… один момент, – сказал он и снова исчез.

Они так и поступили, расселись и стали ждать. В глазах у Анны рябило от зебры…

– Кто бы мог подумать, что он такой любитель сафари, – шепнула она Степану. – Не удивлюсь, если он и ее сам того… Выложил на всеобщее обозрение свой первый опыт, так сказать.

Чтобы не смотреть на полоски, она стала изучать помпезный интерьер, а толстая белая жаба, раздувая горло, в свою очередь рассматривала ее из своего квадратного аквариума. Вид у нее был воинственный, и Анна порадовалась, что стеклянная крышка задвинута, иначе эта любопытная «крошка» могла бы в один прыжок преодолеть расстояние до дивана и шлепнуться ей на колени.

Увидев на дне аквариума кованый сундучок с сокровищами и рассыпанные вокруг китайские монетки, Анна фыркнула. Фен-шуй зашкаливает.

Минут через пять их терпение было вознаграждено, в дверях появился напомаженный, надушенный Махович, а еще через минуту вошла и ее давешняя дуэлянтка, тоже во всеоружии.

– Добро пожаловать в наш дом, очень рада вас видеть, – Бажова широко улыбнулась, протянула Степану длинную тонкую руку, и тот слегка ее пожал, изобразив вежливую улыбку, потом устроилась в кресле напротив, картинно закинула ногу на ногу и после паузы обронила: – И вас тоже, Анна.

– Да-да, я тоже, тоже рад, – спохватился Махович. – Чем мы обязаны такому вниманию?

– Я бы хотел кое-что с вами обсудить, – сухо сказал Степан.

– Может, сначала по бокалу? – продолжала разыгрывать из себя радушную хозяйку Изольда, не отрывая глаз от Степана. Анна даже почувствовала укол ревности, чего с ней сроду не бывало.

– Можно, – великодушно разрешил Степан. – Виски безо льда, на два пальца.

– А вам, Анна? – спросил Махович.

– Ничего не надо, спасибо.

Бажова легко вспорхнула с кресла, отчего разрез на юбке показал все прелести ее ног и даже выше, профланировала к громадному глобусу, оказавшемуся баром, и разлила по стаканам спиртное. По дороге назад она остановилась около аквариума и любовно провела пальцами по стеклянной стенке.

– Вы уже успели познакомиться с Джоан Роулинг, правда прелесть? – проворковала она, затем раздала мужчинам выпивку, и, когда садилась, разрез юбки снова продемонстрировал больше, чем следовало. – Это мой любимый сорт, всегда привожу его из Лондона.

После глотка виски салонный разговор возобновился.

– Так о чем вы хотели поговорить? – спросил Махович, преданно заглядывая в глаза Степану.

Все так уютно, чинно и благородно сидели, так вежливо друг другу улыбались, что Анна просто не представляла, как можно в такой атмосфере «выводить кого-то на чистую воду».

– Дело в том, что мне стало известно, кто украл Бхаласкар, – неожиданно заявил Степан.

– Что?! – в один голос воскликнули хозяева дома, при этом Махович подскочил в кресле, а Бажова замерла.

– И вы приехали сообщить нам об этом? – Махович откашлялся. – Это очень приятно… Но чем мы заслужили такую честь?

Плохо дело, подумала Анна, увидев, что он быстро пришел в себя и даже расслабился, в общем, колоться не собирается… Андрей-то, оказывается, крепкий орешек.

– Я приехал сказать, что все знаю, – с нажимом продолжил Степан. – Мне известно, что украдено не все колье, а только один пейнит, известно, кто знал, что он легко вынимался из оправы, куда его спрятали и куда спрятали саму оправу, известно, как вынесли камень из зала презентации, и, наконец, кто знал галерею, как свои пять пальцев, и кому было проще всего это сделать.

Степан начал тихо, затем заговорил громче, громче и все более угрожающе, неотрывно буравя взглядом Маховича. Атмосфера в комнате изменилась, Анне показалось, что воздух стал накаляться и вибрировать. Махович бледнел, Бажова, сжав кулаки, ловила каждое слово.

– Кроме того, я знаю, кто вел дела с Василием Карецким, был знаком с Кириллом Львовичем Романовым и, наконец, кто их убил и за что. Я знаю ответы на все эти вопросы!

Как опытный актер, Степан выдержал Мхатовскую паузу, во время которой Анна затаила дыхание – под таким напором она и сама бы не выдержала и призналась во всех смертных грехах… Неужели у него получится?