Мария Бирюза – Бриллиантовый взрыв (страница 31)

Глава 25

Оставшись одна в номере, Анна прошла в спальню, закрыла за собой дверь, не раздеваясь прилегла на краешек необъятной кровати и попыталась заснуть. Но не тут-то было…

Что же это, судьба просто издевается, хочет показать напоследок, как могло бы у нее все сложиться? Но она знает, что ее удел корпеть над трехгрошевыми статейками с пошлыми советами для тех, кому снится как раз такая жизнь. Именно их и охмуряет Степан, приводит в роскошные номера, задабривает такими ужинами – вон как он смотрел на нее, все ждал, что она падет пред ним ниц и начнет целовать ноги, чтобы только эта сказка не кончалась.

Хорошо хоть фуа-гры откушала, будет о чем в тюрьме вспомнить. Степан-то как-нибудь выкрутится, откупится, наконец, а ее поведут под белы рученьки.

Вдруг раздался легкий стук в дверь, и она замерла.

– Аня! – позвал Степан тихонько.

Что ему тут понадобилось? Сам же уступил ей спальню.

– Аня?

– Да? – неохотно отозвалась она.

– Ты еще не спишь?

Вот наглец, знает же, что не сплю, возмутилась Анна и встала, чтобы открыть. Но опоздала – Степан сам открыл дверь и остановился, не решаясь войти:

– Я увидел свет и решил спросить, вдруг тебе что-нибудь нужно.

Да, мне нужно, раздраженно подумала Анна, нужно, чтобы весь сегодняшний день сгинул, провалился в тартарары вместе с твоим назойливым сломанным носом. Степан стоял в дверях и внимательно ее рассматривал – волосы слегка взъерошены ему захотелось запустить в них свои пальцы… щеки раскраснелись, наверное, от «Мартини», верхние пуговицы на рубашке расстегнуты.

Анна почувствовала, как начинает смущаться от его пристального взгляда и с вызовом спросила:

– А тебе?

– Ты хорошо себя чувствуешь? Почему не спишь?

– Я в полном порядке, просто душно очень, – соврала Анна, а про себя подумала, что теперь, когда он пришел, стало еще тяжелее дышать. Неужели из-за него? Она ведь уже успела забыть, как это бывает, ее свидания с «дружеским» сексом не в счет.

Так, стоп! О чем это она? Они просто товарищи по несчастью, и все.

– Ты как-то странно выглядишь, – вкрадчиво сказал Степан.

Анна принялась застегивать рубашку и тут запоздало заметила, что он уже вошел в комнату и остановился недалеко от кровати.

– Честно говоря, я бы предпочла остаться сейчас одна, – попыталась она выставить его вон.

Но не тут-то было. Похоже, Степан и не собирался уходить.

– Может, тебе принести еще что-нибудь выпить? – предложил он.

– Не нужно.

Еще не хватало, выпить! Нет, ей уже хватит, иначе она за себя не ручается…

Да что с ней такое происходит? Она давно не ребенок и не очень впечатлительна. Натерпелась от мужиков всякого, настрадалась достаточно, с нее хватит. Больше ни одна особь мужского пола не заставит ее плакать.

– Может, все-таки налить мартини? – напирал Степан.

Анна отрицательно покачала головой. – Тогда что я могу еще для тебя сделать? – Он пристально смотрел на нее, стараясь понять, о чем она думает и что чувствует. Эта женщина волновала его, а ведь он был уверен, что больше ни одна его смутить не сможет.

Анна попятилась к окну и неопределенно пожала плечами.

– Давай, я посмотрю твое колено, наверное его надо смазать чем-нибудь, – настаивал Степан. – Тут и аптечка в номере есть.

Анна уже и забыла, что недавно бегала по ночному лесу и, упав в овраг, поранила ногу. После этого столько всего случилось, что из-за переживаний она даже не чувствовала, болит колено или нет.

– У меня все прошло.

Но Степан сделал серьезное лицо и заявил:

– Я никуда не уйду, пока не буду уверен, что твоя нога в полном порядке.

Анна недоверчиво усмехнулась.

– Показывай! – потребовал Степан. – А то может начаться воспаление.

– Тогда принеси мне аптечку, – стараясь скрыть волнение, сказала Анна.

Степану очень не хотелось уходить из спальни, но делать нечего, сам же предложил ей помощь, однако, не успела Анна перевести дух, как он влетел обратно.

– Вот, здесь бинты, пластырь и йод, – он пристроил белый сундучок на край кровати. – А теперь давай… снимай джинсы, посмотрим, что там у тебя.

Анна вопросительно изогнула бровь. Снимать джинсы? Показывать ему ногу? Да скорее она сдастся властям, чем станет раздеваться перед незнакомым, ну почти незнакомым мужчиной.

– Вам что, на сегодня зрелищ не хватило? – с вызовом спросила она.

– А мы что, опять перешли на «вы»? – обиделся Степан.

– А вы думаете, что заманили меня в номера, напичкали фуа-грой, и теперь можете требовать продолжения банкета? – возмутилась Анна, машинально задирая вверх воротник своей рубашки.

От такого обвинения Степан опешил. И действительно, что это он разошелся? Вот дурак, на ее долю столько всего выпало, а он еще с коленом.

– Ладно, – сдался он, – твоя взяла. Вот тебе медицина, и сама врачуйся, как знаешь.

Некоторое время они постояли молча.

Анна ругала себя на чем свет стоит. Вот истеричка, в кои-то веки человек к ней по-доброму отнесся, помощь предлагает…

– Извини, – раскаялась она. – Просто накопилось за день.

– Это ты меня извини…

Степан стоял и просто смотрел на нее, и Анна почувствовала, как вспыхнули ее щеки.

– Отвернись, пожалуйста, – попросила она. – Я сейчас сниму джинсы, и мы полюбуемся на мои боевые раны.

Последние слова она произнесла помимо воли, будто и не она вовсе это сказала…

Степан послушно отвернулся к окну.

– Готово, – Анна присела на кровать и вытянула ногу.

Он принялся внимательно изучать ее коленную чашечку, потом достал из сундучка ватный тампон и йод. Анна сидела тихо, боялась взглянуть ему в глаза, опасалась, что он прочтет в них совсем не то, что ей хотелось бы… Его руки так нежно прикасались к ней, что голова начала кружиться.

– Тебе не больно? – Степан осторожно обработал ссадину йодом.

Анна нарочито бодро ответила:

– Нет, совсем нет.

– Это хорошо, значит, уже заживает, – он подул на колено. – А до свадьбы точно заживет.

– Да уж… хотелось бы, а то жениху ведь не объяснишь.

– Больше нигде нет увечий? – Степан тянул время, понимая, что пора уходить, но не мог заставить себя встать.

– Нет, больше нигде.

– Подожди, кажется, еще одна царапина… вот тут, слева. – он наклонился и осторожно провел пальцем по ее шее. – Вот наглая ветка, добралась и сюда. Хорошо не воткнулась, кожа здесь очень нежная. Тебе повезло.

Лицо Степана оказалось совсем близко, Анна вдохнула дурманящий аромат его волос и прислушалась к дыханию, тяжелому, прерывистому.

– Выше подними подбородок, я смажу йодом, – голос его стал хриплым.