Мария Берестова – Не названа цена (страница 35)

Рийар метнул на него убийственный взгляд.

Ней спокойно продолжил рассуждать:

— И прежде, чем ты начнёшь напоминать, что командир тут ты, отмечу, что это не меняет того факта, что мы о тебе волнуемся.

— Не с твоим откатом по палубе ходить, — проявил солидарность с товарищами четвёртый.

Двое остальных согласно кивнули.

Рийар скорчил совершенно зверскую рожу и возразил:

— Я с ним фехтовать научился, а там!..

— Во-первых, там тебе открытое небо, а не потолок, — оборвал его Ней, доставая свой меч. — А во-вторых, — язвительно продолжил он, нанося удар, — не очень-то ты пока и фехтовать научился.

Рийар успел вскинуть свой федершверт в последний момент. Лицо его исказилось от гнева, оскорблённости и злости.

Желая проучить друга за его дерзкие слова и доказать, что он в полном порядке, Рийар разразился серией коротких быстрых ударов, которые его товарищ, в самом деле, едва успевал парировать. На миг он напомнил самого себя — но вдруг, оступившись, неловко покачнулся, растерянно ахнув и забыв про схватку.

В его направлении ринулось три тревожных взгляда и три поддерживающих руки.

Недовольно оттолкнув эти руки, Рийар зло выплюнул:

— Со мной всё в порядке! Просто дурацкий откат!

— Который из?.. — тихо и обречённо переспросил Ней.

В тренировочном зале повисла мрачная тишина.

— Мы его не переубедим, — тихо заметил инициатор разговора о яхте на ухо Нею.

Рийар всё равно услышал, и упрямое выражение его лица точно подтверждало: не переубедят.

Ней задумчиво почесал нос и с философским видом отметил:

— Ну что ж, придётся нам тогда разыгрывать из себя нянек.

Взгляд Рийара сделался до того горящим, что, казалось, он сейчас не выдержит и наколдует самый настоящий огонь.

Четвёртый товарищ хлопнул его по плечу и примирительно сказал:

— Не злись, командир. Но либо под присмотром, либо никак.

Горящий взгляд был переведён на него. Парень, рисуясь, заслонился от него руками.

— На самом деле, дружище, выбора у тебя нет, — резюмировал Ней. — Без присмотра мы тебя туда не пустим, а с нами троими разом ты и раньше бы не справился.

Рийар устало прикрыл глаза и перехватил федершверт покрепче, словно желая в этом привычном движении почерпнуть сил.

— И давай-ка все верхние удары ещё разок, — перевёл тему Ней, принимая стойку. — А то тебя ощутимо на спину заваливает!

Выдохнув сквозь стиснутые зубы, Рийар занёс меч.

Действительно было заметно, что он слишком заваливает его назад.

Глава двенадцатая

— Госпожа Юлания просит вас зайти к ней, — отвлёк Леона от работы заглянувший секретарь.

Поправив галстук, Леон отправился к начальнице. В приёмной секретарь пригласил его пройти дальше, в кабинет.

Там его ожидала неожиданность — потому что господин архимаг, определённо, был фигурой такого масштаба, которая не шляется по различным ведомствам самолично, а, если уж у неё и возникает некая необходимость, вызывает представителей этих ведомств к себе в резиденцию. Поэтому увидеть его в Следственном управлении, да ещё и без свиты, было… странно.

Господин архимаг в целом не очень соответствовал представлениям о нём. Узнать о его высоком статусе можно было только по золотой восьмиконечной звезде, небрежно приколотой к воротнику и немного сбившейся в сторону. Ну, если разобраться, ещё и обруч, который придерживал его волосы, был из золота, но в сочетании с общей небрежностью причёски, костюма и позы он воспринимался скорее как дешёвая безделушка, чем как корона.

Развалившись на стуле и скрестив в голени вытянутые ноги, архимаг сидел, запихнув руки в карманы, и скучающим взглядом рассматривал потолок кабинета, игнорируя появление нового действующего лица.

Госпожа Юлания, напротив, завидев Леона, сразу приветливо ему кивнула и указала на стул: мол, присоединяйтесь. Сама она, впрочем, не отвлеклась от чтения документа, который держала в руках.

Надо сказать, что и начальница Следственного управления выглядела никак не самой начальницей, а просто заглянувшей на огонёк дородной тётушкой. Летнее белое платье из тонкого шёлка, разукрашенное в мелкий цветочек, да наскоро собранные у висков волосы — её тяжёлая восьмиконечная синяя звезда смотрелась на её наряде не менее неуместно, как и в случае с архимагом, да ещё и оттягивала тонкий шёлковый воротник вниз, сминая его некрасивыми складками.

Леон чувствовал себя крайне неловко — во-первых, он впервые видел архимага вблизи, во-вторых, оба высоких лица хмуро молчали и не спешили начинать разговор. Оставалось сидеть и терпеливо ждать.

Так прошло несколько весьма неловких минут, а затем архимаг отмер первым. Смерив Леона пристальным взглядом, он пододвинул к нему по столу какую-то папку и холодно отметил:

— Ваша отписка безобразна, господин старший следователь.

Госпожа Юлания молча возвела глаза к потолку, но ничего не сказала.

Леон взял папку и обнаружил там свой рапорт, в котором отчитывался, что со стороны Следственного управления не обнаружено никаких утечек, которые могли бы привести к краже артефакта, и что проблема, вероятно, возникла на стороне резиденции.

— Вы полагаете, — с обманчивой мягкостью в голосе продолжил развивать свою мысль архимаг, — что я в самом деле стал бы обращаться в ваше управление, — быстрый недовольный взгляд на Юланию, — если бы дело возможно было решить со стороны резиденции?

Нужно было что-то ответить, и Леон попытался выкрутиться дипломатично:

— Сложно судить о картине в целом, когда не имеешь доступа к части материалов, — сдержанно отметил он.

Со стороны резиденции у него были такие же скупые отписки о том, что люди и документы проверены, и с их стороны утечки не произошло. У него не было никакой возможности перепроверить эти данные или хотя бы убедиться в том, что расследование было проведено грамотно и в полном объёме.

Господин архимаг хмуро посмотрел на Юланию. Леон подумал, что ему под таким тяжёлым взглядом точно стало бы неуютно, а вот она даже не поёжилась, продолжив демонстративно увлечённо читать документ.

Архимаг, откинувшись на спинку кресла и глядя в потолок, отчётливо разочарованным тоном протянул:

— И это управление обеспечивает безопасность на нашем острове!

В словах его читалось недовольство начальника, проинспектировавшего свои владения и обнаружившего там беспорядок.

— И вполне успешно обеспечивает, Лийр, — одарив его коротким спокойным взглядом, констатировала Юлания.

Леон еле слышно скрежетнул зубами. Судя по всему, отношения между его начальницей и архимагом были куда как более личные и напряжённые, чем он предполагал, и он весьма неудачно попал в разборки между ними.

Видимо, Юлания пришла к той же мысли, потому что перевела взгляд на Леона и каким-то средним между дружелюбным и деловым тоном сказала:

— Леон, господин архимаг настаивает на том, чтобы мы продолжили это расследование, и он убеждён, что утечка данных произошла именно с нашей стороны. Займитесь этим вопросом.

— Разумеется, — с готовностью кивнул Леон и с большим облегчением вышел.

Архимаг всё это время продолжал холодно и насмешливо рассматривать Юланию. Затем он встал, прошёлся по кабинету, небрежно поправил занавески, чтобы загородить чересчур настойчивые солнечные лучи. Остановился так, чтобы хорошо видеть сидящую за столом Юланию, вальяжно облокотился на шкаф. Затем эффектно взмахнул рукой — воздух вокруг него словно загустел и засветился ненадолго — и спокойно отметил:

— Думаю, теперь нас никто не побеспокоит.

Юлания никак не отреагировала ни на эту демонстрацию силы, ни на спецэффекты. Она по-прежнему, казалось, была поглощена чтением. Пауза затянулась

— Я разочарован хвалёным профессионализмом твоего управления, — с недовольством в голосе отметил архимаг, не дождавшись реакции. — И в который раз убеждаюсь, что ты занимаешься не своим делом.

Бросив на него быстрый взгляд из-за документа, Юлания ничего не ответила.

Зло прищурившись, архимаг резким тоном резюмировал:

— Чую, с таким подходом не видать мне моего артефакта!

Юлания неопределённо повела плечами и голосом, в котором очевидно сквозила насмешка, парировала:

— Меньше магичить надо, тогда и артефакты не понадобятся.

В глазах архимага блеснула искра веселья, сдобренного азартом.

— Радость моя!.. — весьма ласковым тоном обозначил он вступление мысли, но так и не развил её, оставив эти слова висеть в воздухе.