Мария Андрес – Колыбель проклятого тумана (страница 2)
Сердце учащенно билось в груди. Оксана медленно шла вперед, замечая, как привычные звуки леса затихают. Больше не поют птицы, не стрекочут насекомые в траве.
В голове уже крутились мысли о том, чтобы вернуться к машине, но ноги упрямо продолжали вести ее вперед. Хруст веток под ногами становился все отчетливее, а сгущающийся в лесу туман эхом разносил ее шаги по всей округе.
Вдруг перед Оксаной из тумана выбежал ребенок в маске рыси. Девочка, кажется. В белом длинном платье до пят, с длинными рукавами, какие надевают обычно на крещение в церкви. На плече девочки покоилась темно-русая длинная коса.
От неожиданности девушка вскрикнула, отшатнувшись назад, и, споткнувшись о корягу, упала на землю.
Девочка рассмеялась, и громкое эхо вторило ей. Казалось, что где-то очень далеко играла тихая колыбельная из старой музыкальной шкатулки.
– Не догонишь! Не поймаешь! Не догонишь! – играясь, говорила девочка, глядя куда-то за Оксану, и, убежав, снова растворилась в туманной дымке.
Мгновением спустя около нее промелькнул уже худощавый мальчишка в белой майке, темных штанах, заправленных в резиновые черные сапоги. Мальчишка, не обратив на нее никакого внимания, пробежал мимо, также скрываясь в млечной пелене, оставляя после себя эхо удаляющихся шагов.
Крик застрял в ее горле. Не медля, Оксана встала и что хватало сил рванула обратно к машине, то и дело спотыкаясь о выступавшие корни деревьев из-под земли.
Марево становилось все гуще, дыхание девушки – рваным. От быстрого бега в правом боку начало резать. Казалась, что она уже бегает по кругу, хотя точно старалась придерживаться тропинки, пытаясь ускорить шаг. Все больше нарастала уверенность, что девушка заблудилась в этом проклятом лесу.
Споткнувшись о корягу, Оксана упала и покатилась вниз на самое дно оврага. В бока то и дело врезались камни и корни деревьев, торчавшие из земли. Девушка пыталась зацепиться хоть за что-нибудь, но оглушительный удар пришелся по голове, и сознание покинуло ее.
***
– Эй, ты живая? – Мужской голос с ярко выраженной хрипотцой доносился до нее, как со дна колодца. – Просыпайся, дочка, – не скрывая тревоги, добавил мужчина, начав при этом тормошить ее и слабо бить по щекам грубой шершавой ладонью, покрытой крупными мозолями.
Поморщившись, Оксана слегка приоткрыла веки, но взгляд застилала мутная пелена. Голова жутко болела, и с губ девушки сорвался мучительный стон.
Мужчина придержал ее за спину и помог сесть, пока Оксана пыталась проморгаться. Растирая глаза, вспоминала, что вообще произошло и где она находится. Незнакомый мужчина приложил к ее затылку лоскут ткани. Девушка почувствовала, как защипала рана.
Когда зрение более-менее вернулось и перед глазами все перестало двоиться, Оксана разглядела седого мужчину с густо обросшей щетиной. Темно-серые глаза незнакомца с тревогой и заботой разглядывали ее. Одет он был в поношенный серый вязаный свитер с высоким горлом и темные штаны. На его ногах красовались плотные ботинки из натуральной кожи, как будто взятые из музея. Рядом с ним лежала плетеная корзинка с молодой листвой и еловыми шишками. А еще Оксана уловила яркий запах можжевельника.
Тело болело так, словно ее долго и упорно били палками.
– Кто ты? Как вообще здесь оказалась? – поинтересовался мужчина, помогая ей встать на ноги.
Светлое серое платье оказалось безнадежно испорчено. Пятна грязи и дыры на юбке уже незаметно зашить не получится, а вся остальная одежда осталась в машине у дороги.
«Точно, машина!» – воскликнул ее разум, и по затылку вновь прошлась ноющая боль. Убрав от головы платок, она увидела на белой ткани алые пятна.
– Черт… – шикнула она.
– Не стоит его звать, – серьезным тоном неожиданно отреагировал мужчина.
– Ладно, – отмахнулась Оксана (мало ли какие тараканы в голове у незнакомца). – Мне надо к машине. Я оставила ее у дороги, – ответила девушка на его немой вопрос, оглядевшись по сторонам.
Они все так же стояли на дне оврага, и тут лес будто не заканчивался, хотя она не должна была отойти настолько далеко, чтобы в нем заблудиться.
– А зачем вообще сюда сунулась? – Он смотрел на нее чересчур внимательно, и от этого становилось не по себе.
– Я деревню искала, Гривы называется, тут моя бабушка живет.
– Как зовут? – сморщив густые седые брови, спросил он.
– Нина… – неуверенно ответила Оксана. – Игнатьева Нина.
– А я-то думаю, кого ты мне напоминаешь. – Мужчина растянулся в улыбке, и внутри девушки затеплился огонек надежды, что все ее злоключения на этом закончатся. – Только зря ты сюда приехала, – тут же перебил он ее настрой.
– Почему? – Оксана потупила взгляд.
– Умерла она месяц назад.
С этими словами внутри все рухнуло, и девушка, приоткрыв рот в удивлении, уставилась на мужчину. Ее начало немного трясти, и горло сдавило горьким тугим комом, норовящим вырваться новой порцией истерик.
– Ты чего? – смягчился он, положив ладонь на ее плечо и аккуратно сжав его. – Ты ведь ее не знала совсем.
Но больно ей стало не поэтому. Она ехала сюда с малой толикой надежды, что после матери не осталась одна в огромном мире и у нее еще есть хоть один родной человек. Она даже друзьям не сказала, что вообще куда-то поехала, и вот где теперь ее искать будут? Будут ли?
– Отведите меня в деревню, – тихо попросила она в конце концов. – Бабушка на меня дом переписала, хоть посмотрю, кем она была и как жила.
«И, возможно, свяжусь с риелтором», – мысленно добавила она, чувствуя только обреченность.
В деревне жить она не собиралась, хотела только навестить родственницу, больше узнать об отце, раз мама о нем не рассказывала, и снова ехать в город. Максим, ее старый друг из небольшой компании ребят, с которыми дружили еще с универа, вроде как договорился о новой работе для нее – со старой Оксану уволили, когда та попала в больницу. Она не была устроена официально, но хотя бы рассчитали по-человечески, без задержек, со всеми больничными и отпускными, которые девушка не успела отгулять.
Мужчина тоскливо оглядел ее и шумно вздохнул.
– Игнатьева, значит… – зачем-то протянул он. – Меня Саныч звать, – наконец-то представился мужчина, по-отцовски ей улыбнувшись.
Сделав шаг вверх, Саныч протянул ей руку. Голова тут же закружилась, и в глазах замелькали теневые блики. Шумно набрав в легкие воздух, Оксана медленно, шаг за шагом, опираясь на руку Саныча, все же выкарабкалась из оврага.
Ребра, спина, ноги и руки все еще сильно болели. Уже виднелись ярко-фиолетовые и бледные синяки на коже в разных местах.
Оглядевшись вокруг, Оксана поняла, что уже не помнит, в какой стороне находится тропа к дороге. Этот овраг вообще сложно приметить, если не смотреть под ноги.
– Как вы меня тут нашли? – ошарашенно спросила Оксана, осознавая, что сама бы вряд ли сейчас выбралась тем же путем, а в обход заблудилась бы еще больше.
– Ты так кричала, пока падала вниз, уверен, тебя и в деревне было прекрасно слышно. И тебе повезло, что я просто здесь собирал травы, – объяснил он добродушно.
– Спасибо, что помогли, – улыбнулась ему Оксана.
Пока они шли по узким тропинкам, девушка невольно вспомнила, почему сорвалась на бег. Она видела детей в звериных масках. Она приняла их за призраков, но что, если это были дети из деревни, играющие в догонялки по лесу? Туман тут густой, да и звуки их шагов были вполне реальными…
В этот миг стало стыдно за свой страх. Если бы не он, то, возможно, уже давно пришла бы в деревню спокойно своими ногами без путешествия на дно оврага.
Послышался шум речки, и за поворотом показался маленький деревянный мостик. Как ни странно, за ним тумана уже не было.
Саныч, бросив в сторону спутницы краткий взгляд, прошел через мостик, и Оксана неуверенно шагнула следом. Каждая дощечка под ней опасно скрипела и проминалась, однако выдержала ее, пропустив в деревню Гривы.
Лучи яркого дневного солнца ненадолго ослепили девушку, напомнив, что сейчас все еще день, хотя в густой чаще леса казалось, что уже поздний вечер.
Деревня Гривы совсем не походила на те, что ей доводилось видеть раньше. Да что уж там, даже на соседние Коломенские Гривы и Подгорную она не была похожа. Дома все старые, покосившиеся. Такие же маленькие хлипенькие деревянные заборчики, которые вот-вот готовы упасть на землю, но почему-то продолжают уверенно стоять на месте. Между домами по улицам, если это можно так назвать, бегали гуси и куры, издавая характерные звуки.
Над деревянными одноэтажными и двухэтажными домиками возвышалась церковь из белого кирпича. Золотой крест притягательно блестел в свете солнечных лучей.
На детской площадке, собранной полностью из деревянных досок, играла детвора. Девочки бегали в длинных юбках и платьях, парни – в плотных штанах и майках.
Вот и подтверждение, что кого-то из них она все же видела в лесу, прежде чем броситься наутек.
И еще одна особенность этой деревушки: домов тут, кажется, совсем немного, но машин на участках или рядом с ними не было вовсе. Как же жители тогда в город выбираются за продуктами и прочим?
Деревня выглядела очень старой, почти заброшенной на первый взгляд, если бы не шум зверей и детворы. Вскоре Оксана услышала, как громко друг с другом переговариваются соседи.
Саныч шумно вздохнул, привлекая ее внимание:
– Идем, Игнатьева, тебе бы отдохнуть немного, а то сама как приведение выглядишь сейчас.